Она отбросила волосы назад, и я неуверенно улыбнулся ей.

Какого черта? Что со мной не так? Ведь именно этого я хотел. Именно об этом мечтал столько лет. Но она заслуживала лучшего. Глядя вокруг, я не мог избавиться от мысли, что все должно было произойти по-другому.

— Ты была близка только с Андреем? — я посмотрел на неё.

Я стоял весь мокрый от пота. Нам нужно принять душ.

Она едва заметно кивнула и смущённо спросила:

— Это так заметно? Не могу сказать, что у меня богатый опыт. Даже с ним все было.. не так.

Я коснулся её щеки.

— Тебе необязательно объяснять. Я понимаю, ты любила его. Все нормально.

Она покачала головой. Слезы стояли у неё в глазах.

— Не любила. В этом вся суть. Я должна была сделать это с тобой. Должна была потерять невинность с тобой, вот так, как здесь сейчас.

Я её прекрасно понимал.

— Иди сюда, — я обвил её за шею и, притянув к своей груди, приподнял подбородок. — Я же не принуждал тебя это делать, верно?

— Верно.

— Я серьёзно. Мы должны были заняться этим в кровати. В первый раз. В чистой кровати, где никто не может нам помешать. Я слишком сильно давил на тебя.

На её лице промелькнула озорная улыбка. Она скользнула губами по моему подбородку, а потом прикусила его зубами. Я сделал резкий вдох, почувствовав, как член снова дёрнулся в штанах.

— Может, это я на тебя давила. Так или иначе, мне нравится, когда ты меня принуждаешь.

Она отстранилась и надела футболку.

— У меня сегодня гонки, — я снял резинку с волос и повязал её заново. — Скажи, что приедешь.

Она просунула ноги в свои шлёпанцы, не глядя на меня.

— Зависит от того, сколько продлится мое свидание.

Я подступил к ней и заставил её попятиться к стене, а она рассмеялась.

— Поосторожнее, — пригрозил я с улыбкой.

Её ухмылочка была такой очаровательной.

— Шучу, — мягко сказала она и поцеловала меня в губы.

Быть того не может, чтобы она ещё думала о своём проклятом свидании.

Но она кивнула:

— Да, я приеду. Разумеется.

Я оттолкнулся от стены и стал обуваться.

— Поехали со мной. Примем душ, перекусим что-нибудь и поедем туда вместе.

Она задумчиво вздохнула.

— Я бы хотела.

— Но?

— Елена скоро уедет в Киев, — объяснила она, словно извиняясь. — Я должна провести этот день с ней.

А мне просто хотелось забить к чертям на все и забраться с ней в постель. Отключить телефоны, снять с себя одежду, забыть о еде…

— Не говоря уже о том, — продолжала она. — Что мне хочется привести себя в порядок перед тем, как я буду пожирать тебя взглядом сегодня вечером, — она подошла ко мне и взялась за мой ремень. — Если я поеду с тобой, чтобы привести себя в порядок, ничем хорошим это не кончится.

— Это точно, — засмеялся я.

Сколько бы я ни утверждал, что не стану преследовать неискушенную девушку, которая недавно порвала с парнем и у которой к тому же, должно быть, все ужасно болело, я бы не смог просто принять с ней душ и не… Да.

Я прижал ладонь к её щеке.

— Я не хочу, чтобы ты садилась к нему в машину. Поняла?

Она отсалютовала мне, прикусив губу в попытке скрыть улыбку.

Комментарий к

То, что должно было давно произойти

========== Часть 13 ==========

Глеб

Я сидел на капоте машины в наушниках и слушал песню I’m Not Jesus, просматривая список треков на айпаде.

Вернувшись с ярмарки, я принял душ и тёр кожу до красноты, дважды вымыл голову, но по-прежнему не мог спокойно сидеть на месте. У меня под ногами все ещё была грязь.

Я постукивал ногой, нащупывая телефон в кармане.

Не звони ей. Не пиши. Она приедет. Она обещала, что приедет.

И как только я увижу её, как только смогу обнять её миниатюрную фигурку, тут же забуду обо всем. Я забуду о том, что ношу с собой нож, который достану, если кто-нибудь снова заставит меня почувствовать себя в опасности.

Она могла прикасаться ко мне. Она могла касаться меня везде, и точка. Только она.

Я проглотил комок в горле и покрепче сжал в руках айпад, заставляя себя сосредоточиться. «Петля». Трек. Деньги.

