- Я по-прежнему верен Вам и Айра-Таэри, – ответил Фаэливрин, отвесив низкий поклон.

Поведение друга начинало пугать Ленриссиля.

- Я слышал, ты сочетался браком с человеком по их законам, – продолжил Хальдар. – Хорошо ли тебе жилось рядом с мужем?

Ленриссиль понял, что отец был хорошо осведомлен обо всех новостях Вольсинии, в том числе и о браке Фаэливрина.

- Отвратительно, – ответил эльф, брезгливо поморщившись. – Этот брак был навязан мне королем, и я не посмел отказать. Рядом с людьми я познал только боль и унижение, пока, наконец, Вы не освободили меня от этой пытки.

Губы короля тронула улыбка, словно он нашел подтверждение своим догадкам.

- Я многое слышал о твоем муже. Говорят, он с легкостью завоевывает чужие сердца. Быть может, он сумел вызвать теплые чувства и в тебе?

- Он сумел вызвать во мне только ненависть. Кеанмайр лишь осквернял мое тело своей похотью, а слух – похабными речами.

- Твои мучения, наконец, закончились. Твой супруг наверняка уже мертв.

- Туда ему и дорога, – холодно ответил Фаэливрин, продолжая, как ни в чем не бывало поглощать свой ужин.

Орки за столом одобрительно загоготали, а полукровка, сидевший рядом с вождем, бросал на Фаэливрина откровенные взгляды, поочередно облизывая вымазанные в жиру пальцы. Ленриссилю сделалось плохо от речей друга. Совсем недавно Фаэливрин все готов был отдать, ради спасения жизни мужа, что же случилось с ним сейчас? Струсил, опасаясь гнева короля?!

- Я вижу в тебе истинного квенди, верного своему народу, – почти ласково заметил король. – На землях Вольсинии ты за короткий срок добился расположения короля и получил доступ к его личным архивам. Надеюсь, ты докажешь мне свою верность, и в подробностях расскажешь все, что тебе удалось запомнить?

- Буду рад быть вам полезным, Ваше Величество, – с готовностью ответил Фаэливрин.

Ленриссиль сжимал кулаки в бессильной злобе. Ему хотелось накинуться на друга с кулаками за такое предательство.

- Я слышал, Ваш сын слывет искусным певцом, – на ломаном эльфийском проговорил Ингрокх. – Пусть развлечет нас своим пением.

- Я не буду петь для вас, – закашлявшись, возмутился принц.

- Поуважительнее разговаривай с будущим супругом! – рявкнул орк.

Ленриссиль поперхнулся воздухом от неожиданности.

- Но у меня уже есть законный супруг, с которым я сочетался браком по…

Хальдар стукнул кулаком по столу, не дав сыну договорить. На его невозмутимом лице помимо воли заиграли желваки, что выдавало сильное волнение. Ему явно не понравились слова сына о браке. Мысли стремительно начали проноситься в сознании Ленриссиля, анализируя ситуацию. Отец обещал его в мужья орку… Но ведь эльфийский брак можно заключить только один раз в жизни. Получается, что… Получается отец скрыл от Ингрокха, что брак с Дилвином был заключен по всем положенным традициям! Хальдар обманул одновременно и Милдреда и Ингрокха, посулив первому – помощь в войне, а второму – бессмертие!

- Пой! Я тебе приказываю! – властно распорядился Хальдар, и Ленриссиль понял, что у него нет выбора.

Горло все еще болело, но превозмогая боль, эльф стал посреди зала и гордо расправил плечи. Ленриссиль закрыл глаза и вспомнил, как только поселившись на землях мужа говорил с едва заметным акцентом, от которого ему удалось через несколько месяцев избавиться. Но Дилвину он так нравился, что король специально просил оставить тот особый выговор, делавший его голос еще приятней. Ленриссиль улыбнулся, вспоминая мужа, и запел на чистом человеческом языке:

Как неприступная стена, стоял, не зная тебя

Легко опасность уводя, смеясь и шутя, от себя

Подумал ли я о любви, в тот момент, когда ты шёл ко мне?

Мне казалось, ты – божество и нимб во след тебе

И рухнула моя стена, только руки протянул я,

Знаю, светлый мой ангел ты, ты мой идол, идеал красоты

Я открыл свое сердце, чтоб туда вошел тёплый свет,

Словно дивное сияние, сверкающий свет планет

Об одном судьбу прошу,

Пускай обойдет расставание

Вместе будем мы навсегда, излучая сияние…

Это, словно волшебство.

