Я тут же все забыл.

— Я не фанатка этого места, — созналась она. — Так что, если вдруг мне все ещё будет скучно здесь через час, мы с Еленой и Джулией снова поедем на ярмарку. Они мне пообещали.

— Думаешь, там веселее? — спросил я, неспешно подходя к ней.

— О да, — кивнула она.

Я улыбнулся, почувствовав, что больше не могу сохранять дистанцию. Взяв её за руку, притянул к себе, а сам прислонился спиной к машине.

— У меня есть для тебя один аттракцион, — прошептал я, целуя её и обнимая за талию. — Открыт всю ночь.

Она была как вода. Всякий раз, целуя её, я чувствовал острую жажду. Пил глоток за глотком, осознавая, как сильно нуждаюсь в этом, и чем больше я пил, тем легче мне становилось.

Я обхватил её лицо ладонями и поцеловал. Притянул её к себе за бёдра и поймал губами её стон. Просунув руку под майку, коснулся спины. Её кожа была такой гладкой и нежной, как шёлк.

— Глеб, — выдохнула она, пытаясь отстраниться. — Вокруг люди.

Я знал, что ей нравятся мои прикосновения, но она испытывает неловкость. В обычной ситуации и мне было бы не по себе. Я не показывал чувств на публике. Но с ней…

Черт, да.

Я посмотрел на неё, не давая ей отойти.

— Знаю. Просто мне хочется прикасаться к тебе постоянно. А теперь, когда ты это позволяешь, мне сложно держать себя в руках.

Её распущенные волосы были выпрямлены и разделены на пробор посередине. Синие глаза сверкали, а на губах не было помады, что меня обрадовало. У неё были полные светло-розовые губы, безупречные без всякого макияжа.

Она ухмыльнулась и передразнила меня:

— Прикасаться ко мне постоянно? Но мы же не ладим.

— Мы прекрасно ладим, — улыбнулся я. — Пока ты молчишь.

И, наклонившись, снова коснулся её губ. Она рассмеялась и попыталась оторваться от меня, выгнув спину и запрокинув голову, но я держал её крепко.

— Перестань! — она хихикала и вырывалась, а я оставлял дорожку поцелуев на её шее.

Мне нравилось видеть её такой легкомысленной.

— Хватит болтать, — пошутил я, все ещё целуя её. — Мы попадаем в неприятности, когда ты разговариваешь, — и я прихватил зубами мочку её уха.

Она обмякла в моих руках.

— Я будто бы падаю с высоты, — призналась она, задыхаясь, а потом встала прямо и отвела мои руки в стороны. — Но это приятное чувство.

Вздёрнув подбородок, я скрестил руки на груди и пошутил:

— Так мы наконец отправим Эмили в отставку, чтобы Кэтрин могла вступить в свои права?

Она посмотрела на меня с притворной сердитой гримасой на лице.

— Кэтрин ненамного сговорчивее, если ты вдруг на это надеешься.

Я облизнул губы.

— Мне все равно, кто из вас это будет, главное - чтобы она разделась.

Её брови стремительно сошлись на переносице, она раздраженно вздохнула и, развернувшись, пошла прочь. Уверен, что мое лицо покраснело: так сильно я хохотал.

Боже, как мне нравилось бесить её. Я обожал эту прелюдию. И собирался припереть её к стенке чуть позже и убедить в том, что она сама хочет провести со мной ночь.

Ко мне подошёл Адиль, держа за руку Джулию. Он посмотрел на Кэтрин, а затем на меня и начал петь песню:

— I want to know what love is! I want you to show me!

— Меня пугает, что ты знаешь эту песню, — пробормотала Джулия.

Кэтрин подошла к Елене и вместе с ней стала смотреть на какой-то автомобиль, стоявший с открытым капотом, но я видел, что краем глаза она поглядывает на меня. Ей не удавалось это скрыть. Наконец, поджав губы, она улыбнулась мне и закатила глаза.

Она принимала меня таким, какой я есть, она прощала меня, и я не думал ни об отце, ни о «Петле», ни о чем другом, кроме неё.

Мы оба падали с высоты.

Я направился вдоль трассы, отмечая машины в списке на своём айпаде, проверяя участников и их готовность.

— Ну что? — Адиль догнал меня и обхватил рукой за плечи. — Можешь внести меня в список?

— На сегодня?

