Рафаэль, видимо, замешкался, не ожидая такой истерики, но вскоре слегка приобнял, успокаивающе поглаживая по спине. Стало действительно спокойней. В его руках казалось, что я под защитой. И эта история в очередной раз показала, что на силу должна быть другая сила, и добро превращается в трансформировавшееся зло. Если бы его сегодня не было здесь?.. Если бы тогда он не зашёл в мою квартиру? Не спросил бы о моем визите к тётушке?.. Что было бы? От ответов на эти вопросы меня снова всю затрясло.

— Ну всё, тихо, тихо, всё закончилось. Они больше не будут тебя доставать. Уже, наверное, никого не будут… — объятия Рафаэля стали значительно сильнее, но так было даже комфортнее. Он на время превратился в моё успокоительное. — Я и не думал, что они выйдут так рано. Должны были появиться на пять минут позже.

До меня донеслись отголоски этих слов, только когда Рафаэля понял, что ляпнул лишнее.

— Что ты сейчас сказал?

Я отстранилась от него, пытаясь заглянуть в его наглые глаза, которые он прятал от меня, смотря куда-то в сторону, как нагадивший в тапки хозяина кот. Я подскочила с места, наматывая длинный ремень сумки на руку и готовясь применить её, если понадобится.

— Так ты знал, что они будут там! — но зачем? Почему не повёл меня другой дорогой, чтобы этого всего не произошло? Почему мы оказались на их пути? От осознания истины меня всю передёрнуло. — Так ты использовал меня как приманку!

— Это не то, что ты думаешь, — оправдывающе разводя руки в стороны и пятясь назад, заявил Рафаэль. Да ну? Лжец!

— Ах ты гадёныш!

Тут меня прорвало. Я подбежала к нему и стала дубасить сумкой по наглой зелёной морде. А я его чуть в ранг святых не возвела! Как хорошо, что он сегодня здесь… А он, засранец эдакий, решил меня использовать.

— Веселье ему значит, да? А если бы он выстрелил в меня, что тогда? Ты, инопланетная вонючка!

— Он бы не выстрелил, — уклоняясь от моих ударов как мог, пыхтел Рафаэль. — Я бы ему не позволил.

— Ты его чуть не убил, — на эти слова он схватил мою сумку и выпрямился, грозно глядя на меня. Этим теперь не проймёшь взбешённую Рокси. Как глазами не зыркай, в гневе я могу и убить.

— Тебе его жалко? Да ты хоть знаешь, что бы он с тобой сделал? — я остервенело пыталась вырвать сумку из его рук, дёргаясь всем телом, но мои попытки были просто смешны.

— Да это вообще всё из-за тебя произошло! Повеселиться, значит, захотелось?!

— Он бы достал тебя, не сегодня, так завтра, — на удивление спокойно сказал марсианин, притягивая меня к себе за ремешок сумки. — А я мог бы не оказаться здесь. Надо было решить вопрос раз и навсегда.

Рафаэль схватил меня за плечи, отпуская ремень, и посмотрел на меня в упор, а мне не хотелось поднимать взгляд. Перед глазами была трещина на его груди — след от пули. Он что, пуленепробиваемый? Интересно, а ему больно? В этот момент мне хотелось, чтобы ему было больно. А если пуля попала бы в голову? Голова у него не такая крепкая… Тогда он бы погиб из-за меня? И что, получается, я во всём виновата? Нет-нет. Ты перегнула палку, Рокси. Хотя, может, и так…

Я уже не знала, что думать, так что просто опустила голову и заревела, выводя вместе со слезами свой стресс. Может, Рафаэль прав, так им всем и надо? Наверняка я не единственная их жертва, и сколько ещё людей пострадало от них — неизвестно. На силу нужно отвечать силой. Никогда не была сторонницей этого, но видимо, мой случай именно такой.

Я стояла прямо перед пришельцем, носки наших ног упирались друг в друга, и мне больше не было страшно.

— Нет.

— Что? — переспросил Рафаэль, и в его голосе звучала тревога. Подумал, что я свихнулась?

— На твой вопрос, не боюсь ли я тебя, — подняла голову, когда слёзы почти унялись. Вблизи он казался ещё более массивным и внушающим трепет. — Нет, я не боюсь.

Рафаэль слегка приподнял брови, отвёл взгляд в сторону и неловко улыбнулся. Огромный пришелец был явно смущён. И так странно было сейчас, так непривычно видеть его таким — другим. И мне от его улыбки стало лучше, спокойнее, будто вся его кровожадность мне лишь причудилась. Всё-таки важны мотивы, и у него они более чем благородные. Таких даже среди людей днём с огнём не сыщешь.

