Больше 200 лет назад группа из 15 колоний в секторе Центавра изъявили желание отделиться от Земли, так как по их словам, нашему правительству на них наплевать. Возник конфликт, Земля не хотела терять ценные ресурсы тех планет. В дело пошли военные силы. Но союз Центавра сумел оказать достойное сопротивление. В итоге годовалая гражданская война закончилась соглашением о суверенитете колоний сектора Центавра. В академии я не верил, что во всем виноваты мы, но сейчас…

У меня непроизвольно сжались кулаки.

- Алекс, успокойся, людям свойственно не замечать то, чего они не хотят видеть, – Джули взяла меня под руку.

- Да. Такова природа человека. Если бы Мортрексы теснили нас по всем фронтам, они бы вели себя по-другому. Здесь бы была паника. А так, мы их сдерживаем, и всем наплевать. Даже всеобщего призыва не объявлено. А нас там сотнями вырезают. В атакующем флоте тысячами, – внутри все кипело.

- Хочешь с родными повидаться? – спросила она, пытаясь отвлечь меня.

- А ты со своими? – мысль о встрече с родителями затмила ярость.

- Они сейчас на другом конце планеты. Я говорила с ними вчера вечером. Так что, теперь я бы пообщалась с твоими. Так давно не видела тетю Селену и дядю Аксиса, – Джули, похоже, действительно хотела встретиться с моими родителями.

Оно и понятно. В академии, мы частенько отдыхали у меня дома. Родители Джули из древнего дворянского рода, а сейчас являются владельцами одного из крупнейших концернов по производству оружия. Так что они очень заняты, поддерживая работу своей компании. Джули получила утонченное воспитание, но из-за недостатка внимания в ней развился этот язвительный и бунтарский характер. Большое влияние на нее оказал ее дядя. Он в отличие от своего брата, не пошел по стопам предков и выбрал военную карьеру.

- Ты ведь это изначально запланировала? Именно поэтому мы сели на челнок, летящий в Новый Петербург, да?

- Секрет, – она игриво подмигнула.

- Ну что ж, тогда пошли. Отсюда минут пять лета будет, – с этими словами я просигналил пролетавшему мимо такси своей Инфокартой, прикоснувшись к браслету на левой руке и нажав на голографическую надпись «Такси».

Инфокарты ввели уже почти 500 лет назад. С тех пор они, правда, претерпели множество изменений. Так например теперь это подкожный чип, на котором записаны все данные на определенного человека. Чип вшит в шею справа. Для управления возможностями карты используется браслет, оснащенный проекционным голографическим дисплеем. Эту технологию мы переняли у Асуранцев. При помощи такого идентификатора можно совершать оплату любых товаров почти во всех известных мирах. Наше правительство потратило больше десяти лет, согласуя все мелочи.

Такси резко сбавило ход и медленно опустилось к нам. Легкий свист турбин был едва слышен. У машины, похоже, была уже изношенная гравитационная подушка, т.к. из-под днища вместо ровного гула слышался треск. Но выбирать не приходится и мы сели внутрь.

- Яхтенная семь, пожалуйста, – попросил я.

Водитель, молча кивнул, и потянул полукруглый штурвал на себя. Управление глайдером не сильно отличается от управления истребителем. Вся разница в том, что глайдер имеет потолок подъема в пять сотен метров и не может совершать фигуры высшего пилотажа.

Но летает это такси очень быстро. Меньше чем за пять минут мы добрались до дома моих родителей. У них большая квартира на предпоследнем этаже высотного здания на окраине города.

Волнуюсь. Стоя перед серой дверью, я не могу заставить себя нажать на кнопку звонка. Моя идентификационная карта не позволяет открыть замок, т.к. я здесь не зарегистрирован. Все военнослужащие регистрируются в своей военной части. В моем случае это станция Фронтлайн-3, к которой сейчас приписан Демон. Интересно, как все изменилось внутри? Я не был здесь больше восьми лет. С похорон брата. Лишь изредка звонил им. Потом я вместе с экипажем Демона был отправлен на дальний рубеж. Четыре года от меня им не приходило ни слова… Как меня встретят? Что мне сказать? Мы ведь даже не общались из-за секретности операций Демона. Может, стоит сначала позвонить?

