— Ладно, — тихо говорит Бетти, — что мог, я сделал, теперь просто полежи на месте. Если тошнить начнёт, позови.

Джон удивлённо хлопает глазами, переводит взгляд на Лиама. Бетти давит в себе желание треснуть друга по лбу — если он ей не доверяет, так другого врача тут нет. Но она слишком устала бояться, чтобы теперь ещё и ругаться, у них нашлись проблемы побольше.

Бетти вытирает руки, убирает за уши волосы и оборачивается к Лиаму, чтобы спросить, что они теперь собираются делать. Лиам смотрит на неё жёстко, поджав губы, и Бетти удивлённо вскидывает брови. А потом чувствует, как вдоль шеи сползает прядь волос на плечо, застревая в складках рубашки.

Господи святый, ей конец.

— Вот теперь пойдём-ка, поболтаем, — ладонь Лиама смыкается у Бетти на плече, и девушка поднимается, не дожидаясь рывка. — Расскажешь мне занятную историю, как ты любишь.

Лиам втаскивает её в соседнюю комнату, захлопывает дверь перед носами всех любопытствующих, и тут только отпускает Бетти. Она отступает, оглядывает канонира, прикидывая, как быстро он сможет её прикончить. Пока не собирается.

— Какого кракена, Мидлтон? — раздельно, почти вежливо интересуется Лиам и тут же срывается на рык. — Ты что, девчонка?!

Бетти кивает, и так же видно. Волосы у неё спускаются до плеч, и на парня она похожа только одеждой, скрывать очевидное невозможно.

— Совсем обалдела что ли?! — Лиам вспыхивает, словно порох, и Бетти подаётся назад. — Да ты!.. Предательница, дура безмозглая!

— Что?! — взрывается в ответ уязвлённая Бетти. — Ты, может, думай, прежде чем говорить! Да я вас один раз обманула, да я была лучшим матросом, чёрт возьми!

— Да если бы твой обожаемый боцман узнал, они с Гарри должны были бы тебя за борт отправить!

— Как мне повезло, значит, что он добрый и умный, и умеет слушать, а не только орать.

Лиам спотыкается об эти слова, возмущённо ловит воздух.

— Так он знает?

Бетти прикусывает язык. Важно ли это?

— Я ему обязана. Это ещё одна причина уйти с «Леди Энн», потому что рисковать своей жизнью я готова, а заставлять Луи врать из-за моего желания — нет, — она упрямо поджимает губы и качает головой. Продолжать этот нелепый конфликт она не собирается. — По Тортуге разгуливают британские военные, которые напали на наших парней и у которых Найл и Паула! А тебя волнует, какого я пола?

Лиам окидывает её взглядом с ног до головы, неверящим и злым, трёт подбородок. Она знает, её пол его волнует только потому, что сейчас он на взводе, в любое другое время он, возможно, посмеялся бы. Лиам кладёт ладонь на ручку двери, видимо, чтобы выгнать её и не тратить время на идиотские разбирательства, но дверь распахивают с другой стороны. В проёме Шерил, за ней маячат два пиратских капитана, но оба не те. Одни рыжий и светлокожий, взъерошенный и в распахнутой рубашке, а другой — темноволосый, с глазами-маслинами, весь в чёрном и золоте по испанской моде.

— Зачем ты орёшь на парня? — Рыжий Эд подслеповато щурится на неё.

Мануил присвистывает, от души хлопает его по плечу.

— Потому что это не парень, Эдди, — грек протискивается в комнату, оценивает встрёпанный вид участников перепалки, склоняет голову, припоминая Бетти. — А ты не этот, как тебя, — прищёлкивает пальцами, пытаясь вспомнить фамилию, — Мидлтон?

— Тот самый, — мрачно бросает Бетти.

— Так, вон отсюда, тот самый, — устало огрызается Лиам. — Шерил, переодень ты её, всего святого ради.

Бетти выметается из комнаты, но дальше не уходит. Встречается глазами с побелелой Эйвери, замечает насмерть перепуганного Билли… Билли должен был быть на корабле, но что-то он единственный с него сюда добрался, кажется.

— На нас напали, — подтверждает он худшие опасения. — Анличане нас ждали. Меня отправили за подмогой, но когда я её привёл…

— Нет у вас, короче, больше капитана, — без обиняков сообщает Мануил. — И англичане, кстати, тоже куда-то спешно подорвались, мы видели пару отрядов по пути сюда.

