— Что с тобой случилось?
— Сотрясение мозга и пара переломов, ничего особенного.
— Почему?
— Если ты ждёшь истории о том, что я сражался с подземными монстрами и пал в бою, то ты не дождёшься. Я оступился и упал на камни.
— Совсем как Элфиас.
— Совсем как Элфиас, — подтвердил Геллерт и снова рассмеялся, подняв усталые, но по-прежнему лукавые глаза на Альбуса.
Тот вытянулся рядом и мягко обнял Геллерта поперёк тела.
— Обещаю, что в следующий раз пойду с тобой. Что бы ни случилось.
— Я запомню.
Альбус ткнулся губами в щёку Геллерта и улыбнулся.
Что бы ни случилось.
***
«Аберфорт,
ты был прав. Турнир слишком опасен, не только для студентов, но и для взрослых волшебников. Я сделаю всё, чтобы добиться запрета на его проведение.
Скоро буду дома,
Альбус»
========== Эпилог ==========
— Я же пошутил.
— А я был серьёзен.
Альбус прикрыл лицо газетой, чтобы Элфиас не увидел его широкой улыбки.
Он был счастлив. Магический поезд нёс их на конференцию — за окнами был один лишь песок и безжалостное солнце, непривычно яркое и жаркое после года, проведённого за полярным кругом.
— Нет, серьёзно, зачем ты позвал его с нами?
— Элфиас, пожалуйста. В конце концов ты тоже едешь не один, — Альбус кивнул в сторону коридора, где Адели выбирала сладости у пожилой волшебницы.
— Это другое!
— Я думаю, это одно и то же.
Элфиас вскинул руки и уставился в окно. Адели вернулась, оставив дверь приоткрытой.
— Кстати, вы слышали, что Виктор сделал со своим выигрышем?
— Кто такой Виктор? — спросил Элфиас.
— Винсент Виктор Легри. Победитель Турнира, — Адели рассмеялась и потрепала его по плечу. — Так вот, Винсент собирается открыть реабилитационный центр для волшебных существ во Франции. По-моему это прекрасно.
— Всё лучше, чем потратить выигрыш на революцию.
— Это не революция, Элфиас, а прогресс, — возразил Альбус. — Старые порядки так или иначе меняются, но иногда процесс нужно ускорять.
Элфиас отмахнулся. Альбус прожужжал ему все уши великими идеями, придуманными ими с Геллертом за неделю, которую они провели вместе в Годриковой впадине.
Аберфорт сразу же невзлюбил Геллерта — хмуро смотрел и приговаривал, что ничего хорошего от Дурмстранга не дождёшься, в то время как Ариана прониклась самыми светлыми чувствами, на какие была способна. Геллерт понравился и Кендре — она с удовольствием поила его чаем и звала в гости всякий раз, завидя его или Батильду на улице.
Они не обсуждали видение Геллерта, но старались сделать всё возможное, чтобы изменить возможное будущее. Всё, чтобы уберечь Ариану и Альбуса от печальной судьбы.
— Всё ещё недоволен, что я еду с вами?
Геллерт наконец-то закрыл дверь купе и устроился рядом с Альбусом. В руках он держал какую-то коробку.
— Где ты пропадал?
— Вышел на станции и кое-что купил тебе.
Геллерт светился от счастья, будто принёс сокровище.
— Только осторожнее.
В коробке — клетке — оказался крошечный, некрасивый птенец. Он ворочался в пепле и сразу же запищал, стоило Альбусу снять ткань.
— Феникс? Это же…
Элфиас и Адели с любопытством придвинулись ближе.
— Символ нашей семьи. У моего прадеда жил феникс, который пропал сразу же после его смерти.
— Возможно, это именно он? — Геллерт хитро улыбался. — Продавец сказал, что нашёл его здесь, в Египте, и что он перерождался не в первый раз.
— Я назову его Фоуксом. Спасибо, Геллерт.
Альбус бережно поставил клетку на стол и потянулся обнять Геллерта за плечи.
— Кстати, про Турнир. Ты так и не узнал, кто бросил твоё имя в кубок? — ни с того, ни с сего влез Элфиас. Он смотрел на Геллерта с вызовом, будто узнал его самый страшный секрет. — Потому что я кое-что знаю.
— Тут и узнавать нечего, — начал Альбус, — это был…
— Я, — Геллерт пожал плечами. — Думаешь, я упустил бы шанс?
Альбус недоуменно уставился на Геллерта. Он хотел было спросить, а как же Нильс и все эти бесконечные дуэли, но вместо этого ударил Геллерта по плечу свёрнутой газетой.
Элфиас довольно хохотнул и уткнулся в папку со своим докладом.