– Вы напугали Айрин.
«Так вот с чего такая злость».
– И что с этого?
Глаза вспыхнули еще ярче. И как бы она ни старалась, скрыть это было невозможно. Злилась. Боялась, но всё равно злилась. И это пробуждало монстра. Кожа на лопатках зудела, когда новые золотистые чешуйки выступали на ней. Хорошо, под майкой ничего не видно.
– Как вы не понимаете. Ей нельзя нервничать, состояние тяжелое. Любой стресс может стать фатальным, – принялась объяснять она. – Меня чуть ли не силой вытащили из палаты у неё на глазах. Я даже представить боюсь, что с Айрин сейчас, – закончила Софи упавшим голосом.
– Ничего не случится. Лечение будет начато завтра утром. Как я и обещал.
Кивнула, опустив взгляд еще ниже. В этот раз девчонку заинтересовал ковёр под её ногами.
– Еще слишком рано. Мы ведь договаривались по поводу ночей. А сейчас нет еще даже вечера. Что вам нужно?
– Блокировку же надо снять, – отозвался дрейг, присаживаясь на диван. – Или ты думаешь, что я буду тратить своё законное время на эту процедуру?
– Вы правы.
София осмотрелась, скользнув взглядом по гостиной.
– Куда мне надо идти? Или врач прибудет сюда?
– Доктор будет через двадцать минут, – кивнул дрейг, продолжая её изучать.
Каждый сантиметр стройного тела. От практичных туфель на низком каблуке (вчера, насколько Элгар помнил, были шпильки) до светлой макушки с пружинистыми завитками.
Тайрифи. Сокровище двух миров. Которая даже не подозревает, какую власть имеет. И какую силу может дать.
От предвкушения у него даже немного сбилось дыхание. Никогда его никто так не привлекал.
– Двадцать минут?
Кажется, девчонку не прельщала перспектива провести это время с ним.
– Да. У тебя будет время, чтобы привести себя в порядок и переодеться.
Она недоуменно оглянулась, рискнув встретиться с ним взглядом.
– И что это значит?
На ней даже косметики нет. Ни капли.
Пухлые губы нежно-розового цвета, фарфоровая кожа, пушистые тёмные ресницы и серые глаза. Не такого стального оттенка, как у Зейны, у которой цвет больше походил на грозовые небеса Дэрриума. Нет, этот цвет был другой, более мягкий, обволакивающий, с голубым отливом и чёрным ободком по краю.
– Для тебя подготовили комнату. Или ты думаешь, что мы будем делать всё здесь? – ответил мужчина, наблюдая, как едва заметно порозовели щеки. – Там ты примешь душ и переоденешься.
– Во что?
– Одежда лежит на кровати.
Кажется, она еще что-то хотела спросить, но передумала и лишь кивнула.
– Я могу идти?
– Можешь. Тебя проводят, – ответил дрейг и, потянувшись, нажал на кнопку, которая была встроена в журнальный столик.
Не прошло и минуты, как в гостиную вошёл слуга в длинном балахоне.
– Проводите девушку в её комнату, – велел Элгар.
– Да, А'Рэ, – с поклоном отозвался тот. – Прошу за мной.
София
Комната была обычной. Небольшой по размерам, выдержанной в тёмных тонах. Половину пространства занимала огромная кровать с бордовым покрывалом, на котором лежала, сложенная стопкой, одежда белого цвета. Огромное окно сбоку, с лёгким тюлем молочного оттенка и панорамой на хмурый город, который вновь заволокло тучами. Напротив еще одна дверь, ведущая, скорее всего, в ванную.
– К приходу доктора вам необходимо принять душ и переодеться, – сообщил слуга, стоя за моей спиной.
– Хорошо, – ответила ему, проходя вперёд, и тут же услышала, как дверь закрылась с лёгким щелчком.
Холодок иголками пробежался по коже. Отвратительное ощущение, словно меня поймали в ловушку, из которой нет выхода.
Может, так и было. Даже если я начну кричать, срывая голос, на помощь никто не придёт. Я ведь сама обратилась к нему за помощью, по собственной воле. Так что какой теперь смысл сожалеть о сделанном.
Я подошла к кровати, поставила сумочку на покрывало и сбросила туфли. После чего взяла в руки стопку с одеждой. Материал приятный, хотя белый не мой любимый цвет. Слишком маркий и непрактичный. Но это ведь не мои проблемы.
