Я смотрю на Мейсона на сиденье водителя. Он сосредоточен на вождении, но я знаю его достаточно хорошо, чтобы сказать, что ему некомфортно.

Я бы хотела, чтобы нам не приходилось говорить об этом перед парнями.

— Я все объясню позже, Шар, — подчеркиваю я, надеясь, что она поймет меня и бросит это.

Я люблю Шар, она моя лучшая подруга и одна из самых умных людей, которых я знаю. Но если есть одно слово, которое лучше всего описывает ее, это слово не замечает.

Она позволяет своему волнению овладеть ею, говоря тысячу слов в минуту.

— Но мне просто нужно знать все! Я так рада за тебя! О, подруга, я не могу дождаться, когда Анна узнает, она будет так взволнованна! Подождите, она определенно будет взволнована, но потом она наверняка разозлится, потому что ты не рассказывала ей. Думаешь, она ударит тебя? Она может ударить тебя.

Я замечаю, что руки Мейсона напряглись на руле, его костяшки побелели.

Очевидно, он не наслаждается этим разговором.

Я оборачиваюсь и смотрю на Шарлотту, сидящую сзади между Чейзом и Ноем.

— Я расскажу тебе и Анне, позже, — я очень стараюсь сделать акцент на этом, не делая очевидным, и преувеличенно перевожу взгляд с нее на Мейсона.

Мейсону неудобно из-за этих разговоров Шар. Просто прекрати это.

Ее глаза расширяются, наконец, понимая мой намек, она кивает.

Но, к сожалению, Чейз и Ной этого не понимают.

— Но мы тоже хотим знать! — восклицает Чейз, а Ной кивает в знак согласия.

Прежде, чем я могу придумать ответ, Мейсон включает радио, музыка начинает звучать очень громко, что машина практически дрожит.

Да, думаю, это эффектно заканчивает наш разговор.

========== Глава 17. ==========

После того, как мы высаживаем всех, Мейсон отключает радио, и мы сидим в доброй тишине, пока едем.

— Как твоя рука? — спрашивает он, глядя на мою правую рука на коленях.

— Если так хочешь знать, я злюсь на нее.

Мейсон смотрит на меня, его брови сжимаются в замешательстве, но в глазах веселье.

— Ты злишься на руку? — повторяет он.

— Да. Это был мой супер крутой «противостоять парню» момент, и он будет навсегда омрачен тем фактом, что я сломала руку.

Мейсон смеется.

— Не унывай. Ты ещё не знаешь, сломана ли она.

Я поднимаю руку, чтобы он увидел, как мой средний палец был немного изогнут и опух.

Он смотрит на него и гримасничает

— Ооо… почему бы нам не остаться уверенными?

Я смеюсь.

— Боже, мне так стыдно. Все будут такие «эй, как ты сломала руку?». А мой ответ будет «ну, на самом деле, я старалась быть жестокой и кое-кого ударить. Но ситуация решила подшутить надо мной, потому что его лицо сломало мне руку!

Я закатила на себя глаза. Почему я такая?

— Эй, — утешает Мейсон, — если бы ты не сломала руку, нанося удар, ты бы не была Амелией Коллинз. Тебе нравится делать вещи интересными. С тобой никогда не заскучаешь.

Он улыбается своей очаровательной улыбкой, пытаясь заставить меня чувствовать себя лучше.

Технические я не Амелия Коллинз, но я понимаю, что он имеет в виду. Моя жизнь — это одно постоянное дерьмовое шоу одно за другим.

— Да, думаю это так, — вздыхаю я. — Это может быть просто карма, потому что я ударила парня, у которого только что умер отец.

— Эйден тоже ударил его, и у него все хорошо, — бормочет он.

Моя голова рефлексивно наклоняется, чтобы посмотреть на него, но он даже не смотрит на меня, сосредотачиваясь на вождении.

Что он имеет в виду?

— Хотела бы я, чтобы Анна могла это видеть, — я меняю тему. — Она была бы так горда. Сколько раз она хотела его ударить? Миллион? На самом деле, она, вероятно, сделала бы это сама.

Мейсон нежно улыбается, думая об Анне.

