Спустя час дождь не прекратился. И, наплевав на сырость, ребята двинулись по домам. Из-за туч вокруг стало темно, как ночью. Владельцы магазинов спешно включали неоновые вывески, на крупных улицах даже зажглись фонари. Редкие прохожие высовывали носы из домов, кафе, бутиков — кого где застала гроза. По тротуарам бежали настоящие реки. Эрика вначале старалась обходить лужи, а потом наплевала и, как Оливер, зашагала прямо по воде. Оттого в туфлях неприятно хлюпало.

— Какая-то ты молчаливая, — вздохнул парень, когда они дошли до первой аллеи парка и встали на светофоре.

— А что говорить? — пожала плечами Белуха.

— Что угодно. Вот, к примеру, я краем уха слышал, что на вашем уроке кто-то за окном летал.

— Трюкач, — коротко соврала Эри.

— Да ну? Странно, о нем говорили, как о настоящем колдуне. Уж не о нем ли ты говорила, когда рассказывала о людях с необычными способностями?

— Нет, не о нем. Да даже если и о нем, то он нес какую-то ерунду о магии и волшебстве! И не цепляйся к словам. Я уже и так поняла, что волшебства не существует.

На светофоре загорелся зеленый, и парочка медленно зашагала на другую сторону аллеи.

— А ты что, серьезно ему поверила? — удивился Оли.

— Конечно, не поверила! Мне шестнадцать лет, какое волшебство! — Эрика замахала рукой, пытаясь отогнать от Оливера эту дурную мысль. — Наше общество устроено так, что если ты в десятом классе скажешь, что видел волшебника, тебя либо засмеют, либо сдадут в психушку. Ты бы знал, как надо мной из-за плюшевого зайца хохотали пару лет назад. Мол, такая взрослая, а в игрушки играет. Я тогда Зайку чуть не выбросила. А потом махнула рукой! Сказала, что он мне удачу приносит, и все отстали.

— То есть, на самом деле ты с ним играешь?

Девушке хотелось сквозь землю провалиться. Да, Оливер считает ребячество милым, но он сам-то наверняка не играет в машинки! А вдруг рассмеется? Будет считать ее дурочкой, у которой розовые бантики в голове! Нет-нет, такого позора Эрика не переживет!

— Пф-ф, нет. Я уже давно в него не играю. Просто таскаю, на удачу. Да и память, знаешь ли. Ностальгия по беззаботному детству. Оно ведь было так давно, я уже и не помню, каково это! Так что я взрослая и серьезная, ты не думай.

Оливер звонко рассмеялся:

— Брось! Даже взрослые и серьезные порой играют в игрушки. Например, мои знакомые — двойняшки, брат и сестра — обожают кукол. У них целая коллекция. Зайдешь к ним в комнату, и на тебя смотрят несколько сотен блестящих глазок. Жутковато, что и говорить. Но ребята в них души не чают.

— У них, видимо, детство в одном месте играет.

— У них по две сотни трупов за спинами и руки по локоть в крови. Так что там не только детство, — криво улыбнулся парень.

Эрика икнула:

— То ли чувство юмора у тебя странное, то ли знакомые…

Оливер неопределенно передернул плечами.

Шли дальше быстро, но молча. Дождь немного поутих, и рядом стали проноситься особо нетерпеливые жители, надвинув капюшоны ветровок по самые подбородки. В темноте — тучи еще плотно закрывали солнце — они казались просто размытыми тенями. Весь мир вокруг будто смазался, как лицо бегущего человека на фотографии. Четкими оставались только зонтик и парочка под ним. Эрике почему-то виделось это до дрожи романтичным.

— Вот и твоя остановка, — наконец заявил Оли, и от его голоса по спине пробежали мурашки.

Белуха глянула на пустую дорогу, мокрые скамейки и унылые одинокие дома где-то далеко впереди, на въезде в поселок Красные Дворцы.

— А тебе что, тоже на автобус? — поинтересовалась она.

— Нет. Просто решил проводить. Не идти же тебе под ливнем, — подмигнул Оливер.

Эрика густо покраснела:

— Спасибо. И извини, что тебе пришлось идти со мной.

— Ерунда. В моих же интересах держать тебя рядом. Такая красота должна принадлежать только одному, а за тобой наверняка толпы ухажеров бегают, я прав?

Девушка была готова хлопнуться в обморок. На голову накатила очередная розовая волна влюбленности.

