– Ты куда свалил, братан? – запыхавшись спросил Макс. – Ооо, да лаадно, машина. У них есть машина. Я реально усрался, братан.
– Антооха, ты красава, ну ты их и уделал, – вопил Колян и, налетев на Антона, как следует его обнял. – Да я бы тебя щас расцеловал, если бы не ты, то нам…
– Эу-эу, полегче, – оторвал Антон от себя друга. Эрекцию уже как ветром сдуло, и его снова начал одолевать ужасный стыд за то, что он только что хотел сделать с этой девушкой, которая теперь забилась под водительское сидение и тихо плакала. – Своё либидо вон на девахе спускай.
Все трое, одновременно обернувшись, посмотрели на девушку. Та, увидев их взгляды на себе, затаила ненадолго дыхание и, громко зарыдав, взмолилась её не трогать.
– Да ты чего, не плачь, – утешительно сказал Максим. – Никто тебя не тронет. Мы же нормальные люди. Не звери какие-то. Это, между прочим, вы нас хотели убить.
«Мы нормальные люди», – повторил про себя Антон слова друга. «Нормальные». И ему стало за себя непомерно стыдно и немного даже замутило.
– Кажется, нам повезло, что у них есть машина. Остаться без колёс было бы совсем не очень, – с облегчением сказал Коля, совсем больше не обращая внимания на Максима, который продолжал тошнотворным любезным тоном мурлыкать, разговаривая с забитой от испуга девушкой.
Антон продолжал летать в своих мыслях и глядеть на девушку, которая содрогалась каждый раз, как их взгляды пересекались.
– Машина есть. Но ключей нет.
От этих слов выражение на лице Коли тут же переменилось с улыбки на страх. И он незамедлительно обошёл вокруг чёрного «Ауди» и приблизился к девушке.
Открыв дверь, она упала на мягкую траву, но всё равно заплакала.
– Пожалуйста, не делайте со мной ничего.
– Колян, отвали от неё, – заорал Макс.
– Где ключи, тварь? – завопил Коля.
Антон просто стоял и смотрел на весь этот цирк, как лучшие друзья уже орут друг на друга и предъявляют один другому разные обвинения. «Наверно, ключ у одного из этих мудаков». И Антон оставил друзей за спиной. «Не поубивают же они друг друга».
Четыре мёртвых тела лежали там, где и расстались со своими жизнями. Кто лежал плашмя с широко раскинутыми ногами и руками, а кто весь скрюченный, как старая кочерга.
Антон сперва огляделся по сторонам и вышел на дорогу только после того, как убедился, что живых больше нет. А друзья так и продолжали орать друг на друга.
С первым убитым было труднее всего. Антона всё время, пока он шарил у него по карманам, мучили рвотные позывы и судороги на правой ноге. Но у того Антон ничего не нашёл, и ему пришлось перейти к следующему трупу.
У следующих двух добыча была побогаче. Антон себе взял две зажигалки «Крикет» и две начатые пачки сигарет. Сразу вспомнил, что с момента выезда ещё ни разу не курил, и лёгкие тут же закрутило в трубочку.
К последнему убитому он не спешил. Сидел у своего минивэна, облокотившись спиной к сдутой покрышке и курил. Одну, две. На третью Антон понял, что теперь его тошнит от переизбытка никотина, но всё равно сигарету не бросил. А когда докурил, понял, что его минивэн по-прежнему в работе. Двигатель стучит себе, как ни в чём не бывало.
Прежде чем остановить двигатель, Антон посмотрел на топливный индикатор. «Хоть тут хорошая новость, бак не пробит». Вытащив ключ, сунул его в карман спортивных штанов и нехотя пошёл к последней жертве.
Половина его лица была содрана об асфальт до мяса, а глаза были пустые и блестели, как у дохлой рыбы. Антону стало не по себе, тут же захотелось уйти. Но ключ был всё ещё не найден, и ему пришлось… И, как назло, у этого типа, в этой его кожаной куртке было самое большое количество карманов, а его широко открытые глаза всё время «смотрели» на Антона, словно говорили: «Это ты меня убил, ты. Ты убийца. А убийцы все будут гореть в аду!»
