— Всё будет хорошо, — ладонь Наташи — как успокоительное. А ещё этот взгляд... чёрт возьми, как же мне его не хватало.
Дорога к частному сектору — сущий пустяк по сравнению с тем, сколько нам пришлось проехать.
Без пробок мы добираемся примерно минут за двадцать. Скорость сбрасываем, медленно проезжая возле домов и пытаясь понять: как, чёрт возьми, мы распознаем дом с бассейном!?
Но ответ приходит сам собой, и Депо тормозит возле небольшого дома. Причиной остановки является чёрный джип, припаркованный рядом. Я, конечно, мало что соображаю, а вот Артёму с Наташей этот авто, кажется, знаком. Мне это удаётся узнать из их кивков друг другу.
Фары гаснут, и погодя примерно с минуту я вижу свет фар движущегося с другой стороны улицы авто.
Миронов...
Он паркуется через дорогу. Звука двигателя больше не слышно.
Пора...
Проведя возле машин не больше семи минут, ребята тихо окружали дом. Настораживало только две вещи:
Первое: какого чёрта в доме не горит свет?
Второе: Эд ведь не дурак далеко, он вполне мог раскрутить Лину на раз и уже давно догадался, что стоит ждать гостей.
— Мы за дом, — Депо шепчет, жестикулируя и показывая остальным, куда они с Нэт направляются.
Все двигаются практически на полусогнутых, заглядывая в каждое окно и стараясь не спалиться.
С виду больше похоже на боевик комедийный, но сердце каждого сейчас бьётся так, будто один неверный шаг может повлечь за собой взрыв.
Ну а именитому любителю приключений удаётся найти ещё и дверь, которая заводит девушку прямо в кухню. Останавливаясь, она бегло осматривается, стараясь и дальше шагать на цыпочках бесшумно, но паркет предательски скрипит, и блондинка зажмуривает глаза, поджимая губы и ожидая худшего.
К слову — дожидается.
Не загорается ни одна из ламп, но зато, благодаря освещающей кухню полной луне, что льёт свет на мужскую фигуру, она видит его. Того самого, ненависть к которому успела перерасти в нечто большее.
В глазах — неподдельный страх, в руках дрожь, в голове — череда матов.
— Где она? — девчонка сжимает пальцы в кулачки, не решаясь двинуться с места. — Где Лина? — уже более рассерженно, но всё равно тихо. Голосовые связки сейчас на большее не способны.
— Я ждал тебя, — Эд улыбается шире, ближе подходит, загоняя блондинку в тень. — Я знал, на что тебя можно поймать, — медленно извлекая из кармана складной нож, он ловким движением пальцев выдвигает острое лезвие, подходя практически вплотную и прижимая ту к стене. — Твоя сестрица сейчас спит мёртвым сном в одном очень тёмном месте, — лезвием ножа он касается нежной кожи на шее, наслаждаясь вибрацией острого подбородка. Страх... он всегда его манил, — я передам, что ты пыталась её спасти.
— Спасибо, — его глаза даже чуть округляются, когда он слышит голос позади. Оборачивается резко, наблюдая, как в дверном проёме появляется Нина. — Я сама ей передам.
— Бум! — он не успевает развернуться, как Окс ловко прикладывает к его губам подготовленную смоченную марлю.
Мгновение, и парень оказывается на полу без сознания. А Оксана, в свою очередь, быстро скидывает с себя затравленный взгляд, возвращая на личико былую стервозную улыбочку.
— Я же говорила, — даже голос меняется, интонация теперь оснащена наглой ноткой. Вот только фразочка стоящую напротив Нину не очень-то и радует. В конце концов, это она любит её произносить... — я могу быть и не такой бесполезной.
Утром того же дня.
— Да твою мать! — блондинка выругивается, заходя в туалет и всплёскивая руками. — Лак для волос ты в комнате оставила, а вот про туалетную бумагу забыла!
Ругая бывшую хозяйку мини-квартирки, Окс нервно бьёт по двери и выходит на этаж, всё ещё матерясь про себя и быстро топая к туалету. Чуть успокаивается, когда видит туалетную бумагу в кабинке и облегчённо выдыхает, настраивая себя на то, что это утро не такое и ужасное.
И глазками в этот рулон стреляет, отмечая про себя, что общественный туалет не обеднеет, если она приберёт столь нужную вещицу к рукам.