— Да. Она, вероятно, не сломала бы руку.

Я хмуро смотрю на него, и он смеётся. Старый, без всяких усилий очаровательный Мейсон возвращается, когда его шоколадно-карие глаза озаряются весельем.

— Прости, прости, — улыбается он. — Слишком рано для шуток?

— По крайней мере, подожди, пока мы уйдем от врача, — отвечаю я, не злясь на него.

— — Будет сделано, — он смеётся.

В конце концов мы подходим к кабинету врача и садимся в приемной.

— Ты закончила с вещами на понедельник? — спрашивает он, пока мы ждем.

— Да, Шарлотта и Анна собрали за меня почти все прошлой ночью, прежде чем все превратилось в дерьмо. Как насчёт тебя?

— Нет. Но я спокоен, я просто кину кучу вещей в сумку. Плюс Шар дала мне список, чтобы я ему следовал, и чтобы ничего не забыл, — торжествующе улыбается он.

Ух ты. Я тоже бы хотела упаковать все так легко. По крайней мере, у него есть суперорганизованная Шарлотта, присматривающая за ним. У нее, вероятно, был список, список которого ему нужно дать.

— Что думает твоя мама о том, что ты уезжаешь на каникулы? — спрашивает он. — Вы ведь только вдвоем, не так ли? Она не против провести праздник одна?

Я смеюсь без юмора.

— Она определенно не против провести его одна. На самом деле, я думаю, она очень хотела избавиться от <меня.

Мейсон хмурится, выглядя искренне обеспокоенным.

— Почему ты так говоришь?

— Абсурд, не правда ли? Я ведь фантастическая, — шучу я.

— Я это уже знаю, — подмигивает он. — Но почему ты думаешь, что она хочет избавиться от тебя?

Немного сложновато, но я даю ему краткую версию ответа.

— У нее есть новый, тайный парень, с которым я ещё не встречалась и даже ничего не знаю о нем.

Мейсон поднимает бровь.

— Тайный парень, да? Он тайный агент, беглец и что-то подобное?

Я смеюсь:

— Нет. Я уверена, что он обычный, скучный человек. Он просто секрет для <меня.

— Почему это?

Я вздыхаю.

— Я не знаю. Я думаю, что она думает, что я не готова увидеть ее с кем-то то, кто не является моим отцом. Я хочу, чтобы она была счастлива, и я знаю, что их брак разрушился, ещё до того как он умер. Я не думаю, что было бы очень важно, если бы я встретила его или хотя бы знала его имя.

— Может быть, она просто ещё не знает, что чувствует по отношению к нему. Она не хочет представлять кого-то своей дочери, в ком она не уверена на сто процентов.

— Возможно.

Приятно поговорить об этом с Мейсоном, и я очень рада, что он здесь со мной.

— Как насчёт тебя? — спрашиваю я. — Твои родители не заставляют тебя провести Рождество дома, как Ною, Чейзу и Шарлотте. Как они к этому отнеслись?

— Мой папа уезжает в командировку, поэтому моя мама решила, что, поскольку мы не будет проводить его все вместе, я могу провести его со своими друзьями.

— Мило с ее стороны, — думаю я вслух.

— Да, — его улыбка искажается. — Это просто отстой для нее. Его работа становится все более и более требовательной, проводя больше поздних ночей в своем кабинете, разговаривая по телефону. Я просто хотел бы, чтобы они не отправляли его в командировку на рождественские каникулы, понимаешь?

Я помню Брайана Эванса с прошлой ночи, помогавшего разобраться с Эйденом. Он выглядел как преданный, сугубо деловой человек.

— Они что-нибудь будут делать после его возвращения? — спрашиваю я.

Он озорно улыбается:

— На выходные после первой недели после каникул, моя мама собирается устроить ему романтический отдых. Так что угадай, у кого будет свободный дом, чтобы устроить вечеринку?

Я закатила глаза, на моем лице застыла огромная улыбка.

— Пожалуйста, Мейсон. Мы будем вместе в течении двух недель. Я думаю, что мы слишком устанет друг от друга, чтобы провести выходные >снова вместе.