– Отдохни, Машенька! – обрадовалась она, – Не переживай, я их заберу, накормлю, искупаю, а Саша заедет и заберет. Ему останется их только спать уложить.
Я не планировала засиживаться у Веры Ивановны допоздна, но говорить этого ей не стала. Поблагодарила ее и пошла собирать документы для встречи с управляющим банка.
К вечеру, выходя из банка, если я и думала об отдыхе, то только исключительно лежа на горизонтальной поверхности под одеялом и досматривая седьмой сон. Устала настолько, что ехать к Вере Ивановне на дачу перехотелось.
– Отвезешь меня в офис? – спросила я у Стасика – водителя нашего офисного синего «Форда».
– Извините Мария Викторовна, – виновато потупил глаза парень, – Я тогда не успею Веру Ивановну из салона забрать. Сейчас ей позвоню. Может, подождет.
Он полез за телефоном, но я покачала головой:
– Не надо, – и достала из сумки свой, набирая мужу,– Саш, привет!
Не вдаваясь сильно в подробности, рассказала ему о юбилее Веры Ивановны и попросила, как освободится забрать меня, чтобы у юбилярши не было возможности уговорить меня остаться подольше. А так и начальницу не обижу, и задерживаться не стану. Пропущу пару стаканчиков с вином и домой.
– Я постараюсь пораньше,– пообещал муж, – Кидай сообщением адрес.
Вот и славненько все получается.
***
Дача у Веры Ивановны находилась в элитном поселке пригорода на берегу реки. Домик, по сравнению с соседскими виллами, был скромный, но симпатичный.
Всю дорогу начальница без устали болтала по телефону, принимая бесконечные поздравления от друзей и родственников. Я же с нарастающим раздражением, не могла понять, откуда в этой женщине столько энергии. Просто энерджайзер какой-то! В общем, когда мы добрались до дачи, мне уже хотелось обратно.
Слава богу, на стол накрывать не пришлось. Здесь банкетом заправляла дочка Веры Ивановны – Иришка.
Пока я осматривалась, с наслаждением вдыхая вечерний воздух, стали подтягиваться гости. В основном бывшие коллеги по работе с кем у Веры Ивановны сохранились дружеские отношения. С некоторыми я была уже знакома и за столом, который накрыли на веранде, завязалась непринужденная беседа. После нескольких тостов и выпитых рюмок, гости заметно приободрились, и стало довольно шумно.
Я лениво потягивала красное вино, внимательно слушая рассказ одного мужчины о том, как он ходил охотиться на кабана. Рассказчик отжигал юморные перлы, поэтому пропустила появление Владимира Ивановича.
– Мария? – раздалось прямо за моим плечом, и на пустующий рядом стул опустился мой персональный кошмар.
Честно, чуть не подпрыгнула от неожиданности. Взгляд мой уперся в его загорелое улыбающееся лицо и настроение, приподнятое веселым охотником, стало стремительно опускаться до отметки «ниже не бывает».
– Добрый вечер, – выдавила из себя фальшивую улыбку.
– И вправду добрый.
Повисло молчание. От неловкости, к счастью, спас все тот же охотник, который, повернувшись ко мне, с энтузиазмом стал теперь расписывать все прелести рыбалки. Я с радостью включилась в обсуждение, игнорируя пристальный взгляд голубых глаз, который, казалось, обжигал затылок.
Через некоторое время выскользнула из-за стола и, отловив раскрасневшуюся и довольную жизнью Веру Ивановну, прошипела ей на ухо:
– Вы не говорили, что пригласили Владимира Ивановича.
– А я и не приглашала. Он сам приехал, – с лукавой улыбкой сказала она.
– Мне казалось, что он в отпуске.
Женщина пожала плечами, всем своим видом показывая, что она здесь ни при чем, а я не зная, как усмирить тревожный зуд в душе, пошла по тропинке вниз к реке вслед за двумя девушками, которые решили искупаться.
– Маш! – окликнула меня начальница, – Тебе купальник Иришкин дать?