Эйвери с тихим стоном прислоняется к стене, прижимая руку к груди. Бетти часто моргает, не может вдохнуть и отказывается понимать, что происходит.

— Когда мы пришли, на месте оставались только трупы, — подтверждает Рыжий Эд.

Бетти отчётливо тошнит. Она знать не знает, откуда взялись англичане и что им было нужно, она просто хочет знать, что среди погибших нет дорогого ей человека.

— Гарри и Луи в их числе нет, — Бетти резко, до хруста в шее поворачивается к Мануилу, не заботясь о том, что это будет выглядеть странно. Грек только руками разводит, обращаясь ко всем сразу. — Скорее всего, их отволокли куда-то. Чез придёт, расскажет всё, что узнал по тавернам.

Билли перечисляет погибших, но Бетти едва ли слышит имена. Рука машинально тянется к груди, сжимает под тканью рубашки крест. Господи святый, спасибо. Вечер был чудовищным, но не стал ещё хуже. Внутри у Бетти живёт иррациональная надежда, что ничего ещё не кончено.

Лиам распоряжается высаживать команду на берег и уводит Мануила и Рыжего Эда в комнату, где только что орал на Бетти. Сама Бетти легонько прикладывается о стену головой. Безумие.

Шерил тихим голосом уговаривает Эйвери подняться наверх, немного успокоиться, пока ничего ещё точно не известно. Билли косится на Бетти, и та кисло улыбается. Ну хоть оскорблять не торопится.

— Ну да, я девушка, — отвечает она на невысказанный вопрос. — Небо упало мне на голову?

— Не похоже, — Билли качает головой. — В любом случае, это не главная наша проблема.

— Пойдём-ка, правда, тебя переоденем, — зовёт Шерил, и Бетти послушно поднимается за ней наверх. Ей бы тоже успокоиться и пересидеть новости, вдруг всё как-то само обойдётся.

Подходящее платье находится у Прис, роста они примерно одного. Бетти как была худой и маленькой, так и осталась, но на корабле стала как-то покрепче, всё, что было мягким, стало твёрже из-за мышц, но природа подкинула мисс Мидлтон ужасно несвоевременный сюрприз. Платье оказывается узковато в самом ответственном месте. Затягиваться оно затягивается, но дышать при этом совершенно невозможно, и выглядит конструкция ужасно вызывающе.

— В таком виде тебя точно никуда не пустят, — замечает заглянувшая в комнату Шерил.

— Вот уж платье мне точно препятствием не станет, — Бетти опускает взгляд на грудь и думает, что с ней делать, её как талию не втянешь. Раздражённо рычит и распускает тесёмки спереди, рассматривает внутренность корсета, насколько видно. — Мне нужен просто кусок материи. Пускай даже другого цвета. Подошью внутрь.

Шерил кивает, отсылает за тканью молчаливую Прис. Девушка явно не рассчитывала на такую долю пугающих событий, и сейчас куда тише, чем тогда, когда они с Бетти встретились впервые. Мидлтон теребит ткань, но на самом деле чутко прислушивается, что происходит в доме. Судя по всему, приходят всё новые и новые пираты, с новостями, а она тут, вынуждена приводить себя в человеческий вид на скорую руку.

— Я тоже волнуюсь, — говорит Шерил. — Но всё разрешится. Лиам вытащил мальчиков однажды, вытащит и снова.

Бетти смотрит Шерил в глаза, прикусывает губу, чтобы не задать тысячу вопросов. Ей просто нужно верить, что всё разрешится. Не может же быть иначе?

***

На первом этаже пансиона творится настоящее столпотворение. Бетти осторожно спускается, стараясь особо не смотреть по сторонам, но чутко прислушиваться к разговорам. В платье она вдруг чувствует себя ужасно уязвимой, особенно зная, что большая часть собравшихся её бывшие сослуживцы, которые совсем не в восторге от правды о ней.

В большой комнате, настежь открытой, совещание всех, кто может хоть что-то сказать: там два капитана, их офицеры, Лиам и куча других. Бетти заглядывает в комнату Джона, чтобы проведать его, натыкается на недовольного Нейта и ретируется. Наконец, находит Билли, который, кажется, уже полностью смирился с её «предательством», и кратко вводит в курс дела.

Англичане приплывали за капитаном и как только получили его — с разрешения губернатора, между прочим, — тут же снялись с якоря. А вместе с капитаном прихватили ещё с дюжину матросов, Луи, Найла и Паулу. От новостей Бетти нехорошо, и она прикрывает глаза, вслушивается в голоса мужчин.