— Рассказывайте, — мрачно сказал Вернон.
Ну, я и рассказал, постаравшись быть максимально кратким. Дадли кое-что дополнил, и Вернон постепенно успокоился.
— Ты прав, Гарри, — вздохнул он. — Мне позвонил доктор из… из пансионата, где сейчас живёт Мардж. Он был очень обеспокоен — совершенно неожиданно для всех она повела себя агрессивно, ударила приставленную к ней сиделку и скрылась.
— В больничной одежде? — недоверчиво спросил я.
— По правде сказать, — вздохнул Вернон, — она вытащила у потерявшей сознание сиделки её ключ-карту, пробралась в раздевалку, открыла шкафчик, переоделась и ушла, предъявив на входе пропуск той же сиделки. Дежурный охранник был из новеньких, женщину толком не знал, к тому же Мардж так повязала косынку, что лица её было почти не видно. Сказала, что отпросилась, так как у неё разболелись зубы, тот и пропустил. Хуже всего, что её исчезновение заметили не сразу, только к обеду, когда стали разносить еду по комнатам. Там буфетчица и обнаружила связанную сиделку и подняла тревогу. Но было уже поздно, Мардж ушла далеко… Кое-какие деньги у неё были, вытащила из кошелька у той же сиделки, так что она просто села на первый попавшийся автобус. Я думал, что она отправилась к себе домой, вот и поехал сразу же после звонка туда. Но Мардж там не было. Я решил вернуться, а утром заявить в полицию, хотя доктор отговаривал меня делать это — дескать это скажется на репутации пансиона… Репутация, блин! Бестолковщина какая-то! Я их по судам затаскаю!.. Фу…
Тут Вернон вытер лоб, перевёл дух, попросил Дадли принести коньяк из бара, плеснул на донышко пузатого бокала, выпил, вроде бы успокоился и продолжил рассказывать:
— А Марджори, значит, сюда отправилась… О Господи, похоже, она окончательно спятила, раз решилась на такое… Гарри, ты уверен, что она не появится здесь снова? Я боюсь за Петунью и Дадли…
— Правильно боитесь, — вздохнул я. — Но пока можете не волноваться. Там, куда её забрали… Короче, это не ваш пансион, сбежать невозможно… Если это её состояние удастся снять, то вернётся она уже вменяемой и вряд ли будет творить такое. А если нет… Боюсь, что вам придётся искать другой… пансион, дядя. Из тех, где за пациентами очень тщательный присмотр, и они не сбегают куда ни попадя из-за халатности персонала.
— Да уж, — проворчал Вернон, — и ведь обещали полную конфиденциальность и безопасность… Говорили про опытный персонал…
Он махнул рукой, хотел налить ещё коньяка, но напоролся на сердитый взгляд Дадли, махнул рукой и сказал:
— Идите спать, мальчики. Сегодня был сложный день, нам всем нужно отдохнуть.
Ну, а наутро всё казалось не настолько страшным. Во всяком случае, выспавшаяся Петунья уже смотрела на ситуацию с некоторым юмором и говорила Вернону, что сама поступила очень глупо, ей следовало поверить Дадли и запереться в доме, но её словно что-то потянуло выйти:
— У меня словно мозги отказали, — вздыхала Петунья. — Началась какая-то паника, так и захотелось выглянуть на задний двор…
— Женская логика… — добродушно вздыхал Вернон, — хорошо хоть всё обошлось…
Что-то у меня были сомнения по поводу внезапно прорезавшегося у Петуньи комплекса блондинки. Так или иначе, но она как-то растила шесть лет Гарьку… Правда, справлялась не слишком хорошо, но это уже не совсем её вина. А маленький волшебник с его стихийными выбросами может быть в чём-то даже опаснее спятившей Марджори Дурсль…
И вообще, вся эта история с Мардж была шита гнилыми белыми нитками. Во-первых, её странное бегство из пансионата. Поверьте, в заведения такого профиля не берут в качестве сиделок молоденьких дурочек, обожающих красоваться в коротеньких халатиках. Так что сиделка должна была быть, как минимум, опытной, а опытная сиделка просто обязана знать, какими хитрыми и опасными могут быть психически больные люди. И она так просто позволила Мардж ударить себя? Не просто ударить — вырубить… Ладно, пусть так.