Он стал мой, а я его.

И в объятьях я растворюсь, я на тебя, мой Бог, молюсь.

Любовь откроет нам свет, друг другу будем мы верны навек

Так светла твоя душа, хочу всю жизнь лишь тобой дышать.

Куда б не посмотрел я, грустно там, где не увижу тебя.

Теперь твоя жизнь – мой мир, в котором для меня ты – кумир…

- Достаточно! – прервал пение сына Хальдар и отвесил сыну звонкую пощечину. Исполнение песни на человеческом языке было для эльфов сродни ругательству.

Повернувшись к стражникам, король выплюнул:

-Под замок! На хлеб и воду!

Когда принца увели, Хальдар поманил рукой Фаэливрина, приглашая проследовать за собой.

Ленриссиль упал на кровать, захлебываясь слезами. Он остался один. Единственный друг отказался поддержать его, а другой помощи ждать неоткуда. Тут Ленриссиль пошатнулся от душевной боли, пронзившей все его существо. Даже на расстоянии он продолжал ощущать душу Дилвина. Страдание. Разочарование. Ненависть? Нет, ненависти не было, только всепоглощающая боль. «Он думает, что я его предал!» – заметался по комнате Ленриссиль, переживая эмоции Дилвина, как свои собственные.

Обхватив голову руками, принц подошел к окну. Внизу находились лишь острые скалы, поросшие жидким мхом.

- Я не сдамся! – прокричал Ленриссиль в пустоту.

В этот момент он больше не напоминал беззащитное дитя. Принц понял, что с легкостью отдаст свою жизнь ради мужа и благополучия его страны. «Я обязательно найду способ выбраться отсюда!» – поклялся себе принц. – «Я вернусь к тебе, Дилвин. Вернусь, как только смогу».

- Википедия

====== Глава 16 ======

В королевском дворце который день стояла зловещая тишина. Слуги ходили по залам на цыпочках, опасаясь лишний раз попадаться на глаза правителю. Дилвин, словно сорвавшись с цепи, обрушивал свой гнев на подданных. Армия Вольсинии достойно держала оборону, не пуская орков вглубь человеческих земель. Но силы людей были на исходе. Дилвин понимал, что если он не получит подкрепления, то полчища орков рано или поздно прорвутся сквозь защиту. На кону стояла судьба всего Гасура, и Дилвин осознавал колоссальную ответственность, которая на нем лежала.

«Отец, как же ты сейчас мне нужен!» – простонал мужчина, прикрывая глаза. Дилвин сидел в любимом кресле покойного Милдреда и смотрел на огонь. Измученный бессонными ночами король, незаметно для себя задремал. Вдруг мужчина почувствовал сквозь сон, как что-то мягкое трется об его ноги. Открыв глаза, Дилвин увидел Фарота, который требовательно мяукая, выпрашивал внимания.

Сердце Дилвина болезненно сжалось. Этот котенок был напоминанием о его браке с предателем. Король всеми силами старался убить свою любовь к эльфу, но раз за разом проигрывал в схватке с собственными чувствами.

- Немедленно уберите отсюда этого кота! – рявкнул король, вздрогнувшему слуге, который сию же минуту кинулся ловить Фарота, пустившегося наутек.

Спустя добрых полчаса кот, наконец, был пойман.

- И что мне теперь с ним делать? – испуганно пролепетал слуга.

- Утопи! – крикнул разозленный Дилвин в порыве исступления.

Однако, спустя несколько минут после того, как слуга скрылся, держа за шкирку вырывающегося Фарота, король пожалел о сказанном. В конце концов, в чем было виновно несчастное животное?! Спеша догнать парня, чтобы отменить опрометчивое решение, Дилвин наткнулся на мрачного Кая, который прижимал к себе мокрого Фарота, завернутого в его куртку.

- Дилвин, ты окончательно лишился рассудка?! – крикнул Кеанмайр, ноздри которого раздувались от возмущения. – Может быть, ты и Ниалла прикажешь утопить только за то, что он прислуживал твоему мужу?

- Я действительно сильно погорячился, – убито произнес король. – В любом случае я не позволил бы убить несчастное животное.

Кай промолчал, покачав головой.

- Я решил отправиться просить поддержки у короля гномов, – тихо сказал Дилвин, чтобы сменить тему. – Ведь если орки одержат победу, то не пощадят и подземный народ.