— И ты тоже хорош… — Королева сверкнула глазом в сторону потупившегося «Ирика». — Ты должен был в критический момент их всех…
Королева вдруг поняла, что сказала немного лишнего, осеклась на полуслове и отвернулась от испуганной, побледневшей как полотно феи.
Серый усмехнулся про себя: вот как, значит. Значит, лучше бы погибли, чем прекраснейшая из Королев проиграла. Тогда бы и Алекс, возможно, умер, не дав Лорду Охотнику отпраздновать победу. Видимо, очень много значит для тебя игра, Королева, и для Охотника тоже. Не только охота и секс у вас на уме, слукавил краснобровый, ох, слукавил!
Королева больше не смотрела ни на Серого, ни на людей. Она устремила исступлённый взгляд на довольно ухмыляющегося Лорда Охотника. Глаза пылали, губы подрагивали, а пальцы сжимались в бессильной ярости. «Макияж» уже не просто сползал с её лица — он отваливался кусками.
Нет, Королева не превратилась в безобразную старуху, она стала… обычной. Обычной женщиной, лет сорока, плюс-минус пяток лет.
Вид Королевы не вызывал отвращения, но и не был больше волшебно-манящим. Но Королева не замечала изменений, происходящих с ней. Она с негодованием уперла в грудь брату пальчик, некогда тонкий и изящный, а сейчас чуть располневший, так, что в него врезался изысканный перстень с зелёным камнем. Но и этого Королева не видела, не чувствовала.
Серый напрягся, что-то ему подсказывало, что Королева не привыкла, чтоб её видели в подобном виде. На всякий случай Серый сделал несколько аккуратных шагов в сторону Алекса. Хорошо ещё, что люди не разбрелись, а стоят плотной кучкой. Если что, не придётся их собирать, как глупых овец по всему саду. Кел надёжный чел вроде, он не отпустит от себя Крэга. Главное, чтоб они поближе к креслу Алекса находились.
Жаль, он пока не может подать знак своей группе, надо, чтобы эта парочка родственничков увлеклась своей ссорой в полной мере. Чтоб не видели ничего вокруг себя. Серый надеялся на истинный взрыв эмоций, такой, чтоб накрыл их обоих с головой.
Королева открыла красивый рот с чётко очерченными чувственными губами и… Даже у Серого от неожиданности отвисла челюсть: такой отборной площадной брани он не слышал уже давно. Даже не сразу вспомнишь, где и когда. Ну, в армии, конечно, наёмники никогда не стеснялись в выражениях, да и в России хватало отвязных знакомых с богатым лексиконом, но некоторые обороты удивили и бывалого киборга.
Одновременно с увеличением диапазона криков Королевы, иногда переходящих в ультразвук, от которого люди морщились и прикрывали уши, вокруг нее закручивались небольшие, но постоянно увеличивающиеся в размерах пыльные смерчи.
Лорд Охотник слушал сестру и лишь язвительно усмехался и высокомерно приподнимал брови.
Королева вошла в раж, она уже не видела и не слышала ничего вокруг, лишь осыпала брата довольно разнообразными идиоматическими выражениями, собранными со всего света. Киборг уважительно поглядел на нее и скрупулёзно отсортировал особо заковыристые обороты, занеся их в свой архив. Как-нибудь блеснёт перед Алексом новыми фразочками.
Так, вроде эти двое увлеклись по полной. Серый отмер, быстро промониторил обстановку. На него никто из эльфов не обращал внимания. Он облегчённо перевёл дыхание и незаметно кивнул Келу и Крэгу, но тут же озабоченно бросился к Алексу. Пора, пожалуй, в боевой режим переходить: надо и Алекса проверить, и этих двоих благородных эльфов из поля зрения не выпускать.
