Бабушка выставила на стол пирог, такой ароматный и даже на вид вкусный, что даже о горячем котике забылось. Всего на одну минуту, но всё же. Пожалуй, он не сильно опоздает, если съест кусочек… Или два. Малиновые пироги под вино идут ой как хорошо.

Пирог заинтересовал не только его — Хота спустился с лестницы так резво, будто это не он тут наказанный. И нет, заплаканным не выглядел совсем. Какие уж тут слёзы, когда еда на столе, семья в сборе и даже ремня нет в обозримом пространстве.

— Ты уже забыл, что наказан? — лениво поинтересовался Дар, пирог на всякий случай подвигая к себе. Племянничек — тот ещё ухарь: только глаза отведи, и вот уже тебя оставили без еды, денег и штанов.

— Ну Дар!

— Что? Овсянка на воде — вот всё, что ты заслужил! Как ты мог уйти без разрешения матери?

— Но я же нашёлся! И вообще, это наша деревня, ну куда я денусь?

И ведь и впрямь никуда бы и не делся. Как не девались другие дети. Сам Дар, Кэм, Ньордан… Но ни один из них не был ребёнком префекта, более чем неугодного для многих. Шантаж, месть, фанатичная вера в превосходство людской расы — причин украсть медвежонка более чем достаточно.

— Ну сейчас-то, уж конечно, никуда… разве что в свою комнату, — пообещала Кэм. — Правда, я подумываю сдать тебя в частную школу построже. Дар, где ты там учился?

— Нет таких школ. А в военную академию я его сам не пущу. В жизни столько не пил, сколько там!

— Прекратите третировать ребенка, — Дердра уселась рядом, подтолкнула Хоту к тарелке с кашей (увы, не овсяной) и мясом. — Ешь. И пирог тоже — в этой семье едой не наказывают.

— Только лесопилкой, колкой дров и уборкой сараев, — закончил за неё Дар.

— Ну да. Труд сделал из нас людей! Ну, почти людей и не из всех, но это уже детали.

Пожалуй, в семейных ужинах есть своя прелесть. У всех заняты рты и никто не спрашивает ерунду. Навроде той, что так любит бабушка — о том, когда Дар остепенится, возьмёт в жены приличную бету, а лучше альфу. В последние лет… много, в общем… каждый его визит в Таненгрев начинался одинаково — с попыток Дердры его обженить. Не так чтобы у неё руки чесались понянчить правнуков (Хаос, можно подумать, хоть у одной дамы старшего возраста они чешутся!), просто она твёрдо убеждена, что следующим вожаком клана непременно должен быть его, Дара, отпрыск. Так что надо бы покончить с едой быстрее остальных, да валить уже к своему котику, он там наверняка заждался.

Ага, размечтался.

— Куда собрался, беспутный?! — грозно окликнула бабушка, когда он поднялся с места.

— Чего это я беспутный? — приосанился Дар с деланным возмущением. — Явился, как только позвали! Исполняю семейный долг и долг альфы!

— Ага, пожрать и сделать вид, что ты тут главный, — хмыкнула Кэм. — Мечты, мечты… А собрался он к своему коту, бабуля. Нет, не поспоришь, к такому коту и я бы собралась…

Выражение на лице Дердры было поистине непередаваемым. То ли жажда убийств и крови, то ли желание палку всё же найти и как следует отходить ею нерадивого внучка. Она замерла, повернулась к нему полностью, вперила в него тяжёлый взгляд тёмно-карих глаз.

— Скажи мне, что это не то, о чем я подумала.

— То самое.

— Значит, не врали… — пробубнила она и добавила уже громче: — Вот послал же Хаос родственничков! Мой внук нашел себе мужика!

— Не-не-не, — замахал руками Дар, заторопился к выходу, — я не готов обсуждать свою личную жизнь с вами ещё… Никогда, пожалуй.

— А придётся, — возразила Дердра и нахмурилась. — Твоего кота Изаром зовут?

Дар изумлённо посмотрел на неё — он не припоминал, чтобы называл это имя, а судя по тому, как удивилась Дердра, Кэм ей ничего не рассказывала. Волчара, что ли, болтает о его тигре на каждом углу? Но в ответ кивнул.

— Значит, про него вещунья говорила.

— Что говорила?

— Что Зима идет. Что-то там про спасительную звезду было. Спроси сам, она давно тебя ждёт.

Дар нахмурился. Это ещё что за новости? Как связаны его Изар и зима, без которой достаточно проблем? И где брать припасы? Октябрь почти, не успеют до заморозков… А ещё грёбаный Варен так невовремя решил покрутить хвостом!