— Не бегает за мной никто. — Эри вспомнила Яноша. — Только один парень из класса, но он идиот.

— Идиот? Тогда мне будет несложно заманить его в подворотню и перерезать глотку, — в шутку зашипел Оли. — Я не потерплю конкуренции.

К ногам хлынули потоки воды. Ребята еле успели отскочить. Автобус, проехавший по крупной луже, остановился и с тихим сипением распахнул двери. Эрика быстро, чтобы не промокнуть под дождем, заскочила внутрь, еще раз поблагодарила Оливера за помощь и села у окна. Вскоре остановка начала стремительно отдаляться, а затем и вовсе исчезла в белой дымке ливня. Только мелькнул у поворота черный зонтик.

Время пролетело незаметно. Эрика приехала домой, наскоро вымылась под теплой водой, перехватила на кухне бутерброд и, пожелав бабушке спокойной ночи, плюхнулась на кровать. Еще никогда девушка не чувствовала себя такой уставшей. Эмоции просто на пределе. Оливер назвал ее красивой, предложил защищать и даже на почти-свидание пригласил! Но фоне этого воспоминания о магах нещадно блекли. Кстати, как там мальчишки, Ил и Дейр, интересно?

Стоило Эрике вспомнить новых знакомых, как в окно настойчиво постучали. Через силу поднявшись, девушка добрела до окна и распахнула створки. Влажный после дождя холодный воздух подействовал лучше десяти чашек кофе. Сна больше не осталось ни в одном глазу. Да и после увиденного снаружи Белуха все равно бы не заснула.

На газоне, пыхтя от натуги, стояли двое: невысокая девушка в плаще и мальчишка лет двенадцати. В руках они держали гамаком грязную простыню, в которой, как в люльке, спал Дейр. На его лице алели мелкие кровоточащие порезы, а белую ткань украшали коричневые пятна.

— Эрика, помоги! — зашипел мальчишка, протягивая наверх свой край «носилок».

Глаза у паренька оказались разноцветными, как у Ила. Или это и был Ил, но в чужом теле. Эрике, во всяком случае, разбираться не хотелось. Ее куда больше волновал факт, что двое ребят пытаются затащить третьего к ней в комнату через окно.

— Может, вам входную дверь открыть? — предложила она.

— Шуму наделаем, — покачал головой парень.

Спорить Белуха не стала.

Она свесилась через подоконник и приняла край простыни. Ил — или не Ил — тут же подлез к ней и забрал ношу у незнакомки. Горе-спасатели боком подошли к кровати и уложили Дейра. Брюнет сдавленно хрипнул. Эрика утерла пот со лба — хоть не труп затащили!

— Спасибо, Вирджи, — шепнул мальчишка в сторону окна. — Можешь возвращаться домой. Надавай предателям по шеям за нас!

Вирджи ничего не ответила. Тихо зашелестела трава, и через несколько секунд все стихло. Парнишка снова повернулся к Эрике, смерил ее уставшим взглядом и закатил желто-синие глаза.

— Да Ил я, Ил, — тихо протянул он. — И не смотри на меня так недоверчиво. Помощь нужна, ясно?

— Ясно, — кивнула девушка. — Что делать? Может, скорую вызвать?

Ил глянул на нее, как на умалишенную.

— Мы не для того его сюда из города перли, чтобы его санитары загребли, — нахмурил тонкие брови он. — По поводу ран не волнуйся, я что-нибудь придумаю. Нам нужно где-то отсидеться. Убежище разгромлено, многие попросту сбежали. Приютишь нас на пару дней, пока Дейр не встанет на ноги?

— Конечно-конечно! — судорожно закивала Эрика. — Пусть выздоравливает. А что случилось? Его ранили?!

— Завтра расскажу, — отмахнулся парень. — Ты не против, если он эту ночь здесь полежит? Боюсь, в другую комнату незаметно мы его не перетащим.

— Ничего. Вот только где ты ляжешь?..

— На полу подремлю, в первый раз что ли! — широко улыбнулся Ил. — Иди спать, у тебя завтра насыщенный день.

Эрика завороженно кивнула и зашагала в гостиную. Там она плюхнулась на диван и стеклянными глазами уставилась в потолок. Загруженный мозг даже не пытался ничего обосновывать. Мысли угасли, и в голове не осталось ничего, кроме пустой звенящей тишины. Руки и ноги стали ватными, а сердце едва находило силы на новый удар.