- Точно так, командир. Я целенький. И я ем… С большим удовольствием… Не думал, что сумею! Я имею в виду – сумею что-то сварить…

- Это не сложно, просто опыта побольше надо, и все. Потом покажу как-нибудь… я, бывает, кашеварю в отряде. Ты обязательно научишься, было б чему учиться… Это тебе не магия.

- Вот именно, - пробурчал я, - магия куда проще… Ростик, если бы ты был магом… То, наверное, тебе пришлось бы в конце концов возглавить Ковен! – улыбнулся я. – Потому что ты всё… хорошо делаешь. Основательно…

- Вот еще мне Ковена не хватало, - проворчал он, пряча за ресницами смех. – Раз маг у нас ты, то ты этим вашим Ковеном и занимайся. А я так… рядом посторожу. Опять же Ключ ведь…

- Это я к тому, - проговорил я, неторопливо (чтобы надольше хватило!) жуя мясо, - что если бы ты был магом, то был бы гораздо лучшим магом, чем я.

- Думаешь? – с сомнением хмыкнул брат, - а вот наставник утверждал обратное. Говорил, что не годен я магом быть – это как раз когда я… мечтал о такой судьбе. Давно, в общем. Он сказал, что чтобы магом быть, надо страсть иметь в душе… а у меня с ней туго. Огонь какой-то вроде есть, а со страстью не сложилось.

Интересно, мрачно подумал я, какая такая страсть? К моей Тарриме? Но не назвал бы я это страстью… Так, милые отношения ко взаимному удовольствию и приятности… Страсть – это же что-то неодолимое, яркое, может быть, темное даже!

Нее, мне, похоже, Ковена тоже не видать, да и слава богам. Целее будут они там… в Ковене. И я тоже.

Похлебка в миске заканчивалась, и я обратился к Ростику:

- Ешь давай! Остынет! Видишь, я почти всё съел уже!

Брат придирчиво изучил количество оставшейся похлебки и неожиданно развеселился:

- Ну разве я не коварный сукин сын, а? И ты поел… почти… и я дождался, покуда варево наше остынет до пригодной к употреблению теплоты.

Он мягко усмехнулся мне и добавил:

- Доедай и принимайся за обещанное. Ты в какой-то момент грозился меня с ложечки кормить – в шутку, наверное, а только все равно придется, - и уже с виноватой серьезностью пояснил, - сил нет совсем, если сам буду есть, до утра провожусь…

- Конечно, Ростик!

Быстро проглотить оставшееся варево и переползти к брату поближе, не вставая, было всяко легче, чем принимать вертикальное положение. Я и сделал это, не думая, как оно выглядит со стороны – да и плевать! Вот она, миска, мисочка, не уронить бы только… и ложка. Получилось!

- Ешь скорее!

Я был очень доволен своей победой.

Правда, брат посматривал на меня неодобрительно и явно собирался по окончании трапезы заняться моим воспитанием. Ну и пусть занимается! Я не против. Отвлечется от раны, быть может. А я его послушаю. И порадуюсь – что он жив…

Комментарий к Глава 9. В гостях у дедушки Чина

Глава 9.

========== Глава 10. Звездный клей ==========

Энрост Хорна

Похлебка была что надо. Зря Валька на себя наговаривал. От теплой еды сразу потянуло в сон, и это было плохо, потому что первую стражу должен нести именно он. Брат нуждается в отдыхе как никогда раньше – как бы ни был он хорошо подготовлен, а отсутствие опыта и привычки к походам все равно сказывается. Он устает сильнее, чем любой из отряда… сильнее, чем устал бы на его месте сам Энрост. Это нормально и правильно, и будь Валька под его началом, он бы сейчас загонял мальчишку несложными, но утомительными поручениями и отправил спать раньше, чем остальных. Просто чтобы у того не осталось сил на обиды по поводу ночных дозоров и прочей воинской ерунды. Но он – не командир своему брату и приказывать права не имеет. Только советовать. Ну или… внаглую давить собственной волей, как вот сейчас с едой было. И то спасибо, что хватило этой воли, чтобы настоять на своем. А ведь еще же и первую стражу надо бы застолбить! Эх…

Он прикрыл глаза, давая им отдых – пусть хоть так, немножко… Пока Валька возится с уборкой и лошадьми, он просто полежит. Просто полежит, а не заснет в мгновение ока! Он решил – он не будет сейчас спать! Нельзя. Спать сейчас будет Валька. А он будет караулить – благо, место такое… спокойное. Можно не напрягаться так, как в предыдущую ночь. Впрочем, может, это вовсе и не благо, а наоборот. Если напряжение будет меньше, он же заснет. Не выдержит.

