— А ты думаешь, я этого хочу? Нет, не хочу, но что мне остаётся? Очнись, Локи! — принцесса наблюдала, как асгардиец фыркнул и отвернулся, но она продолжала говорить. — Ты понятия не имеешь, на что способен Раллард! Он – не добряк Ниллан, который играет в войну только потому, что ему приходится. Мой брат – опытный воин и ему нравится убивать, поверь мне, ему действительно нравится это делать, и он не знает, что такое прощение. Если эта помолвка сорвётся, не важно по какой причине, Раллард будет унижен перед всей Вселенной, и будь уверен, что он этого не забудет. И когда он расправится с Нилланом, то найдёт способ свести счёты с Асгардом, даже если будет абсолютно обескровлен предыдущей войной.
Локи криво усмехнулся.
— Тор тоже не дурак драться. И, поверь, он победит.
— Пусть так, но сколько невинных пострадает, пока они станут выяснять отношения?
— А как же я? — спросил принц. Сибилла видела, как его взгляд наполнился ревностью и обидой. — Ты заботишься о невинных, но что прикажешь делать мне? Быть свидетелем твоей красивой королевской свадьбы, да? Наблюдать за тобой, пока ты сидишь на троне? Да в пекло это, Сиб! Я так не могу!
Он раздраженно спул сугроб сапогом, а принцесса сжалась. Она понимала его боль – она чувствовала её каждой клеткой, но Сибилла не могла пойти на это, ведь понимала, сколько бед принесёт их беспечность. Царевна не могла обречь на страдания тысячи жизней только потому, что влюбилась в того, в кого нельзя было влюбляться.
— Прости, Локи… — она покачала головой. Её рот стал сухим, а слова больно царапали горло. — Я не могу. Я просто не имею права.
— Значит… Ты выбираешь Тора? — Локи сжал зубы. Он выглядел униженным и уязвлённым, и смотрел на Сибиллу с такой сухой обидой, словно только она воткнула нож ему в спину, но принцессе было нечем его утешить.
— Я выбираю мир. И благо подданных.
— Вот, дерьмо… — царевич закинул голову назад и издал нервный смешок, словно не верил своим ушам, но Сиб было больно не меньше, чем ему.
— Наши люди не должны страдать только потому, что мы влюбились в того, в кого не должны были, Локи.
Асгардиец кивнул и посмотрел куда-то в сторону. Его голос сочился болью.
— Да… Мы не должны были. Это было глупо.
Сибилла подняла взгляд и внимательно посмотрела на его красивый, чёткий профиль. Он говорил это, чтобы уязвить её, или действительно жалел о том, что между ними произошло? Принцесса не знала ответа на этот вопрос, но не могла отрицать того, что слова Локи причинили ей боль.
— Значит, ты считаешь это глупостью? — спросила она.
Царевич повернул голову и снова посмотрел на неё. Его взгляд был сердитым и сухим.
— Что «это»?
— Всё, что между нами произошло, — ответила Сиб. Холодность тона принца заставила её сердце ныть ещё больнее: со дня её прибытия в Асгард Локи был единственным в этом царстве, кто был ей по-настоящему близок, но теперь он отдалялся, и Сибилла ощущала это всё сильнее. С каждой секундой темноволосый асгардийский принц отстранялся от неё дальше и дальше, но она ничего не могла с этим поделать.
Может, это неизбежно? Возможно, увлекшись заведомо обреченными отношениями, царевна должна была понимать, что всё закончится именно этим? Локи покачал головой.
— Между нами ничего не произошло, Сибилла. Просто… просто пара поцелуев как способ скоротать время, только и всего.
Просто пара поцелуев… Для принцессы это никогда не было этим «просто», как и для асгардийца – она знала это, как и то, что слова Локи были просто защитной реакцией, обыкновенной попыткой сделать ей так же больно, как Сибилла сделала ему свои отказом, но понимание этого вовсе не означало, что сказанное её не задело. Болела не только уязвлённая душа царевны. Казалось, даже её тело разрывалось на части, словно с неё живьём срывали кожу, но ванахеймка стойко глотнула накатившие слёзы и упрямо посмотрела в красивое лицо Локи.
— Значит… это всё?
Он поджал губы, и на мгновение эмоции предали его. На короткий миг в этих синих глазах, которые она так любила, мелькнуло нечто большее, чем просто обида и злоба, но только на миг, потому что в следующую секунду принц холодно ответил:
— Это всё.
