– Майлз! Какого черта ты творишь?! – я не орала, но шипела, уповая на то, чтобы андроид распознал слова в этом ворохе неразборчивых звуков. – Немедленно открой меня и я спущу с тебя шкуру!
– «И» или «или»?
Шутливый голос не смог скрыть дрожи. Как бы девиант не старался закрыться за привычными шутками, я все же ощущала страх, точно тот просачивается из трубки, стекая по коже. Злость в груди внезапно растворилась, оставив место испугу и тревоге.
– Майлз, где ты?.. – я резко встала на месте боком к RK800, который не смел показывать признаков присутствия, так же как и я пропитываясь волнением.
– Я больше так не могу, Дженнифер, – он старался говорить беспечно, будничным тоном рассказывал о своих смертельных планах. Как будто бы зачитывал список покупок. Но меня не обманешь. Я слишком хорошо знаю его благодаря последнему году жизни. – Прятаться по углам в страхе, что тебя посадят или еще хуже – убьют. Бери своего Коннора и уезжайте из города, он знает, куда ех…
– Только не говори, что ты едешь в мэрию… – одной дрожащей фразой я умудрилась прервать андроида. Девиант оборвался на полуслове, ловя в моем притихшем голосе нотки истерии. – Майлз, скажи, что ты не едешь в мэрию, пожалуйста…
Тягучая пауза давила на уши. Теперь мне до зуда в голове не хватало услышать хоть что-то на том конце линии. Имитированный усталый вздох, ветер, да хотя бы очередную шутку! Что угодно, но только не тишину, просачивающуюся под кожу…
– Прости, Дженнифер. Я должен хотя бы попытаться.
– Майлз, вернись немедленно!
Он не услышал этих слов. Линия оборвалась противными гудками, сам же телефон в порыве ярости был отправлен в бетонную стену. Вновь принялась комнату мерить шагами, вороша волосы дрожащими пальцами в приступе бешенства. Паника накрывала волнами, не помогало даже мысленное отсчитывание до десяти. Сколько бы я могла еще вот так носиться по подвалу, судорожно хватаясь за любую возникшую мысль в стремлении найти хоть какой-нибудь выход из ситуации? Броситься следом? Или остаться здесь? Или покинуть дом? Что же мне делать?!
Иссякнувшие силы отразились в послабевших ногах. Крепко держась за края свободного металлического стола, я пыталась утихомирить яркое пламя в грудной клетке, в котором тлели и презрение к себе за упущенного друга, и злость на девианта с его поспешными решениями. Может, прошли пять минут, а может, вечность, но только голос Коннора возымел отрезвляющий эффект. Эти слова по сей день аукаются мне во тьме.
– Он сказал, что я вам нужен, – Коннор приглушенно вспоминал одну из оставленных девиантом фраз, не сводя взора с моей напряженной спины. – Я нужен вам, миссис Харди?
Ошарашенная услышанным, я посмотрела на андроида с неподдельным изумлением через плечо. Ищущий ответы, требующий разъяснений, но понимающий, что вряд ли их получит от меня в данный момент. Коннор чуть склонил голову, прищурив глаза. Красный диод контрастно играл на светлой коже рядом с темными чуть взъерошенными волосами. Он видел, что мелькнуло в каре-зеленых глазах, и потому нахмурился еще сильнее. Ответа от меня он так и не получил.
Словно разъяренный зверь, я била ногой по двери чуть правее внутреннего замка. Коннор не смел меня останавливать, словно бы понимал, зачем я ринулась наверх и что собираюсь делать. Дверь поддалась не сразу. Удар за ударом расшатывали ее на и без того слабых петлях, однако когда скрежет внутри оповестил о скором окончании пыток, я с криком навалилась на нее всем телом. Вырванный внутренний замок безвольно выпал на пол, осыпав деревянный паркет мелкой крошкой.
Я не знала, что делать. Просто накинув на красное платье пальто, бежала вдоль улицы прямо в домашних уггах, напрочь забыв о снеге, ноябре и приступах аритмии. Глаза судорожно рыскали взглядом по опустошенным домам в поисках машины, надеяться на брошенный кем-то автомобиль было глупо. Спустя десять минут беготня по заснеженным кварталам начала отдаваться болью в замерших обнаженных ногах, но, господи, что я вижу?! Маленький темно-синий седан на подъездной дорожке погруженного во тьму трехэтажного коттеджа!