Ванная комната была выложена из редкого мрамора серого цвета с белыми и тёмно-синими прожилками. Много света и хромированных деталей.
Не теряя драгоценное время, я разделась и вошла внутрь стеклянной кабинки, включая воду. Тёплые капли застучали по коже, смывая страхи и сомнения.
На полочках нашлись различные тюбики и баночки. Элитная серия, созданная специально для любовниц дрейгов. Почти без запаха. Рука дрогнула, когда я коснулась геля для душа. Хотелось взять и вышвырнуть. Я же не любовница, я тайрифи! Но это было бы глупостью.
Поэтому, вылив немного на ладонь, я принялась намыливаться. Волосы мочить не стала, лишние хлопоты.
Я почти заканчивала, когда внезапно замерла. Странное ощущение, словно на меня кто-то смотрит, разом навалилось, заставив покрыться дрожью даже под струями тёплой воды.
Резко обернулась, пытаясь хоть что-то разглядеть за запотевшим стеклом с ручейками воды. Провела по нему ладонью, щуря глаза.
Показалось или нет?
В любом случае в ванной никого сейчас не было.
Может, нервы?
Хотелось в это верить. Но, имея дело с дрейгами, всегда надо быть настороже.
Отключив воду, я закуталась в огромное полотенце и вышла из кабинки, внимательно осматриваясь.
Никого.
Но беспокойство никуда не делось, поэтому бельё я надевала, придерживая рукой полотенце, чтобы хоть как-то прикрыться.
Потом схватила новый наряд, который оказался то ли длинным платьем, то ли халатом. Разобрать сложно. Натянув, повернулась к огромному зеркалу и замерла, изучая собственное отражение.
Наверное, это всё-таки платье. Мягкая ткань обрисовывала тело, выгодно подчёркивая все округлости. Длинное, до пят, с рукавами до локтей и капюшоном, который можно было накинуть на голову. Но, несмотря на это, закрытым его назвать было сложно.
Провокационные разрезы по бокам до самых бёдер, открывающие ноги. Вырез на груди до талии, который я беспомощно пыталась прикрыть руками.
Кажется, что-то подобное носят женщины-дрейги на Дэрриуме. Но только для чего мне подобный наряд?
От очередного неловкого движения ткань на груди сдвинулась, обнажая белое кружево бюстгальтера и напоминая, что я почти голая.
Нет, не могу.
Я схватилась за ткань, стремясь скорее снять платье с себя, но в этот момент дверь ванной открылась без предупреждения, и на пороге возник дрейг.
Он тоже переоделся. Или проще сказать, разделся. Обнаженный по пояс, с яркими немногочисленными чешуйками на теле и в низко висящих на бёдрах штанах песочного цвета с массивным ремнём.
– Готова?
– Нет.
– В чём дело?
– Я хочу это снять, – нервно отозвалась я, продолжая сжимать ткань у выреза.
– Отличная идея, – вдруг отозвался мужчина, подходя ко мне. – Это портит всю картину.
И, пока я хлопала ресницами, развернул меня спиной к себе и одним рывком сдёрнул платье с плеч. Всё произошло так быстро, что я не успела воспротивиться и хоть как-то отреагировать.
А потом стало поздно.
Мы стояли напротив зеркала. Я и дрейг с горящими ярко-зелёными глазами, укрыться от которых было невозможно. Платье висело на локтях, а мужчина за моей спиной быстро расстёгивал бюстгальтер, освобождая грудь, срывая лямки и бросая порванное кружево на пол.
Грудь болезненно налилась, освобождаясь. И розовые вершинки прямо на глазах уменьшились, став похожими на горошинки.
А я вместо того, чтобы хоть как-то прикрыться, просто стояла. Широко раскрыв глаза и наблюдая за нашими отражениями, словно это был какой-то фильм.
Весьма неприличный фильм.
Но на этом пытка не закончилась.
Руки заскользили по телу к разрезам по бокам. Горячие ладони проникли под ткань, провели пальцами по тонкому шелку трусиков.
– Нет! – слабо выдохнула я, продолжая беспомощно сжимать вырез платья.
И сама себя не узнавала. Это какое-то безумие! Почему я стою? Почему не сопротивляюсь? Это же неправильно! Но тело отказывалось слушаться, как и голос.