Задумался про себя мальчик.

— Я тебе вроде говорил, что к нам забрег маггл, и когда отец ушёл налаживать дела в министерстве, я его отыскал и на цепь посадил.

— Только на цепь? — поинтересовался Том, хитро улыбаясь. Том продолжал очерчивать разные контуры на лице мальчика, сильно увлечённый этим странным делом.

— Нет, я ему ноги сломал, чтобы не сбегал, а за его упрямость я его два пальца отрубил, у него есть жена и сын, я отыскал и их, и держу на мушке, если он вытворит что-то глупое, — мурлыкнул Гарри.

Мальчик разглядывал лицо Тома, который очерчивал контур на его лице, Гарри наслаждался его лаской.

— С магглами по другому и не надо поступать, — Том не скрыл своего отвращения в голосе.

Ему нравилось, что Гарри развивает в себе жестокость, крестраж это по особому возбуждало. Если мальчик созреет достаточно, то Том сможет попросить его об одной услуге. Но сейчас он не спешил, стараясь быть единственным спасительным крюком для Гарри, слушая все его переживания и страхи, утешая этого бедного ребёнка, чей отец так ужасно поступает с ним. Бедный — бедный Гарри.

Тому, пожалуй, и правда нравится этот мальчик. И он считал его особым уже не потому, что тот был чадом главной души, а уже по собственной симпатии. Но парень не собирался падать так унизительно, как сделал это отец Гарри. Том почувствовал эмоции главной души и он почти рычал от злости, насколько он стал слабым, что поддался этой любви. Он покажет потом Гарри его место, что мальчик не смеет манипулировать им. Он запрёт его, чтобы Гарри даже не смел сбежать и будет по-настоящему послушным мальчиком.

— Гарри, — тихо позвал Том, смотря со скрытым деланием в глаза Гарри, — поцелуй меня, пожалуйста

Гарри покраснел, но улыбнулся от счастья, он приложил руки на щеки парня, поцеловав Тома. Поцелуй был нежным и невинным. Гарри старался нежно касаться таким желанных и нежных губ, принимать в себя язык слизеринца, который разбойничал в нем, заявлял свои права. Собственник. Усмехнулся про себя Гарри. На мгновение Гарри распахнул глаза, заподозрив кое-что.

«Не бойся, это могли быть просто эмоции из-за поступка твоего отца. Ведь совсем неприятно, когда любимый человек спит с кем-то другим, когда вы оба живёте под одной крышей.»

Откуда Тому знать о чем они разговаривали в гостиной с отцом? Он не планировал вообще подавать намёков отцу, что знает о измене ему. Скажем так, насладиться его тревогой. Но все вышло из-под контроля из-за его вспыльчивости, но откуда это знает Том, что Гарри говорил? Гарри оторвался от губ Тома, но все ещё держа его ладонями за лицо.

— Откуда ты знаешь, что было в гостиной? Ведь я говорил тебе, что не стану намекать отцу о том, что я знаю, что он спал с Браун. Я тебе сказал лишь то, что чувствовал и свои опасения, но не о том, что выговорил отцу. Том?

Том вмиг сделал виноватое выражение лица, будто раскаиваясь за что-то.

— Прости меня, ты был так расстроен, что когда ты очутился здесь, я не удержался и посмотрел в твои мысли. — Том отвёл взгляд. — Здесь, — намекая на мирок внутри дневника, — всё подчиняется мне и у меня не было трудностей пройти сквозь твои ментальные щиты. Ты, наверно, злишься на меня, Гарри. Но я правда беспокоился о тебе.

Парень присел, отстраняясь от мальчика, выглядя виноватым за свой поступок.

Гарри стало легче от сказанного. Том просто беспокоится за него. Всего-то. О чем можно было говорить плохо о нем? Том знает все его секреты, и прекрасно его понимает, и Гарри рад, что Том беспокоится. Мальчик вновь поддался вперёд, обхватывая крепче его лицо ладонями и прильнул губами к губам слизеринца, вновь даря поцелуй. На этот раз поцелуй был со стороны Тома, и тот жёстко целовал его, отчего поцелуй казался ненасытным и жадным.

Парень старался запомнить эти ощущения от их поцелуя, ведь ему придётся не забирать Гарри сюда почти целую неделю. И Том признал, что будет тосковать без присутствия мальчика рядом с ним.

— Гарри, — нехотя прекратил он поцелуй, — тебе пора.

