Розе хотелось сбежать из давящих на неё подземелий, от заполняющего класс запаха зелий, он добрых глаз Льюиса. Спрятаться за крепкой широкой спиной Оливера, сжать его руку и просто знать, что он будет ее стеной, что он защитит ее от всех бед и никому не даст в обиду. Ей хотелось ощутить себя в безопасности.
Когда прозвенел звонок, Роза одной из первых выбежала из кабинета, расталкивая однокурсников на своем пути. Скорее на воздух, туда, к теплицам. И как можно дальше отсюда. От таящейся здесь тьмы.
Теперь, зная истинную сущность Льюиса, Розе казалось, что за ширмой тепла в его глазах она видит темные тени, что чувствует идущий от его сердца холод и что его взгляд незаметно следит за ней каждый миг, наблюдает, изучает. И от него не скрыться.
Когда воспоминания только вернулись к Джеймсу, и он открыл правду, Роза была в шоке. Когда Мия вспомнила то же, она была в ужасе. Но после, всё обдумав, Роза поняла, что такой ответ был вполне очевиден. Льюис талантлив, умен и хитер. Идеален для роли капюшона. Высокий, как та фигура, что видели они прежде. Влюбленный в детскую сказку, оправдывающую Тьму и разве что не выставляющую его героем. Такой человек был тем, кто мог незаметно пробираться в подземелья. Тем, кто мог узнать скрытые от всех знания, рискнуть применить Древнюю магию. Убить человека.
Роза давно уже не задавалась вопросом, что узнал бедный Миргурд, за что поплатился жизнью. И теперь снова задумалась об этом. Возможно, если бы они поняли это, то давно раскрыли бы тайну человека под капюшоном. Наверное, тогда им не стоило так просто отмахиваться от этого.
На травологии Роза была очень рассеянной, и профессору Долгопупсу даже пришлось сделать ей замечание. Впервые за пять лет. Роза готова была сгореть от стыда.
Поэтому на защите от Темных искусств она призвала всю свою волю, чтобы собраться и не позволить страхам и посторонним мыслям помешать учебе.
Но после обеда ноги сами привели Розу на улицу, туда, где после реконструкции замка остался старый навес, прикрывающий уходящие в никуда каменные ступеньки. Положив на них сумку, девушка уселась и подперла голову кулачками.
Это укрытое от посторонних глаз местечко показал ей Дил. Здесь они проводили вместе долгие вечера, целовались и шептались обо всем на свете. Если бы Роза закрыла глаза, она могла бы увидеть себя и Дилана вместе, с липкими от карамельных палочек губами, со смехом пытающимися стянуть друг у друга прямо изо рта последний кусочек.
Но она не собиралась этого делать. Просто сейчас ей было необходимо безопасное место, и именно здесь она привыкла чувствовать себя так. Если бы она могла, то отправилась бы к Оливеру, но у него сейчас была нумерология, и девушка не собиралась выдергивать его с урока из-за того факта, что открывшаяся личность капюшона её пугала.
- Я тоже люблю приходить сюда, - раздался тихий нежный голос с левой стороны. Роза повернула голову и увидела Дила. Ветер путал его волосы, но он улыбался. И в руках держал небольшую коробочку, обернутую в красно-золотую бумагу.
- Когда всё становится совсем безумно, - добавил он и сделал неуверенный шаг вперед, словно боялся, что Роза его прогонит. Но разве она могла? Да, она поступила с ним некрасиво, но это не означало, что он перестал быть для неё важным человеком. Она по-прежнему заботилась о нём. И потому сейчас с тихой улыбкой пододвинулась, позволяя юноше сесть рядом.
- Не могу перестать думать о том, что это Льюис, - произнесла девушка, рассматривая плывущие над лесом облака.
- Я тоже, - согласился Дил. – Он был моим кумиром. Я всегда восхищался им, а теперь… Всё это обман.
И Роза только сейчас подумала, что именно Дилу тяжелее всего принять правду. Она повернулась, чтобы взглянуть на Джексона, и мягким, но таким привычным движением погладила его по плечу.
- Мне жаль.
Он кисло улыбнулся, опустив голову. И сердце Розы заболело от жалости. Но ничем помочь она не могла.
Так они и сидели в знакомом уютном молчании, глядя на горизонт.