— Поберегись!

Я вскинул голову как раз вовремя, чтобы успеть поймать брошенную Джулией бутылку воды. Подняв руку с бутылкой вверх и натянуто улыбнувшись в ответ на её улыбку, я увидел, как она пошла обратно к Адилю. Тот стоял, прислонившись к своей машине, в ожидании начала гонок.

Телефон завибрировал, и я сделал глубокий вдох и крепко зажмурился. В животе все переворачивалось, когда я вытаскивал из кармана телефон.

Точно.

Отец звонил мне регулярно, и я ничего не сделал, чтобы это прекратить. Кирилл не знал об этом, Алеся тоже не знала, а я не собирался прятаться от этого ублюдка.

Я ответил на вызов.

— Ты меня утомляешь, — сказал я сразу. — Найди меня, когда выйдешь, и тогда поговорим по-настоящему.

— Это может быть скорее, чем ты думаешь.

У меня во рту появился странный привкус, и я сглотнул, стараясь сохранять невозмутимый тон.

— Отлично. Я все ещё забавляюсь с ножами.

Я услышал его тихий смешок на другом конце телефонной линии.

Я понятия не имел, как он звонил мне. Я мог бы это выяснить, но по какой-то причине у меня не было желания препятствовать ему. Я никогда не пытался скрыться от него, потому что хотел, чтобы это он от меня скрывался.

— Мне нужно лишь одно, — заявил он. — Шанс все исправить. Я растил тебя, Глеб. И хочу доказать тебе, что я изменился.

— Нет, ты хочешь, чтобы я о тебе позаботился, чтобы помогал тебе деньгами, — ответил я. — Но я не позволю меня эксплуатировать. Больше этому не бывать, долбанный ты психопат.

Когда я был маленьким, отец использовал нас с Кириллом, чтобы доставать деньги. Кражи, взломы с проникновением… Ребёнок мог забраться туда, куда не смог бы взрослый, и отец это прекрасно знал.

— Ты кое о чем забыл, паршивец, — прорычал он, и у меня все внутри перевернулось от воспоминаний. — Я знаю, где зарыты твои секреты.

Но эта угроза не достигла цели: я устроил все так, чтобы последнее слово всегда оставалось за мной.

— А ты забыл, что я уже не ребёнок, — ответил я. Спрыгнув с капота, подошёл к дверце машины и швырнул айпад на сиденье через открытое окно. — С тобой сидит один парень. Вячеслав Михайлов. Он же избил тебя, верно? — на другом конце воцарилось молчание. — Это произошло после того, как ты пытался запугать меня в прошлый раз? — с издевкой спросил я, зная, что суть моего послания ясна. — Попробуй пригрози мне снова, и ты не выйдешь оттуда живым.

И я нажал отбой, а потом положил ладони на крышу своего «мустанга» и опустил голову.

Он не мужчина, сказал я себе. Я сильный. Я достойный. И я чист.

Я ощущал прохладу на лбу - лёгкий ветерок остудил проступивший на коже пот. Но спина взмокла, и мне хотелось сорвать с себя футболку. Было начало девятого, но воздух оставался тёплым. Сейчас, наверное, градусов тридцать.

«Мне известно, где зарыты твои секреты».

Руки задрожали, и я сжал кулаки. Он говорил о том, что я устроил в тот день, когда больше не мог терпеть. Когда понял, что пора со всем покончить. Покончить с руками, прикасавшимися ко мне. С людьми, которые смотрели на меня, причиняли мне боль. Покончить со слабостью. Единственное, о чем я сожалел, - что тогда не покончил с отцом.

Но сколько бы я ни старался защитить себя, время от времени я все ещё чувствовал себя грязным паршивцем. Я принимал душ дважды в день. Дважды в неделю оплачивал уборку дома. Если говорил или делал что-то плохое, всегда компенсировал это двумя достойными поступками, например, волонтерствовал или жертвовал деньги на благотворительность. И все равно ощущал себя грязным.

— Ну вот и я.

Я поднял голову, услышав этот голос. Передо мной, засунув руки в карманы потертых рваных джинсов в обтяжку, стояла Кэтрин. Я с изумлением смотрел на её свободную чёрную майку, длинную сзади, а спереди даже не прикрывавшую пупок. Это была футболка с надписью в стиле «Сохраняй спокойствие», только вместо этого на ней было написано: «Я не буду сохранять спокойствие. Я буду буянить и крушить все вокруг».