Боковым зрением киборг заметил, как Крэг тихонько перемещается поближе к нему. Бедный потомок пиратов отчаянно трусил, но пытался выглядеть мужественным. Крэг подошёл вплотную к Серому, тронул его за рукав куртки и торопливо зашептал, глотая слова и боязливо косясь на семейные разборки королевской семьи:
— Серж, ты и правда хочешь остаться тут?! Вспомни Томаса и этих жутких голубей! А Алекс?! Вдруг этот Охотник и правда решит выпить его кровь? Ты сможешь его остановить? Я не верю, что ты…
Серый вздохнул. Хороший всё же парень этот Крэг, это показатель, что он про Алекса спрашивает, а не о себе волнуется. Может, и правда получится с ним дружить? Если… Когда выберутся отсюда.
Серый тепло улыбнулся парню и хитро ему подмигнул:
— А разве я давал согласие? Ты это слышал?
Крэг отчаянно помотал головой и робко улыбнулся в ответ.
— Значит…
— Это значит, что нам нельзя расслабляться ни на минуту, — Серый перебил Крэга, внимательно следя за ссорой венценосных родственников и озабоченно беря Алекса за руку, прощупывая слабый пульс.
А скандал всё набирал обороты. Королева была похожа не на юную красотку и даже не на солидную даму: растрёпанные волосы, скрюченные пальцы. Между братом и сестрой то и дело проскакивали разряды, похожие на электрические. Серому стало не по себе: обычно люди не любят, когда о них узнают слишком много. Почему-то Серому казалось, что с эльфами та же история. Как бы про них потом не сказали: «Они слишком много знали». Скорее всего, Королева редко ведёт себя так. Видимо, крепко её именно этот проигрыш задел. То ли из-за Алекса, то ли из-за Серого…
У кресла с дремлющим Алексом собрался консилиум из людей. Серый деловито пощупал пульс, быстро провёл полное сканирование. Никаких повреждений киборг не обнаружил, общий тонус организма был явно нарушен, но это неудивительно — столько дней практически в анабиозе. Немного отлегло от сердца: значит, Кролика не били и не мучили, а остальное — дело поправимое, дома его Серый живо в норму приведёт. Хорошо бы кровь взять на анализ, но кусать Алекса за палец при всех всё же не стоит. Да и смысл? Вытащить бы всех отсюда, а там разберутся.
И тут сработал сторожевой маячок. Серый резко повернул голову: на него в упор смотрели Ди и «Ирик». Эльф и фея переглянулись между собой и дружно уставились на бушующую Королеву и ехидного Лорда. Ссора давно переросла в открытое противостояние, грозящее вылиться в нечто большее. По всему было видно, что брат с сестрой готовы перейти от слов к более решительным действиям.
Ди и «Ирик» начали, вернее, продолжили какой-то свой разговор, больше напоминающий спор. Кажется, они переставали быть союзниками, и это уже становилось интересно.
Серый отфильтровал звуки ссоры Королевы и Лорда и временно перестал слушать своих людей, сосредоточившись на разговоре своих проводников по Дивному Краю.
— Мы должны сказать ей! — фраза, произнесённая «Ириком», явно была продолжением какого-то спора. — Она Королева, мы её подданные. Я не позволю их так отпустить!
Ди нахмурилась и закусила губку.
— Хорошо, пойди скажи…
«Ирик» подозрительно покосился на Ди.
— Нет, пойдёшь и скажешь — ты! Иначе я расскажу Королеве о Томасе. Выбирай: Рифмач или Странник…
Серый решил, что пришло время вмешаться, и в считаные секунды оказался возле феи и эльфа.
— Мне объяснят, что тут происходит?
Система зафиксировала повышенный интерес к разговору свиты Королевы со стороны «Эрика», оленеглазый подобрался поближе и тоже старательно прислушивался.
«Ирик» или не замечал манёвров врага, или не придал им значения. Эльф недобро рассмеялся:
— Ничего особенного, Странник, не происходит. Кроме пары вещей: ну, во-первых, мы больше не союзники, а во-вторых, Ди вздумала опять влюбиться в смертного. Или нет?! — эльф в упор глянул на фею. — Выбирай: он или Томас?!
Ди неожиданно порозовела и отвела глаза. Было даже удивительно — фея, казалось, смутилась. Она закусила губу, было очень заметно, что Ди не знает, как поступить. Но через несколько секунд она решительно нахмурилась, потом прошептала, не глядя в глаза Серому:
