Баки сам не знал, что является убийцей старшего поколения Старков. Воспоминания о этом задании пришли ему во сне, как обычно. Он просто задремал в теньке, в то время, когда Тони соединял в одну карту полученную информацию с дронов. А потом не смог промолчать. С одной стороны, он поступил верно, ведь шила в мешке не утаишь, но с другой… мог бы выбрать момент поудачнее. И он согласился, чтобы мы еще раз нырнули в его память и покончили с остатками Зимнего Солдата раз и навсегда. Но пока я не могу сделать ничего – понуро сижу как кошка, обвив задние лапы шипастым хвостом и держу поврежденные пальцы в рунной чаше. Халк устроился на валуне у воды и в разговоре не участвует, только слушает и рассматривает кораллы, которые умудрился достать со дна моря. Спокойный зеленый великан, которому не нужно ни с кем сражаться. Стив, Сэм и Баки расположились на базальтовой площадке у палатки – мы совещаемся.

- «Тони отойдет… Со временем конечно.» – слегка шевелю конечностью. Еще рано.

- Пять ступеней принятия негативных событий. – вставляет свое веское слово Сэм. – Мистер Старк всегда был непотопляемым оптимистом. А еще очень упорным – он не откажется от идеи объединить Мстителей.

- Только вот в какой составе… Я так понимаю, что теперь он будет существенно урезан. – Стив толкает друга плечом. – Эй, Бак, что скажешь?

- Я говорил тебе, что не стремлюсь примыкать к какой-нибудь официальной группе. Перенимаю взгляд на жизнь у своего Учителя. – кивает в мою сторону, не отрывая глаз от развороченной взрывом детали пистолета на ладони. – Ты сегодня спасла мне жизнь. Опять.

- «Погоди-ка. Это был первый раз.» – перебираю в памяти случаи, но нет.

В ответ он тихо бурчал под нос о том, что Зимнего Солдата он и сам бы с удовольствием убил и не злится на Тони. И еще что-то о том, что признает свою вину. Боги насыпали в этого человека столько совести, что хватит на целую дивизию.

- «Хватит ворчать, Баки. Лучше скатывай шкуры и переместимся к дому.» – разминаю зажившие пальцы и чешу жалкие остатки старой кожи. – «Черт с ними, с ошметками. Если я сегодня не покурю и не выпью кофе, то пойду в народ наносить добро и причинять справедливость. А боги мне этого не простят.»

Лапой указываю, чтобы сгребли все добро в одну кучу. В три пары рук дело идет быстрее – лагерь собран минут за пять. Так, что у нас еще крупного осталось? Совсем забыла – не «что», а «кто».

- «Большой парень, ты не против побыть еще раз дровами?»

- Идти к яблоне? – собирает в одну руку все свои добытые морские сокровища. – Халк любить яблоки. Там отпущу Бэннера.

Ну вот и отлично.

Я чуть не убила Халка. Если быть точной, то очень сильно захотела его жмякнуть оземь, когда он подошел к моему нежно любимому деревцу гигантских размеров и просто резко ударил по стволу раскрытой ладонью. Яблоки сияющим градом посыпались на траву, а я заглотила обратно пламя, которым хотела подпалить одну зеленую жопу. К счастью он хоть и молод, но прекрасно понял, что сделал что-то не то. И смылся, сожрав десяток яблок и оставив для Брюса собранные кораллы с посланием. «Передать Бэннеру – Халк не злой. Красиво.» – указывал на свою добычу, съеживаясь и теряя зелень. Пожалуй, отвернусь и рыком позову парней. Пусть раскапывают в вещах одежду нашего доктора, который сейчас смущенно пытается прикрыться, стоя за моей огромной спиной.

- Ух ты. Уже почти ночь. Я ничего не сломал? – раздается смущенный голос Брюса. – И надеюсь, что никого не убил… А где Тони и Пеппер?

А что я могу ему сказать? К счастью, пришел Сэм и принес доктору одежду, а еще я попросила сделать то же для меня. Вариант перекинуться в лесу, а потом шмыгнуть Темным Путем домой чреват угрозой оказаться перед гостями в первозданном виде – я в душе не чаю, кто где ходит. Почетную обязанность принести мне вещи взял на себя Баки, захватив из гардероба одно из моих плотных платьев-халатов. А еще корзину с травами, угли и жаровню – так хочет поскорее избавиться от незнания, что даже не дал мне времени перевести дух. Ну и Стива с собой привел.

- Я не знаю, как это выглядит со стороны, но попрошу не вмешиваться. – заплетаю за ухом сосредоточенного Баки косу из пяти частей, такую же, как и у меня. Для крепкой связи.

- Выглядит очень… сокровенно. – Стив ерошит свои светлые короткие волосы, морщится от дыма тлеющих трав и смотрит в сторону.

- Я не про косу, а про то, что за ней будет, мо анам. – услышав старые нежные слова он улыбнулся. – Раньше нас видел только Карл, а были спецэффекты или нет – он не распространялся. – скрестив ноги опускаюсь на траву перед Баки и протягиваю руки – одна ладонью вверх, другая ладонью вниз. – Ты готов? – ученик только коротко кивает, не говоря ни слова, и сжимает мне предплечья. – Тогда смотри в глаза, друг мой. Клянусь, я не желаю тебе зла.

Дух его почти цел – только небольшие разрывы остались. Самостоятельно он добрался до девяносто первого года. Я чувствую бестелесное присутствие Баки рядом, когда просматриваю его воспоминание про убийство Говарда и Марии Старк. Зимний Солдат не чувствует той горечи и отчаяния, которое излучает почти излеченное сознание Джеймса Бьюкенена Барнса рядом со мной. Мы лишь два сгустка мыслей, и я не могу сейчас пихнуть его в бок или обнять, чтобы приглушить душевную боль. Которая становится частью меня. Теперь я знаю, почему он отказывался от продолжения терапии – Баки не хотел, чтобы хоть кто-нибудь видел его таким бездушным и до отвращения спокойным, когда он выполнял задания ГИДРА. Или, в частности, Александра Пирса – он отдал приказ, из-за бездумного исполнения которого Тони сегодня выплевывал ранящие слова. Но стоять на месте нельзя, и мы идем дальше, а я фокусирую внимание на совершенно посторонних вещах: рассматриваю трещины на стенах заброшенных складов, или офисные картины, или чужие милые занавески, запачканные брызгами крови. Но вот только уши заткнуть не могу и слышу выстрелы и удивленные вздохи. Или крики, если Зимнего Солдата успели заметить.

Конец уже близок. Мы видим, как он дерется со Стивом, одетым в старую, стащенную нами из музея форму. Теперь я не хочу отворачиваться и наблюдаю, как мой друг стреляет в моего любимого, втыкает в плечо нож, разбивает голову, и прыгает следом за ним в холодные воды реки Потомак, чтобы спасти. А вот и я – растрепанная, в запахнутом наспех платье и с безумным обеспокоенным взглядом. Резкий вздох – и я исчезаю из вида, но Зимний Солдат все равно меня вычисляет и берет в захват, чтобы… А зачем, он и сам не знает. Наверное, просто по привычке выполняет приказ. Оу!.. Йой!... Твою же ж хвостатую матушку!.. Мой подлый удар ниже пояса Зимний Солдат ощутил в полной мере, просто ничего не показал, ведь это так непрофессионально! Пора выходить.

- Баки, прости пожалуйста за тот раз. – чешу зудящее запястье, с которого сходит незримая метка Договора о возвращении памяти в обмен на помощь. – Я как со стороны увидела, так у меня резко заболело всё то, чего в принципе быть не может.

В ответ мне прилетает хороший такой подзатыльник. А потом, спустя мгновение, еще один – клятва о не причинении вреда больше не действует. И следом меня обнимают, как лекаря, сообщившего о полном выздоровлении. Вот и все внешние проявления выполненной работы – никаких вспышек или парящих в воздухе камней. Только Джеймс Бьюкенен Барнс, который окончательно сбросил с плеч призрак Зимнего Солдата.

- Баки, отпусти уже мою девушку, пока я не начал ревновать.

Стив похлопывает друга по спине и одновременно галантно предлагает мне руку, чтобы подняться. Вовремя, ведь ноги слегка затекли. Ну и я до сих пор ощущаю желание пройтись на четырех лапах – несколько суток в виде дракона оставили свой след. Я пару раз чуть не припала к земле, засыпанной сверкающими яблоками, когда Стив вздохнул, пробормотал что-то о подзатыльниках и заветах Карла, а потом просто подхватил на руки и понес в сторону дома, выспрашивая, не хочу ли я чего. О-хо-хо, да я много чего хочу. Искупаться и оттереть шелушащуюся кожу. Большой кусок хлеба, на котором лежат слоями листья салата и разного сыра. И оливка сверху. И чашечку кофе. И орехов. И бо-о-ольшую плитку темного шоколада. И покурить. На насмешливый взгляд пришлось объяснить, что моя диета последние дни составлялась из добытых псевдобаранов, поэтому мясо я желаю в последнюю очередь. А он меня слушал, прижимался к макушке, терся подбородком о волосы с которых уже сошла седина. Чувствую, никуда он сегодня не уйдет, а будет кормить и утешать бедненького дракона.