Он резко снял с меня свои руки, словно обжёгся, и сжал кулаки, неровно выдыхая. Рафаэль казался мне одичавшим Маугли, заблудившимся в джунглях Нью-Йорка. Ну тогда я больше подхожу на роль Балу.

— Пора возвращаться домой, нужно спускаться, — нарушила я неловкую тишину.

— Там ещё всё только начинается, вряд ли удастся здесь спуститься, — ответил пришелец, смотря вниз. — Надо спуститься с другой крыши.

Что? С другой крыши? Опять прыгать придётся? Я не могу. Мне хватило уже стресса на сегодня.

— Что с тобой? — спросил Рафаэль, с интересом рассматривая моё ошарашенное лицо.

— Ничего. Давай лучше подождём, когда они уйдут. Я по крышам больше скакать не буду.

— Да ладно, здесь не очень опасно…

— Нет! — я даже сама своего крика испугалась, а пришелец так вообще отшатнулся. — Я… я… просто очень боюсь высоты.

Рафаэль слегка улыбнулся и, приблизившись ко мне, бесцеремонно схватил на руки. Не спрося разрешения, словно я была неживая немая статуя. Я закричала от неожиданности, зная, что сейчас опять будут полёты. Стала вырываться и бить его по плечам, хотя он вряд ли испытывал от этого боль.

— Хватит брыкаться, всё равно выбора нет, — усмехнулся. Этот засранец издевается! Он точно с планеты живодёров. — Просто закрой глаза, и тогда ничего не увидишь. Ты уже прыгала со мной по крышам, пока я тебя до дому нёс, когда ты в отключке была. Так что не впервой.

Он подмигнул, а мне хотелось врезать ему по наглой морде, но не стала. Всё равно ведь прав. Послушно закрыла глаза руками, прижимаясь к твёрдой поверхности груди.

— Только держи покрепче, чтобы я не соскользнула, — сквозь ладони пробубнила я, вжимаясь и скручиваясь от напряжения, но он услышал.

— Не бойся, я крепко держу.

И мы полетели. Ветер шумел в ушах, заглушая звуки города, словно я парила далеко в небе. Мне казалось, что даже сквозь твёрдый защитный слой его кожи, напоминающий затвердевшую резину, я слышу бешено бьющееся сердце. Отважное и доброе. Всё-таки совсем не плохо, что я с ним подружилась. Может, новая страница моей жизни начинается прямо сейчас. Пока я лечу над городом, пока крепкие руки не позволяют мне выскользнуть, внушая чувство защиты. Пока я здесь.

Я открыла для себя новый мир, и уже поздно оглядываться назад. И я лечу, падаю в эту неизвестность, и так приятно от этой лёгкости. Как никогда раньше я чувствую себя живой.

Комментарий к Повеселимся?

Кто-нибудь ещё помнит старую добрую рекламу Бленд-а-меда?)

========== Пока идёт дождь ==========

Гроза простреливает небо насквозь, озаряя вспышками свинцовые облака. Яркие полосы пробегают по тёмной комнате, но долго не задерживаются, лишь мимолётно ослепляя глаза. Эта прекрасная игра природы — демонстрация превосходства и силы — вызывает внутри благовейный трепет. Гипнотизирует, что невозможно оторваться от красоты и величественности, и ввергает в ужас, раскатами рассекая воздух. А затем, словно залечивая раны земли, тяжёлые облака опустошают свои запасы и проливают дождь.

Всё это напоминает мне о Рафаэле. Дождь теперь неразрывно связан с ним, и я погружаюсь в воспоминания недавнего инцидента, и до сих пор не знаю, как реагировать. Такое проявление заботы обо мне вызывало чувство благодарности. Теперь мы — друзья-товарищи, и такая необычная связь нравилась мне. Однако всё же я не была готова снова вернуться к тому, от чего хотела бежать и чего боялась теперь больше всего. До сих пор больная лодыжка напоминает мне о том пресловутом вечере. И, видимо, пришелец хотел подшутить, устроив «встречу с судьбой».

Я не боялась Рафаэля. Несмотря на его кровожадность и любовь к насилию, всё же его мотивы искренни и благородны. И мне радостно, что этот пуленепробиваемый здоровяк стоит на стороне добра. Но торчащее из тела коротышки лезвие всё ещё у меня перед глазами… И я никак не могу отогнать от себя это воспоминание.