Энрост покосился на брата, глядя, как тот старательно пытается вычистить усталых коней. Забыл уже про травяные лепешки – так и не полечил себе рану на лице. Балбес.

«Ругаешь его за неопытность? А сам гордишься… верно? Верно. Как я там тогда говорил? На коленях прощения просить буду… А ведь стоило бы, наверное… Ведь у него же получилось. А слово надо держать – и не важно, кому я это слово дал. Хоть бы и себе… Ладно, это потом. Когда перестану падать даже и с колен, а то смех один – прощения попросить не успею, завалюсь сразу на землю… К тому же есть у меня подозрение, что мое коленопреклонение, так сказать, его не сильно обрадует… скорее даже разозлит и огорчит. А вот этого уже совсем не хочется…»

Глаза закрывались. Неудержимо, будто веки ему придавили здоровенным камнем. Из тех, что кладут на могилу, если довезти тело домой не представляется возможным. Он вроде предложил что-то подобное Энвальту… там, в пещере. Иной раз казалось, что лучше б брат его послушался. Уехал бы себе домой спокойно… без обузы… нужды бы не было эдак маяться, еще и лечить же…

«Я – его Ключ. Даже если он спасал прежде всего брата, то… не могло же это не повлиять на его решение. Так что не мог он меня бросить там. Разве что я бы в самом деле подох – и то… он бы довез меня до дома… Но это как раз потому, что брат… а не потому, что Ключ…»

Энрост слушал валькино копошение и улыбался. Несмотря на слабость, просыпающуюся нудную боль, резь в усталых глазах и отчаянную сонливость – он улыбался. Ключ он там или нет – это не важно. То есть это здорово, что братец нашел этот свой Ключ, но – неважно. Пусть его. В конце концов, он же и вправду маг, и Ключ ему нужен как воздух, а иначе никакой магии… не отказываться же мальчишке от дара. Зато – брат. Энрост научит его чему-нибудь полезному – да вот хотя бы и готовке, тоже ж дело хорошее. И в степи свозит, обязательно. Тем более, что Валька его не высмеял – а ведь было из-за чего, а? Было, было, чего тут спорить… Все эти его… листочки-цветочки, и чуть было не сорвавшаяся ерунда… стишок этот или как его назвать… Хорошо, что брат не слышал, а то бы не удержался. Зато вот с Дедушкой поздоровался – а ведь никто раньше ни разу… Даже в его отряде – никто. Ни разу. Все знали и молчали, даже не ржали над ним, но ни разу никто не попробовал его в этом поддержать.

«Может, когда-нибудь он увидит мой сад… которого еще почти нет, всего-то пара саженцев… Увидит и скажет… что же он скажет? Хороший у тебя сад, Ростик, – скажет он…»

Энрост вздохнул. Дурацкая мечта. Воину не пристало мечтать о таком. Как не пристало рифмовать слова – натужно, бесславно и постыдно. Добро б еще песни складывал – хоть ребят на привале развлечь. А так… чепуха, никому и не нужная вовсе. И этот его гербарий… кому он нужен? Энрост даже не успевает давать к нему нормальные описания, да и засушить не все получается, что уж там…

«А вот с помощью магии точно бы вышло…»

Он представил, как приходит к Вальке с просьбой вытянуть лишнюю влагу из лепестков дикого нарцисса, да еще чтобы не повредить его нежную окраску, и досадливо поморщился. Да уж, то еще занятие для талантливого мага! Нет. Не станет он позориться. Пусть уж лучше как раньше. Под пресс, почаще менять ветошь – и записывать все наблюдения сразу же, как только выдается свободная минутка.

«Вот как сейчас?» - внутренний голос был насмешлив и чуть ли не язвителен.

Да, сейчас ничего записать не получится. Да и нечего, если честно. Разве что та любопытная скумпия, что была в распадке – так он ее даже не разглядел толком. Так, заметил кое-что, когда мимо проезжал, но ведь даже листика у него нет…