«Так, Дар, решай дела по порядку», — приказал он себе.

— Хорошо, наведаюсь. Она у себя?

— А где ж ей быть? Это ты у нас по всяким кошачьим питомникам шляешься.

Отвечать Дар не стал. Понадеялся только, что глаза закатил достаточно красноречиво. А когда вышел из своей комнаты, уже прилично одетый, внизу его поджидала Кэм.

— Я с тобой, прогуляться хочу.

Дар окинул её подозрительным взглядом. Как же, прогуляться! Скорее, поглумиться над своим альфой, получившим выволочку наравне с медвежонком-восьмилеткой.

— Что, маршал котик сегодня был тебе не рад? — Кэм, разумеется, не разочаровала. Только вот разговор пошёл по несколько иному руслу. — Ты весь как на иголках, и это явно не благоговейный страх перед альфа-бабулей.

— Нашу альфа-бабулю не забоится только полный псих, — хмыкнул Дар. Без особого, правда, веселья. — А что, так заметно?

— Ой, когда тебе вообще удавалось от меня хоть что-то скрыть? — ответила она вопросом на вопрос. — Я жду горяченьких подробностей, Шандар! Да поживее, тут идти всего-ничего.

Видит Хаос, он держался. Всё это время держался, потому как семье о его постельных (ну, почти) неурядицах знать необязательно. Однако же проблемы с Изаром касаются и Кэм тоже, как бы он ни хотел обратного.

— У маршала котика чересчур большое шило в пушистой заднице! — воскликнул Дар, впрочем, вполголоса. — Ты же в курсе, что он посрался с волками и барсами? Ничего мне не сказав! Не то чтобы я против безвременной кончины наших пушистых дружков, но вот так в лоб, одному против всех — зачем? И ведь слова не скажи, сразу во враги записывают… Хаос, этот кошак просто невозможен!

Кэм, к его удивлению, только плечами пожала.

— Нет, а что ещё должен был делать столичный красавчик стриптизёрской наружности, с порога заимевший репутацию твоей альфа-сучки? Причём твоими же стараниями, — она покачала головой, глянула с неожиданной холодностью. — Варен и Мэйс — скоты, признающие лишь грубую силу. Изар правильно сделал, что поломал их. Жёстко поломал. Теперь, не дождавшись от нас поддержки, они или приползут к нему на брюхе, или полезут с разборками и будут разодраны в клочья — а их кланы, зная, на что способен твой маршал котик, не рискнут помешать. А то и вовсе ему помогут.

— Да с чего бы вдруг им помогать? — поинтересовался Дар, благоразумно умолчав, что разодраны они будут в том числе и благодаря ему. Не обязательно в буквальном смысле, но…

— Изар вступился за них. Встал между ними и их альфами; дал понять, что альфам больше не дозволено творить что вздумается, — Кэм чуть нервно закусила губу, как будто ощутив вину перед всеми теми оборотнями, которые по сути и не её забота. — Смело до безумия, но при этом расчётливо до безобразия. Кошак твой и вправду невозможен.

Дар невольно замедлил шаг, озадаченно поскрёб подбородок.

— Мне как-то даже и в голову не пришло посмотреть на ситуацию с такой стороны.

— Ну естественно, тебе не пришло, — теперь её голос наполнился обидной желчью. — Дар, ты никогда не был жертвой. Тебе просто не понять, каково это; ты мужчина, альфа…

— Изар ведь…

— Изар прошёл через ёбаный кровавый ад и чудом не свихнулся, — Кэм вздохнула, неуютно поёжилась под гнётом несчастливых воспоминаний. — Не проси подробностей, ладно? Нет их у меня. Я и это-то знаю только потому, что Лилли в сердцах обмолвилась.

Подробности? О нет, Дар не стал бы спрашивать её, даже знай она всю биографию Изара в подробностях. Хватит и того, что он уже узнал от Варена. И пусть не питал иллюзий, но задело же. Заставило глупо ревновать, сомневаться, чего никак нельзя допускать по отношению к тому, кого любишь. А теперь ещё и злиться на тех, кто посмел обидеть его — теперь уже точно его! — Изара.

Злиться Дар не любил — уж больно тёмное чувство, напрочь отшибает мозги, мешает мыслить здраво. Однако ничего не мог с собой поделать. И жалел, что не уродился каким-нибудь книжным некромантом, смело поднимающим трупы. Потому как он бы с радостью убил того прелестного братца снова. Жестоко, грязно и мучительно. Он всех бы убил ради Изара, это даже не обсуждается! Но начал бы с этого… Кироса.