И, Том отпустил мальчика.

*

Риддл старший беспокоился, что Гарри долго не появлялся и он решил проверить сына. Он нахмурился, заметив, что дверь в ванну снова закрыта. Могло ли Гарри снова стать плохо?

Том постучал в дверь.

— Гарри, с тобой всё хорошо?

— О, нет, Том, — пролепетал мальчик, и его вытолкнуло из дневника.

Гарри услышал стук в дверь, он спрятал дневник в полотенце, и открыл дверь.

— Папочка? — Гарри выглянул из двери. — Что такое? Я тут хотел искупаться, но резко вспомнил, что ты меня ждешь. Что-то я разрываюсь между ощущениями.

Мальчик пропустил отца в ванную, он взял из тумбочки помаду, и хихикнув прильнул к отцу, и нарисовал помадой на щеке отца. У Гарри было озорное настроение, хотелось пошалить, похулигать немного.

Том немного удивился, но решил попасть под настроение мальчика. Он прижал сына к себе.

— Ты негодник, — усмехнулся мужчина и наиграно строго добавил, — я выброшу все помады, которые только имеются у тебя.

Гарри захихикал.

— Разве тебе не нравится? — проговорил весело Гарри. — Подожди меня.

Гарри вытолкнул отца из ванны, и запер ванну. Накрасив аккуратно перед зеркалом губы помадой, надел ободок с бантиком, и надевая голубое платье а-ля Алиса в стране чудес. Аккуратно надев белые чулки, и балетки, он поправил платье и вышел к отцу. Он заметил, как отец распахнул глаза рассматривая сына с ног до головы.

— Я твоя Алиса.

Том не понимал, что собирается делать его сын. Он присел на край кровати и ждал появления Гарри. Но он совсем не ожидал, что выйдет… совсем и не Гарри. У мужчины перехватило дыхание от внешнего вида мальчика. По телу прошла стая приятных мурашек и Риддл заинтересовано наклонился ближе.

— Надо же, какой сюрприз, — протянул он.

Гарри выглядел красиво. Том не мог перестать рассматривать мальчика и еле сдерживал себя, чтобы не коснуться слишком откровенно. Гарри положил одну ножку назад и поклонился, держа подол платья.

— Мой Лорд, — мурлыкнул Гарри, поговорив совсем невинно.

Гарри откровенно говоря выглядел, как «мечта педофила», невинный лик, не смотря на свой возраст его лицо все ещё детским, а платье придавало ему какую-то изысканность, будто он родился для того, чтобы радовать чужих глаз. Рождён для любви. Рождён для отца. Невинное дитя — дитя тьмы, ибо внешность обманчива, и отец его должен об этом знать по себе, какой парой бывает коварная красота для человека не знающий её последствий и обманутый восхищением. Гарри пользовался подобным фактом, и хорошо пользовался талантом очаровывать, этот талант он приобрёл от отца.

Мальчик поклонился отцу, и ступил ближе улыбаясь своей невинной улыбкой даря чувство шарма и радости, что исходили от него. Бантик на шее Гарри забавно выглядел совсем не аккуратно завязанный, но скрывающий укус на шее. Гарри обхватил руками ладонь отца, и поцеловал её, отдавая уважение. Он прям пай-мальчик, которого любил всегда отец. Послушный и такой знакомый, без тени жестокости и тайн, что он всегда скрывал, добрый и лучезарный ребёнок, он вернул тот облик, к которому отец привык.

========== Глава восьмая ==========

Откуда в его сыне, в прекрасном и милом ребёнке, была эта способность так восхищать его? Он видел много красивых женщин и мужчин, бывали и особо наглые юнцы, которые считали себя достойными заполучить его сердце. Но его сердце всегда принадлежало Гарри, даже до его рождения. По коже прошло приятное тепло от касания Гарри к его ладони. Мужчине было всё равно на оставшийся след от помады, он протянул руку ближе к лицу сына и коснулся его нежной щеки.

— И за что мне такое счастье, — задумчиво произнёс Том.

Он любовался и смотрел на сына с чистой нежностью, которую прежде никому никогда не дарил. Слова отца для мальчика показались оскорблением. Разве он не достоин его?

— Не говори так, отец, — он приложил пальчики в кружевных перчатках к губам отца, и надул губки. — Это звучит, как оскорбление. Ты достоин, чтобы у тебя был такой же ребёнок, как и ты сам, но я считаю себя не достойным тебя.