- Знаешь, я много думал о наших отношениях, - наконец, прервал тишину Дил. Роза машинально сжалась. Она не хотела снова вступать на эту болезненную тему и даже убрала руку, которую неосознанно всё это время держала на плече парня. Для неё всё давно было ясно и очевидно. И дальнейшие разговоры снова и снова не имели смысла. Как бы ни относилась она к Дилу, сердце ее желает Оливера. И даже если у неё остались бы какие-то чувства к Джексону, то, что она чувствует к Сноу, сильнее.
- Дил, не надо, - попросила она устало.
- Нет, Роза, я просто хотел сказать, что осознал, что всё кончено, - покачал головой Дил. – И больше не буду обижаться на тебя или пытаться вернуть.
Роза удивленно моргнула и уставилась на парня. Что это за новость? Дил сдается? Он принял её отношения со слизеринцем?
Дилан, заметив ее шок, коротко рассмеялся, но почти сразу же затих.
- Я верил, что еще что-то осталось, - горько произнес он. – Что-то, что можно спасти. Но теперь я понял, что это не так. Мне было очень больно, знаешь? Но сейчас я должен тебя отпустить.
У Розы защипало глаза, и она часто-часто заморгала, чтобы не расчувствоваться и не выпустить слёзы. Она была так рада и благодарна, что Дил сумел её понять. Что он простил её. Ей это было нужно. Потому что, она знала, что по-прежнему дорожила им. Наверное, даже любила. Но не так, как Оливера. Это ведь нормально, любить больше, чем одного человека?
- Прости меня, - в который раз извинилась она, не сумев удержать слова. Дил улыбнулся.
- Простил,- ответил он и протянул руку. Роза взяла его ладонь и сжала.
- Мы будем друзьями, да? – спросила она. Дилан продолжал улыбаться. А затем словно внезапно вспомнил что-то и подхватил лежащую на коленях коробку.
- Знаешь, я планировал наш Валентинов день еще до того, как мы… – он слегка замялся. – В общем, это для тебя. Не выбрасывать же. Считай, что это прощальный подарок.
Роза с неуверенностью взглянула на коробку.
- Не волнуйся, - словно прочитал её мысли Дил. – Это ничего не значит. Там твои любимые конфеты с клубничным желе, я всё равно такие не ем.
- Спасибо, - Роза расслабилась и приняла подарок. – Жидкая начинка?
- Всё, как тебе нравится. А теперь, может, пойдем в замок? А то холодно.
- Да.
Вместе они поднялись, Роза захватила свою сумку и вдвоем они побрели в замок. И девушка была счастлива, что, наконец, её история с Диланом нашла свой мирный финал.
***
У Оливера голова гудела от цифр, когда спустя полтора часа он покидал кабинет нумерологии. К тому же его плохое настроение разъедало его, как паразит, что только усиливало боль. И он был бы глуп, если бы не признавал хотя бы для себя, в чем причина. Наверное, его настрой ощущался вокруг него зловещей аурой, потому что Камила, вопреки всему, сегодня не цепляла его, хотя он не раз за время урока чувствовал на себе ее внимательный взгляд.
Закинув сумку с учебниками в свою комнату, Оливер отправился на улицу. Ему хотелось надышаться воздухом, но он не мог. Будто что-то мешало ему, сжимало легкие. С того самого момента, как Джеймс обиженно ушел. Словно это он забрал у Оливера возможность нормально дышать.
На крыльце его догнала Мия. И молча присоединилась, следуя рядом. Оливеру не хотелось разговаривать. По правде говоря, он бы и вовсе предпочел остаться в одиночестве, но не смог прогнать девушку. Что с ним стало? Совсем размяк он с этими гриффиндорцами.
Наконец, не выдержав тишины, он всё-таки спросил то, что не должен был:
- Ты уверена в том, что вспомнила?
Мия остановилась. Лицо её не выражало ничего.
- Да. Уверена. Ведь это было на самом деле, я помню. Почему ты спрашиваешь?
- Я… не знаю.
Оливер не собирался упоминать Джеймса и его сомнения. Потому что слова друга на самом деле заставили сомневаться и его. И безумно желать отбросить логику и просто довериться. Но Оливер так не поступал. Не мог слепо верить чувствам и рисковать всем.