Антон несколько раз пытался ладонью закрыть ему глаза, но у ничего не получалось. «Убийца, убийца…»
Во внутреннем кармане куртки его рука наткнулась на что-то пластиковое, что по форме походило на зажигалку. Но когда он нажал на маленькую жёлтую кнопочку, из прорези вылетел блестящий ключ. Большей радости Антон ещё не испытывал. Он тут же побежал к друзьям.
Максим сидел молча у машины на зелёной траве, держась за свой синий подбитый левый глаз. Костя в паре метрах от него, также молча держался за свой правый глаз. Оба друга посмотрели на Антона и отвернулись, каждый в свою сторону.
– Ну, в принципе. Если так взять и сложить, то вы будете как один нормальный человек, – посмеялся Антон. – А так два дебила.
Первым хохотнул Максим. За ним расхохотался и Коля. Крепкой мужской дружбе больше ничего не угрожало.
– Да, – вздохнул Антон, – поехали спасать Олега, а спасать нужно меня.
– От кого? – перестав смеяться спросил Коля.
– От дебилов.
Сумка с припасами
– Всё равно я не могу взять в толк, почему мы не поехали на машине, – всё ныл и ныл Максим. – Я уже ног не чувствую, и руки от этого топора болят. Зачем его тащить? Он весит целую тонну.
– Ты что думаешь, те утырки были единственными, кто хотел нас убить ради машины? – огрызнулся Антон.
– Ну ладно. Но мы же уже идём пешком, что сейчас с нас взять?
«Жизнь», – подумал Антон, но от ответа воздержался. Теперь, когда они шли мимо жилых домов, где туда-сюда ходили люди, каждый из которых смотрел друг на друга, голодный, холодный, было всё время не по себе, и на пустые разговоры его совсем не тянуло.
Даже Колян шёл замкнутый в себе, крепко скручивая ручку топора. Подпрыгивая при каждом шорохе.
– Интересно, скоро уже связь починят? – не переставал Максим находить всё новые и новые жалобы, крутя в руках свой мобильный телефон.
В следующем дворе, куда они зашли, сразу в глаза бросилось то, что все деревья в округе были вырублены. А зайдя за угол пятиэтажки, ребята встретили и самих лесорубов, мирно сидящих на очередном поваленном дереве.
Один из мужиков, с плечами шире, чем у троих друзей вместе взятых, стоял спиной к ним с оголённым торсом, показывая всему миру свою синюю татуировку храма от плеча до плеча.
«Святоша какой-то, а деревья рубит, – подумал Антон.
Он, жестикулируя, рассказывал явно весёлую историю. Его друзья громко смеялись до слёз, а здоровяк всё повторял: «Тихо, тихо…» Антону тоже хотелось послушать, столько на него навалилось в последнее время, а сам он анекдотов рассказывать не умел. Как и запомнить, хотя бы один. Вот другой раз, смеясь, думал: «Вот этот я точно запомню». А через минуту, несмотря на то что анекдот всё еще был в его голове, повторить его уже не мог.
– Ой, девчонки! – сказал кто-то из слушателей и хлопнул по груди соседа справа.
«Святоша» мгновенно замолчал и обернулся, а на его лице расплылась добросердечная улыбка.
«Ну всё, нам жопа, – промелькнула мысль в голове Антона. – Бегиии…»
– Мой тот, что слева, – кто-то проорал из толпы.
«Слева это я. О-о-о, мамочки…» – Антон побежал быстрее всех.
Все парни бежали без оглядки. Миновали три жёлтых двухэтажных дома, расположенных друг за другом. По пути им попался старик с охапкой сучьев и одна женщина, выходившая из подъезда. Женщина при виде их забежала обратно в подъезд и закрыла со собой дверь. Старик же, видимо, уже ничего не боялся и только покачал головой.
За домами начинался дачный сектор. Строения, которые стояли на каждом небольшом участке, домами назвать было никак нельзя, скорее сараями и то в лучшем случае. У многих на участке просто стоял контейнер с выведенными наружу дымоходными трубами или старый, разбитый микроавтобус. Но ребят в данный момент эстетика и внешний вид совершенно не колышал. Спасти свои задницы, лишь бы только убежать и спрятаться.
Но бежать сил уже не было, Антон задыхался. Минут пять назад, когда он оборачивался назад, Максим был уже совсем плох. «Долго ли он ещё сможет бежать? А если и так. Не сможет, отморозки будут его преследовать или им будет достаточно Макса? Ты что несёшь! Он твой друг», – напомнил про себя он.