Пробиваясь через толпу к комментаторской будке, я интуитивно почувствовал, как Адиль закатил глаза.

— Да, — ответил он. — Я хочу принять участие в этой гонке для парочек, которая у вас запланирована. Джулии понравилось кататься с Кириллом в тот раз, когда они с Евой гонялись. Мне хочется прокатить жену.

Остановившись у ступеней, я провёл рукой по волосам и раздраженно вздохнул. А потом повернулся и посмотрел на него.

— Ты, вообще, понимаешь, насколько заранее теперь составляется расписание заездов? Мы уже не в старших классах.

Он прищурился.

— Мне что, нужно надрать тебе задницу?

Я опустил взгляд, ухмыльнувшись. Да, Адиль с Кириллом были старинными фаворитами «Петли», но с тех пор все здесь изменилось. Прежде за вечер проводилось по три или четыре звезда, а теперь у нас было от десяти до пятнадцати и некоторые проходили одновременно.

— Я этого не говорил, — я отошёл от лестницы, увидев спускавшегося Влада. — Эй, — поприветствовал я его и, показав рукой в сторону трека, сказал: — Роман собирается запускать раллийную гонку. Можешь выяснить, знает ли Зак, что его нужно выпустить первым?

— Конечно, — Влад кивнул и хлопнул Адиля по руке. — Привет, приятель.

— Привет, — отозвался Адиль, но продолжал смотреть на меня, ожидая ответа.

— Окей, — рассмеялся я после того, как Влад ушёл. — Разумеется, я внесу тебя в список, — понизив голос и выгнув бровь, я добавил: — Несмотря на то что все расписано до минуты и ты сейчас путаешь мне все карты. Ладно, уговорил.

Он ослепил меня своей белоснежной улыбкой.

— Спасибо, дружище!

И зашагал прочь.

— Тебе нужен оппонент, — крикнул я ему вслед.

Он повернулся, засунув руки в карманы джинсов, и сказал с ухмылкой:

— Знаю.

Но мне эта его ухмылка совсем не понравилась.

За следующие полчаса мы провели пять заездов: два раллийных по бездорожью и три на треке. Когда все машины были подготовлены и гонки начались, моя задача упростилась. Я сидел в будке, управляя камерами, меняя ракурсы для зрителей, которые заходили на сайт. Время от времени мне приходилось вставать и идти к машинам помогать с установкой камер, если что-то не работало. Но отмашку гонщикам давал Влад, и он же, Роман и ещё пара человек принимали ставки.

Просто и удобно. Я был наверху. Один. И прекрасно видел все происходящее внизу.

— Эй.

Я повернулся. На последней ступени лестницы стояла Алеся с красным пластиковым стаканчиком в руке. На ней была чёрная мини-юбка и красная фланелевая рубашка с закатанными рукавами, которую она завязала узлом на животе.

— Привет, — я присел на небольшой столик, стоявший позади меня, и скрестил руки на груди.

Она подошла и встала рядом со мной, молча глядя на толпу под нами. Все распивали напитки, которые привезли с собой.

Я потёр ладони большими пальцами и сжал кулаки. У меня и впрямь вспотели руки, и я не понимал почему. Несмотря на то что я был знаком с Алесей пять лет, мне отчего-то стало не по себе.

Повисла мертвая тишина. Я соображал, о чем бы спросить её. О модельном бизнесе? Нет, она сейчас занята другим. О её отце? Может быть.

Но она первая нарушила молчание.

— Что ж, весело сегодня.

Её нервный смешок казался совершенно неуместным.

— Ага, — буркнул я, гадая, какого черта мне так неуютно.

Она посмотрела на меня с серьёзным видом.

— Значит, я все-таки потеряла тебя, да?

Я сглотнул, не совсем понимая, о чем она, но определенно замечая перемены.

— Никогда не потеряешь, — задумчиво произнёс я. — Я всегда буду тебе другом.

— Но я больше не единственная женщина, которую ты любишь.

Я опустил глаза. Мои губы тронула улыбка. Я и правда любил Лесю. Она была единственной девушкой, с которой я был искренним. Но несмотря на всю нашу похожесть, я не впускал её в сердце. Она была просто подругой. Человеком, которому я мог доверять и который меня поддержит.

Попрощавшись с ней, я не возвращался мыслями к встрече, не считал минуты до следующей.

Она выпрямилась и пожала плечами.