Улыбаясь самой себе, она выбегает из уборной и тут же сталкивается с кем-то, начиная придумывать оправдания на ходу.
— Ты? — перед собой она видит Гошу, не менее растерянного. — Что ты тут делаешь? — весьма логичный вопрос, вызывающий на лице Вишну ухмылку.
— А ты? — девушка было старается ответ дерзкий придумать как можно быстрее, вот только шатен быстрее оказывается. — В мужском туалете с рулоном бумаги?
Все варианты ответов из головы вылетают, и эту самую голову она медленно поворачивает на дверь, понимая, что действительно впопыхах влетела в мужскую уборную.
— Тебе ли не плевать? — первое и единственное, что приходит на ум.
— Обычно, это тебе на всё плевать, — непонятно, каким образом этот ответ относился к её вопросу, но Гоша быстро опустил глаза и шмыгнул мимо неё, скрываясь за дверью.
А Окс осталась стоять в непонятках, какого чёрта это было. И погодя где-то с полминуты решила, что лучше осмыслить сказанное не тут, ещё и с украденным рулоном в руках, а на улице, с сигареткой. Определённо.
Предварительно зайдя в комнату и накинув лёгкий кардиган, она взяла сигарету из пачки, закрыла дверь на ключ и неспешно поплелась вниз. Конечно, можно было покурить и в окошко на кухне, но табачный дым в квартире — не её история.
Спустившись, череда столкновений вновь застала, только на этот раз это был Сименс. Как всегда взъерошенный, отражающий через зелёные глаза первозданный хаос.
— Конец света приближается? — отметив его спешку, она тихо обмолвилась. Но она и ожидать не могла, что Глеб ответит.
— У него даже имя есть, — огрызнулся блондин, что заставило её повременить с курением, — да-да, я о твоём бывшем бойфренде. — Но парень не стал более ждать, только окинул её взглядом, топая себе дальше и бурча в её сторону. — Он опять за своё.
— Я могу помочь? — наверное, просто должное. Так сказать, маленький зачёт в копилку кармы, как знак того, что она не прошла мимо, а хоть как-то поучаствовала, пускай и словесно.
— Ты? — Миронов затормозил даже, стараясь не рассмеяться. — Что ты можешь сделать?
Удар по самолюбию, не иначе. Оксана даже губы обиженно поджала, но всё же взяла себя в руки и шагнула навстречу, пока расстояние не сократилось до минимума.
— Я прошла через столько, что тебе и не снилось, в том числе и Эда. И до сих пор жива, — блондинка парировала с улыбкой, злостно-саркастической, — и ты до сих пор утверждаешь, что я могу только вас всех, святых, ссорить? И ноги временами раздвигать? — аккуратно выщипанные бровки подлетают вверх, а глаза отражают обиду. Обиду и... пофигизм? — Я ненавижу Эда не меньше вашего, просто не забывай об этом, — злостно фыркнув, она вальяжно разворачивается, демонстрируя Миронову свою удаляющуюся спину.
И спустя секунды её догоняет голос. Голос, который заставляет остановиться и слегка растянуть губы в победной ухмылочке.
— Постой...
Она сядет к нему в машину уже тогда, когда все уедут. Выслушает в дороге все его доводы насчёт сложившейся ситуации и с удивлением для себя отметит, что этот парниша уже обдумал каждый шаг на каждый случай. Улыбнётся откровенно, когда услышит его версию с подменой. Но холодок по спине всё же пропустит, как только представит, что опять столкнётся с Эдом лицом к лицу.
— Он меня вычислит сразу, — отмахнётся, но упрямство Глеба впереди планеты всей.
— У тебя отлично получается её изображать, — или, на его языке: «Возражения не принимаются»...
— Но если что-то пойдёт не так...
— Похороню в самом красивом саду. Клянусь.
Реакция на эту фразу теперь иная. Она даже веселит, что ли. И, уставившись в окно, девчонка не обмолвится ни словом о той ночи. О их близости, потому что будет крайне нелепо поднимать эту тему тогда, когда Миронов давит тапку в пол по следу её близнеца. Да и стоит ли вообще эту тему поднимать? Ведь у самой в голове далеко не тот, кто сейчас рядом. Далеко не тот...