Я отрицательно покачала головой и двинулась дальше. Купаться я не собиралась, только помочить уставшие от каблуков ступни. А еще сбежать от пронизывающего насквозь взгляда голубых глаз, который вопреки логике и здравому смыслу выворачивал всю душу наизнанку.
Наверное, и вправду говорят, что все бабы дуры. В каждой из нас живет нечто темное, откровенное, пошлое. Что-то отчего любая даже самая домашняя кошечка, может превратиться в слетевшую с катушек тигрицу. Просто кто-то этого не подозревает в себе, а кто-то уже давно открыл. И вот я была из последних. В обычной жизни мне вполне хватало загрузить себя текущими проблемами по самые уши, чтобы ни о чем другом даже мыслей не было, но когда дело касалось Владимира Ивановича – мозг всегда давал сбой и привычные методы не действовали.
Почему так происходило? Откуда эти непрошеные чувства? Разве я не люблю Сашу? Разве готова я рисковать семьей из-за мимолетного сентиментального порыва?
Конечно, не готова.
Только, как объяснить это мужчине, который привык получать все, что только пожелает.
И самый главный вопрос: на что он готов пойти, что бы получить желаемое?
Медленными движениями босой ступни я водила ногой по искусственному песчаному дну на мелководье речки, краем глаза наблюдая за тропинкой в душе не сомневаясь, что начальник обязательно воспользуется моментом, чтобы в очередной раз попытаться соблазнить меня. Слишком уж откровенен был его жадный взгляд, которым он провожал меня с веранды.
Прекрасно зная, как муж не любит, когда его отвлекают на работе, не удержалась и написала:
«Ты еще долго?»
Отписался почти сразу:
«Тебе уже надоело?»
Черт. Значит, еще даже не выезжал.
«Надоело»
«Расслабься и выпей. Я пока занят. Освобожусь через час»
С раздражением зажала в ладони телефон и неспешно пошла вдоль покатого берега, озираясь по сторонам.
Неплохо, однако, живут местные богатеи. Огородили речку со всех сторон. Засыпали песком, травку подстригли. Даже площадку детскую поставили.
Я уселась на качели и, оттолкнувшись босыми ступнями от земли, стала неспешно покачиваться, с наслаждением ощущая, как легкий ветерок шевелит растрепавшиеся за целый день волосы.
Тут качели замерли, на мгновение, зависнув на взлете, и тут же затормозили, повинуясь чужой воле.
Обернулась и уже ожидаемо узрела, криво ухмыляющегося Владимира Ивановича.
– Следом шли? – не скрывая недовольства, спросила я.
Он не ответил. Обошел качели и присев на корточки подле моих ног, по-хозяйски опустил горячие ладони мне на колени. Я вздрогнула от прикосновения. Слишком личным казался этот простой жест. Стараясь не выдать собственную нервозность, демонстративно сложила руки на груди, в ожидании глядя на мужчину.
– Маш, я соскучился, – вот запросто заявил мне он без всяких предисловий.
Вот как у него это получается. Одной фразой выбивать почву из-под ног.
– А я нет!
Он протянул руку и погладил по щеке, отчего я дернулась и резко отстранилась.
– Какая ты стала вредина, – обиженно вздохнул он.
– Я всегда была такой.
– Не замечал.
– Ты просто не хотел замечать.
Тяжелый вздох и начальник самым наглым образом зарывается лицом мне в колени в совершенно беззащитном жесте. Словно хочет, чтобы его пожалели.
Блядь! Вот зачем он это делает. Меня же так и подмывает погладить блестящие светлые пряди, как я это делала когда-то. Уже кажется в другой жизни.
– Да что ж тебе неймется!– злясь скорее на саму себя, рычу я и подрываюсь с качелей, скидывая руки мужчины, – Замужем я! За-му-жем! Что тут непонятного?
Владимир Иванович резко выпрямляется и лицо с добродушно-игривого превращается с жесткое и злое. Он хватает меня за руку и без слов тащит под сень густых деревьев.
– Что? Ну, что тебе еще от меня нужно? – обреченно выдыхаю я, опираясь спиной о дерево.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.