Окрыленная удачей, я резво разбила стоящим рядом садовым гномом стекло и быстро пробралась внутрь. Рваное дыхание срывалось на хрип, вот-вот из груди начнут доноситься сдавленные рыдания.
Глупый, глупый, глупый! Слова повторялись в голове, как молитва, казалось, он сейчас услышит, проникнется истерией в моем голосе и вернется домой. Но нет. Это же Майлз! Тот, кто считает себя проворным до последнего винтика! Тот, кто считает себя спецом в области взлома компьютерных мозгов! Глупый, глупый, глупый!
Давясь сбивчивым дыханием, я принялась искать ключи. Бардачок был вывернут наизнанку, все зеркала проверены и осмотрены. Крик «ЧЕРТ!» вкупе с ударом по рулю словно взыграл совестью в самом автомобиле. Звук брякающих ключей поглотился мягкой обивкой автомобильного салона. Сами ключи оказались в замке зажигания.
Истеричка! В голове раздавалось злобное шипение, подогретое яростью и страхом. Бешеная истеричка и самоуверенный дурак! Глупый, несносный мальчишка со своими вечными авантюрами! Что он вообще думает о себе?! Ломануться тараном на ФБР, пробраться в мэрию при патруле полицейских на каждом углу! Еще и вклиниться в чужеродную систему, которая может в любой момент распознать лишний фрагмент! Глупый, глупый, несносный мальчишка!
– Проклятье! – я срывалась ударами на руль, то и дело, что уходя в кювет на бешенной скорости. Обледенелая дорога не самое лучшее место для истерик в водительском кресле, но я ничего не могла с собой поделать. Крепко сжимала кожаный руль, цедила проклятья сквозь плотно стиснутые зубы и пыталась разглядеть улицу за белой пеленой снегопада.
На часах шесть вечера. До мэрии как минимум двадцать минут по пустынным дорогам. Ледяной ветер из разбитого окна бросал в разгоряченное лицо горсти снега, заставляя кожу ощущать тысячи холодных иголок. Большинство улиц были пусты, но там, где удавалось найти хоть кого-то – там была смерть. Пристреленных андроидов даже не убирали с поля зрения, просто оставляли валяться на бетоне, пропитывая снег синим цветом. Очередной такой убитый андроид в белой униформе домашнего помощника заткнул бушующую ярость в груди. Один взгляд на отключенного PL600 повлек за собой безостановочные слезы.
Огражденное решетчатым забором здание мэрии, блекло освещаемое уличными фонарями, показалось за следующим поворотом. Здесь не было много полицейских, что шло в разрез с моими представлениями. Вид отключенного собрата Майлза вызвал у злобного воображения самые яркие и жуткие картины, от одного выстрела в лоб и до четвертования на потеху жадным до убийств солдатам. Однако реальность оказалась не так кровожадна, как фантазии. В реальности у здания мэрии находилось множество патрульных и обычных гражданских машин, среди которых всего двое солдат в белых экипировках возвышались над стоящими на коленях машинами.
Их было так много, не меньше десяти… в белых и синих униформах, в обычных темных одеждах, с диодами и без. Но все они дрожали, понурено опустив головы и глядя в бетонный пол. Среди них выделялся один. Черная кепка, черная куртка, уверенная осанка. Майлз стоял в первом ряду, глядя строго перед собой и держа руки на затылке. Одного мимолетного заплаканного взора хватило, чтобы понять: выбранный им билет был в один конец. Он это понимал, и потому даже не дрожал, в отличие от других машин.
Дорога была чертовски скользкой, а скорость такой бешеной, что автомобилю бы не хватило времени затормозить. Но разве кто-то собирался давить на педаль тормоза?.. да, собирался. Только на педаль газа.
Грозно зарычавший автомобиль известил всех присутствующих о своем намерении. Уже желавшие расстрелять пленников солдаты с криками обернулись ко мне с ружьями, но, прежде чем послышалась первая очередь выстрелов, я успела опуститься вниз, вцепившись в руль. Бордюр подкинул стального зверя, несущегося точно в солдата, и вскоре раздался гулкий стук вперемешку с криками. Фонарный столб оказался как никогда кстати. Благо подушка безопасности сработала вовремя, позволив впечатать голову не в лобовое стекло, а в спинку кресла.