Сиб кивнула и опустила взгляд. Она даже не замечала, что с серых облаков снова посыпал снег, и всё вокруг стало даже чище и прекраснее, чем прежде – принцесса просто стояла, пока ревущая внутри боль ослабила хватку на её горле и ванахеймка снова смогла говорить. Она судорожно облизнула непослушные губы, словно хотела ощутить на них вкус Локи в самый последний раз, а потом сказала:
— Что бы ты ни говорил, для меня это было больше, чем способ скоротать время. Просто знай это.
Локи молчал. Прошло несколько бесконечных мгновений, прежде чем он открыл рот, словно собирался что-то сказать, но в последний момент передумал. Сибилла разбито смотрела, как младший сын Одина отвёл взгляд, а потом глубоко вздохнул и вышел из-под их укрытия под ветвями сосен, чтобы привести лошадей. Снег всё сыпал и сыпал, и принцесса изо всех сил пыталась сделать только одно – не плакать, и у неё это получалось, потому что когда Локи снова пришел, её глаза были совершенно сухими.
— Поехали, Ваше высочество. Я хочу вернуться в Мюрнес, пока дорогу не замело, — принц протянул ей поводья Танцора, и Сибилла молча их приняла.
Это был первый день зимы.
========== Глава 24. Прощай. ==========
Комментарий к Глава 24. Прощай.
Привет, мои хорошие! Как вам Оскар? Кто смотрел? Знаю, в ваших широтах трансляция происходит ночью, но, может, есть герои, которые презрели сон и осилили сие событие? :) Мы с друзьями переживали за Рами, так что лично я довольна. По крайней мере главной мужской. А сама церемония мне не очень, если честно. Оскар уже давно не про кино, увы.
Пока держите новую главу. Скушайте ещё стекольца, дорогие, но обещаю, следующая глава будет вкуснее)
А мне рано на работу, поэтому спокойной ночи. Всем добра!
— Давно вас не видно, Ваше высочество!
Грудастая служанка с улыбкой поставила на стол две кружки эля, но Локи проигнорировал её слова – он молча взял выпивку и парой больших глотков прикончил почти половину. Фандрал поблагодарил девицу кивком и уныло посмотрел на принца.
— Ну… как дела?
Локи тихо вздохнул и прислонился спиной к стене. Камень был прохладным и царевич находил это приятным, ведь не смотря на то, что они сидели далеко от очага, воздух в таверне казался спёртым и горячим, словно летом. Асгардийцу было душно.
А, может, принц просто слишком много выпил? Ещё до того, как его заметил заглянувший на пару кружек эля Фандрал и подсел к нему за стол, он одолел две или три пинты – царевич избегал компании, но если бы он попытался отделаться от общества, это могло бы показаться подозрительным, поэтому Локи слизнул пенку с верхней губы и ответил:
— Нормально. Порталы закрыты, как и прежде. Правда, на Большом поясе я обнаружил следы вмешательства с другой стороны, кто-то пытался пробить чары с Ётунхейма, но колдовство было слабым и у них ничего не получилось, — это были пустяки, такое случалось. Иногда существа с иных миров использовали свои смехотворные магические способности, чтобы разрушить защитную магию Фригги и пробраться в Асгард, но у них ещё никогда не получалось провернуть это как следует.
Чтобы попасть в царство Одина через известные порталы, нужна помощь с этой стороны, иначе никак.
— Значит, та летняя история с ётунами на Большом поясе – действительно пустышка? — спросил Фандрал.
— Не более. Не знаю, что напугало солдат, но это были точно не ледяные великаны с той стороны портала.
Светловолосый воин пожал плечами.
— Что ж, это к лучшему. Я рад, что ты вернулся.
— Угу, я тоже, — Локи сделал ещё глоток. На другом конце зала слышался смех и весёлые песни, но принц пришел сюда не за весельем – просто он не мог находиться во дворце ни секунды дольше. С тех пор, как прошлым утром они вернулись в Асгард, Локи не находил покоя даже в собственных комнатах – он не мог есть, не мог спать, не мог писать письма и даже читать, хотя принц изо всех сил пытался сделать хоть что-то. Он пытался занять свой разум любыми возможными способами, лишь бы не думать о чёртовой ванахеймской принцессе, но это не срабатывало. Как бы Локи ни старался, Сибилла всё равно была в его голове, и он ничего не мог с этим поделать.
