Под веками вспыхивали фейерверки, сознание было мутным, как от пары бутылок алкоголя — и тошнило, как после них. Эрика открыла глаза, но не увидела ничего, кроме серо-черного месива вокруг. Куда ни глянь, это месиво.

Как из-под воды Эри услышала голоса. Поначалу все они звучали одинаково глухо, низкие и высокие, мужские и женские, человеческие и странные, потусторонние. Но вскоре некоторые из них затухли, как далекое эхо, а другие, напротив, обрели силу и четкость.

— …очнулась ли она. Если обещанный опенул не явится, придется использовать этого. И про ляра не забудьте.

Кто-то резко дернул за плечо, а серые разводы на несколько мгновений разбавились светлыми.

— Очнулась! — раздалось так громко, что Эрика машинально поморщилась.

Ощущение чужой руки исчезло, послышалось шуршание каменной крошки. Зрение медленно, но восстанавливалось. Когда Эри начала различать очертания предметов, она захотела оглядеться. Но не огляделась — было больно даже глаза поворачивать, куда уж до всей головы. Тошнота и головокружение не отступали.

Что случилось?..

Эрика помнила, как они приехали на экскурсию. Как Лилька повела ее в Драконову пасть. Помнила озеро, как они болтали на берегу. А потом… Потом…

— Что ж, похоже, никто не собирается тебя спасать, Белуха, — раздался сверху грубый мальчишеский голос.

Эри насилу подняла зрачки. Она сумела различить яркие рыжие волосы и такие же яркие желтые огни там, где должны располагаться глаза.

— Бедная, бедная Эрика, — нараспев протянул голос. Глаза опустились, и Эри остатками трезвого разума поняла, что говорящий сел напротив. — Никому она не нужна, никто за ней не пришел. Похоже, Дейр Лио неверно воспринял мои слова о том, что порой следует жертвовать солдатами. И решил пожертвовать опенулом.

Эрика постаралась сесть прямее, но тело двигалось как в компьютерной игре с плохим управлением — через сотню команд и крайне заторможено. Память потихоньку восстанавливалась. А может, Эри просто логически вывела, что произошло.

По крайней мере, кто перед ней, она знала точно.

— Керал… — прохрипела Белуха и тут же захлопнула рот, потому что к горлу подкатило.

— Я, — весело заметила командир инсивов. — Давно мы с тобой не виделись, не так ли? И еще дольше не говорили с глазу на глаз.

Зрение стало четче, и Эрика уже могла видеть лицо Яноша, расплывшееся в жуткой неестественной улыбке. Видеть его таким было больно. Эри хорошо знала Яноша — пусть они и не друзья, но как минимум приятели. И так, как он улыбался сейчас — настоящий Янош, добродушный и задорный парень, никогда бы не стал улыбаться.

— Ага, учитывая, что это не твои глаза, — попыталась съязвить девушка, но вышло слабо и жалко. Однако, Керал оценила:

— Дерзишь? Весьма смело в твоем положении. Ты одна, без оружия, без магии. Абсолютно беспомощна. И стоило ли так верить друзьям, полагаться на них, если в самый нужный момент их нет рядом?

Эри из последних сил усмехнулась. Пафосные злодейские речи. Какое клише! Хотя, вполне в духе Керал. Однажды это точно будет стоить ей жизни. Как в фильмах — героя спасают в самый последний момент, потому что антагонист решил потянуть время.

А значит, и за Эрикой придут. Ей помогут.

— А ведь все могло обернуться по-другому, — продолжала издеваться инсив. — Если бы ты выбрала верную сторону.

— Твою, что ли? — сглотнула густой ком Эри.

— Верную, Белуха. Война — довольно непостоянное время. Сегодня ты на вершине, а завтра летишь с обрыва на острые скалы. Но если вовремя зацепиться за того, кто лезет наверх, можно подняться вновь.

Интересная метафора. Эри бы обязательно обдумала, если бы не чувствовала себя так, будто по ней прошелся каток.

— Период, когда Дейр Лио стоял в окружении синего неба, уже давно прошел. — Керал рассуждала уже не столько для Эрики, сколько для себя. Белуха же была невольным слушателем. — И сейчас он отправился в пропасть. Впрочем… у тебя еще есть шанс ухватиться за меня.