Заметив мое волнение, Джули сделала выбор за меня. Она нажала на кнопку звонка своим тонким пальчиком. Встроенный в звонок голопроектор открыл окно видеочата.

- Кого там еще принесло в воскресенье? Опять подписка на журнал для ветеранов? Если да, то я вам ее затолкаю по самые не балуй! – голос отца немного охрип, но все же четко узнавался.

На голодисплее появился уже седеющий мужчина крепкого телосложения. Военную выправку отца ничто не сможет испортить.

- Прии-и-и-вее-е-ет, дядя Аксис! – протяжно сказала Джули, помахивая рукой в глазок оптического сенсора.

- Джули? Джульетта! Да неужели это ты? Подожди, я открою эту чертову дверь, – голос отца повеселел.

Меня он еще не видел, т.к. я стою в стороне от сенсора.

Дверь щелкнула несколько раз и отъехала в бок. На пороге стоял отец. В темных густых волосах уже просвечивает седина, а на лице прибавилось морщин. Он как всегда в светлом джемпере и широких спортивных штанах. Это его любимая одежда, т.к. напоминает униформу флота Земной Федерации, в котором он служил еще до моего рождения.

- Здравствуйте! – Джули радостно обняла моего старика.

Он крепко сжал ее в объятиях, как любимую дочь.

Я сделал шаг навстречу, выходя из угла площадки на свет.

Отец тут же перевел взгляд на меня. В первую секунду это был взгляд военного, увидевшего подозрительную тень, но затем его глаза округлились. Смесь удивления, радости и сомнения отразилась на его лице.

- Сынок? – позвал он.

Голос слегка дрогнул.

Комок подступил к горлу. Восемь лет ничего кроме войны, и вот он мой дом и семья. Всего лишь протянуть руку. Нужно что-то сказать, но голос не слушается меня. Трудно дышать. Кажется, что если вздохну, то не смогу сдержать прорывающиеся слезы.

- Я вернулся, отец, – выдавил я, наконец.

Отец отпустил Джули и двинулся ко мне. Его лицо напряжено, кулаки сжаты. Он движется медленно и не сводит с меня глаз. Он поднял руку. На секунду мне показалось, что он ударит меня, но отец лишь взял меня за плечо.

- Что же ты так долго, – отец сдавил меня в объятиях.

И вот, после стольких лет, после нервного ожидания, я как идиот улыбаюсь на плече отца, а по щекам текут слезы. Джули рядом закрыла ладонями рот и беззвучно плачет от радости. Я не вижу лица отца, но уверен, что и он сейчас едва сдерживается.

- Кто там, дорогой? – послышался голос из квартиры.

Я поднял глаза, из-за угла выходила моя мать. На ней ее обычный коричневый деловой костюм. Длинные каштановые волосы собраны в хвост., в руках полотенце. Она собирается на работу. Похоже, ей все еще приходится подрабатывать репетитором. Хоть я и отсылал все свое жалование сюда, но этого все равно мало.

Чтобы оплачивать войну, правительство сильно увеличило сумму налогов. Они даже добавили статью: на содержание регулярной армии. Большинство этих средств так и не достигало оборонного комплекса. Чиновники считали, что мы и так неплохо справляемся, так почему бы не улучшить свое благосостояние за счет армии? В итоге за последние несколько лет, единственной технологически новой моделью корабля стал ударный крейсер Титан. А можно было ведь вспомнить уроки истории. После конфликта с асуранцами, за год было разработано больше технологий, чем за прошедший век! Да если бы все средства отправлялись на снабжение и разработку, война была бы окончена максимум за пару лет. Чертовым политиканам выгодна эта война. Им абсолютно наплевать, что от этого кто-то страдает. Что мои родители потеряли сына, что тысячи людей умирают от голода на окраинных колониях, что солдаты каждый день гибнут. Им нет до этого дела, пока они сидят в мягких креслах своих больших кабинетов и набивают брюхо деликатесами.

- Алекс! Сынок! – мама бросила полотенце и подбежала к нам.

Она прижала меня к себе. Потом заметила Джули, но меня не выпустила.

- Джульетта, и ты здесь! – мама светилась от счастья.