Как я понял, Мардж взяла ключ-карту сиделки и выбралась из палаты, а потом прошла в раздевалку. И что — никто её не увидел? Ладно, в палате не было видеонаблюдения, не было его и в коридоре… Но неужели там не дежурила другая сиделка, медсестра или санитар? Клиенты-то все непредсказуемые, всякое могут выкинуть, а дядя на выборе заведения для сестры явно не экономил.
Ладно, Мардж прошла в раздевалку, открыла шкафчик, переоделась, каким-то попущением туда не вошёл никто из персонала… А потом она спокойно отправилась на выход, прикрыв лицо косынкой и используя пропуск той же сиделки. А молодой неопытный охранник её преспокойно пропустил. Очень надеюсь, что этот молодой и неопытный сейчас уже там не работает. Опять-таки возникает вопрос — почему охранник нарушил должностные инструкции и тщательно не сличил лицо уходящей сиделки с фотографией в пропуске? Почему не вызвал старшего, раз уж у него возникли сомнения? Почему, наконец, не перезвонил врачу и не спросил, отпускали ли сиделку такую-то с работы?
И, апофигей всего — отсутствующую на рабочем месте сиделку хватились далеко не сразу, а только к обеду, когда буфетчица стала разносить еду. Это была личная сиделка Мардж и весь остальной персонал полагал, что она возится с подопечной? Всё равно странно. Такое чувство, что у всего присутствующего персонала дружно отключились мозги. Что-то мне это напоминает… Неужели Мардж помогли сбежать, предварительно внушив план действий? Но на кого тогда направлено это бессмысленное покушение? Что-то я сомневаюсь, что Мардж дали бы расправиться со мной? Неужели на Петунью?
А что, идея богатая… После смерти Петуньи Вернон наверняка схватил бы Дадли в охапку и драпанул из Литтл-Уингинга со всей возможной скоростью, чтобы спасти сына. И я совсем не думаю, что он прихватил бы меня. Не в осуждение: мужику я никто, а Дадли — единственный сын. К тому же… к тому же он наверняка посчитал бы меня источником всех бед… И, по большому счёту, не слишком бы ошибся, что говорить…
А если бы Вернон всё-таки не отказался бы заботиться обо мне, то его всё равно бы разыскали, меня забрали бы… то есть Добрый Дедушка вспомнил бы, что он — мой опекун… и быстренько пристроили бы… ну, скажем, к тем же Уизли. А что? Они, вроде бы, Дамблдору родня, во всяком случае, встречал я такие версии в фанфиках, а Молли уж довершила бы воспитание Героя… в нужном ключе.
И что теперь будет, когда затея с Мардж провалилась? Думаю, что Великий Светоч придумает другой план… и этот план может оказаться для Дурслей очень неприятным… Бл*дь! Что ж делать-то?
Честно говоря мне захотелось побегать по потолку для успокоения, но вряд ли это развеселило бы Дурслей, поэтому я просто вспомнил о назначенной встрече с Сири и помчался в парк. По пути я успел связаться с Томми, рассказать ему о событиях прошлого вечера и о собственных подозрениях, получил от него виртуальных люлей за то, что появился так поздно, а над моей теорией Томми-Ник обещал подумать, заметив, что я как-то нехарактерно для себя паникую. После этого Томми отключился, пообещав выйти на связь позже.
У меня в голове малость прояснилось, и я подумал, что возможно зря сам себя накручиваю — все мои умозаключения бездоказательны и посему не стоят выеденного яйца. А потом я вспомнил про «чёрного человека и плохую вещь», сделал круг по парку, убедился, что Сири ещё нет, и свернул к дому мисс Фигг.
Кошачья компания сидела на заборе, очень украшая собой окружающую действительность, а сама мисс Фигг медленно удалялась от дома, волоча за собой клетчатую сумку на колёсиках. Ага, я и забыл — сегодня же день скидок, вот старушка и отправилась закупаться… Меня она не заметила, зато книззлы явно обрадовались и выжидательно уставились на меня.
Я хлопнул себя по затылку… Забыл про мясо… Пришлось повиниться, добыть из пояса пачку «Фролик» и угостить всех. Книззлы меня милостиво простили, а когда я спросил Мистера Лапку про «чёрного человека и плохую вещь», он передал мне очередной мыслеобраз — идущего по вечерней улице Кингсли в маггловской одежде. Похоже, что чёрный аврор успел побывать тут, пока мы вчера были в гостях у Ника.