Эрика глянула на нее исподлобья. Захотелось врезать гипнотизерше прямо по лицу. Эри попыталась дернуться, но поняла, почему тело так плохо слушалось — руки были плотно связаны за спиной. Ноги тоже обездвижили. Поймали опенула.

— Ох, осторожнее, — без тени страха улыбнулась Керал. — Иначе твой недивинский приятель может пострадать.

Она провела пальцами по шее и безумно рассмеялась. Эрика вгляделась в лицо Яноша, обезображенное чужой улыбкой. Скулы свело от горечи. Она знала, что его схватили. Но не помогла. Ничего не сделала, чтобы вырвать ни в чем не повинного человека из рук этих психопатов!

— Противное явление — угрызения совести, верно? Ты взяла слишком много на себя, глупый опенул. Решила поиграть в справедливость. — Инсив прикрыла не-свои глаза и усмехнулась. — И чем же это кончилось? Ты связана, беспомощна и скоро сослужишь мне хорошую службу.

Эри стиснула зубы и прошипела:

— Не дождешься…

Керал впала в экстаз от такой удачной для ее выступления реплики. Эрика и сама понимала, насколько жалко и пусто звучат ее слова. Если командир «желтых» захочет, она заставит.

— Уж что-что, — оскалилась гипнотизер, наклоняясь ближе, — А ждать я умею, Белуха. Вся моя жизнь — ожидание. И мне воздается, как можешь заметить. Я всегда добиваюсь своих целей. За такими людьми победа, а не за теми, кто рубит с плеча. — Она улыбнулась и качнула головой. — Инсивские победы — это не удача и не заговор. А точный и кропотливый расчет. Когда я только прибыла на землю Лайтов, лагерь был в полном запущении. Расслоение, халатность, полное отсутствие военной дисциплины. Всего за несколько лет я сумела поднять его с самого низа, — Керал коснулась камней ног Эрики, — До звания главного претендента на победу.

Она глубоко задышала и уставилась в пустоту. Губы, все еще растянутые в улыбку, дрожали. Эрике стало жутко. Даже если бы ее не держали веревки, она бы не сдвинулась с места от ледяного ужаса, сдавившего горло стальным ошейником.

— Мы похожи с тобой, — прошептала Керал. Даже без модулятора ее голос казался механическим и неживым. — Мы обе не должны были участвовать в этой войне. Наши семьи покинули острова для того, чтобы мы никогда не познали ее ужасов. Но именно мы стали причинами главных перемен. Без нас война не окончится никогда. Возможно, именно этого они и хотели, наши родные? Чтобы мы стали спасителями для их мира?..

Инсив прикрыла веки и качнулась из стороны в сторону, как монах, вошедший в транс. Мышцы на лице Яноша дергались, улыбка то появлялась, то исчезала, а слова, казалось, доносились из загробного царства:

— Сондра не зря взяла тебя под свое крыло. Она знала, на что способен опенул, не испорченный грязью войны. С чистыми руками и помыслами. Пустой лист чайной бумаги, обладающий огромным потенциалом. Опенулы, взращенные в ненависти, не смогут нести мир и спокойствие. А моя мама, — Керал мечтательно улыбнулась. — Мамочка… Моя кровь не так ценна, но она дала мне дар куда весомей. Она вырастила из меня лидера. Того командира, что вытащит погрязший в пучине войны лагерь на свет и поведет его вперед. Достойного покровителя для самого чистого опенула.

Она говорила с сумасшедшим подобострастием проповедника, но Эрика, как ни странно, чувствовала не страх, а отвращение.

— Только представь наш союз, — подняла веки гипнотизер. — Мы оборвем страдания. Ведь мы были воспитаны ими: людьми, что желали мира! Они выбрали нас, они воспитали нас, чтобы мы исполнили свое предназначение. Одно предназначение!

Эри глядела в пронзительные желтые глаза, пытаясь отыскать там капли чего-то человеческого, но не находила. Нет. Они не похожи! Эрика хочет искоренить войну, она пытается избежать смертей, стереть границы между каннорами и инсивами. А Керал лишь разжигает новые конфликты, отправляет солдат на верную гибель и чертит эти границы кровью заново.

Эрика борется за окончание войны. Керал — за победу. И разница между ними огромна.

— Твоя мать явно была не слишком умной, раз выбрала тебя, — шикнула Эри.