В конце концов, далеко не каждый день осознаешь, что любишь и Куран-семпая, которого считала братом, и Зеро, который, по документам, тоже считался братом. А в итоге взаимности получить не можешь ни от одного, ни от другого, потому что у них отношения друг с другом.
Так что, когда пришла пора идти на дежурство, было приятно иметь право поцеловать в щеки обоих, поймать их удивленный взгляд и, быстро улыбнувшись сбежать прочь, хватая за руку заговорившуюся с Марией Икари.
Вампирам было пора на уроки, префектам — на дежурство.
Жизнь шла своим чередом, и весь сумбур обещал вскоре закончиться.
А в целом, день и вечер был полон открытий и сюрпризов для всех обитателей Академии.
Это была первая учебная неделя, и что ждет их всех впереди — никто даже предположить не мог, так круто все менялось буквально по щелчку пальцев.
***
— Икари-и-и! — сложив ладошки рупором, Юки пыталась дозваться усердно игнорирующую всех и вся девушку. Пыталась отчаянно, временами почти касалась губами ушной раковины девушки, но все попытки были бесплодны — преисполнившись терпением, как снайпер в засаде, Икари усердно перечитывала один и тот же абзац, но уже на середине понимала, что слова снова не доходят до ее разума.
Юки была мощным отвлекающим фактором, это признавали все.
— Ика-а-ари-и-и! — так и этак перевирая ударение, Кросс продолжала насилие чужих ушей, пока на нее не уставились в упор серо-голубые, холодные глаза, которые быстро меняли цвет, склоняясь к серому оттенку — верный приступ, что тележка с терпением была израсходована.
Кажется, Кросс переборщила, и теперь ее убьют книгой.
— Юки, ты в курсе, что если аккуратно передавить сонную артерию, то человек не умрет, а уснет на некоторое время? — Обычно безопасная, мягкая, дружелюбная брюнетка сегодня, кажется, встала не с той ноги, умылась не с той руки, потом оделась не в те вещи, пошла не туда, куда надо, или что там еще нужно, чтобы день прошел удачно и человек был в хорошем настроении? — Хочешь, мы на тебе это проверим? — вкрадчивый шепоток девушки обещал скорую расправу, и Юки замотала головой и попятилась, в то время, как Икари принялась наоборот подползать ближе, с твердым намерением добыть себе хотя бы тридцать минут тишины и покоя.
— Икари, тебя Зеро звал, — в последний миг, когда пальцы уже почти сомкнулись на ее шее, пропищала шатенка, и это фактически ее спасло.
— И какого черта ты мне раньше об этом не сказала?! — Мигом взорвалась девушка, отдергивая руки и начиная быстро искать свои вещи.
— Прости! — Ощущая, что занесенный над ней меч кары исчез, девушка, испытывая предательскую дрожь в коленках, села в ближайшее кресло и стала наблюдать за поспешными сборами.
Смотреть на то, как экипируется девушка-охотник было интересно. В последнее время Икари завела привычку таскать на себе весь арсенал — где-то тут должна быть ментальная фигура Зеро-сенсея, с которого девушка продолжала брать пример — и потому, под формой Юки неоднократно замечала кобуру, которую девушка присобачивала к пояснице, для выхватывания двух пистолетов.
О стрельбе с двух рук одновременно Юки только в книжках читала и в фильмах видела, где это все выглядело до жути пафосно, и совсем не круто.
Другое дело было однажды увидеть, как Зеро тренирует Икари, и как девушка действительно делала то, о чем было заявлено — стреляла из двух пистолетов разом, и даже попадала в восемьдесят из ста на мишени.
Сейчас вместо блузки она натянула футболку, закрепила кобуру, а уже потом надела все остальное.
Юки, наконец-то увидевшая сестру в джинсах, завистливо вздохнула — даже так было видно, насколько подтянутая и сильная фигура у девушки. Женственные изгибы бедер у нее приятно радовали глаз и не были чрезмерными. А вот Кросс уже начинала тихонько ненавидеть свое отражение — сколько не носи юбку, а на физкультуре она была одной из тех, кого все еще называли досками и шпалами.
Ну кто же виноват, что у нее обмен веществ быстрый?!
Хлопнув себя по щекам, Юки вскочила и, пылая боевым настроем, отправилась в свою комнату, надеясь, что перед дежурством еще успеет что-нибудь выучить.
В конце концов, чем ей еще заниматься? У нее, в отличие от других, не было ни поклонников (их тайно разгонял жгучий собственник Канаме в свободное время, но это большой секрет!), ни особых талантов, в оттачивании которых она могла бы проводить время.
Ухаживать за собой она смысла не видела, готовить что-то съедобное тоже было не по ее части. Рукоделие валилось из рук, спорт — тут, она, пожалуй, могла бы еще что-то показать, но не тянуло ее, совершенно, да и времени занимало больше, чем она могла этому посвятить.
— Юки, я ушла, — сунув в карман повязку префекта, Икари унеслась к Зеро, даже не спрашивая, где он ее ждет.
Девушка ощутила смутную зависть.
Эта парочка, пусть и не было между ними никакой романтики, всегда находила общий язык. С тех пор и до сего дня, Зеро, спасший экс-Мей, был ее идолом.
Будь у нее возможность стать вместо Ичиру, Икари наверняка бы согласилась без раздумий.
Но, по счастью, Ичиру был в полном здравии, и под нежным клыком Шизуки Хио, с которой у них было что-то похожее на отношения.
Отношения… У всех любовь, а у нее…
А у нее формулы по математике опять не выучены!
Юки решительно выдвинулась в свою комнату, надеясь уговорить Ери помочь ей с уроками и объяснить хоть что-нибудь. В конце концов, нагонять ей и нагонять, несмотря на то, что только начало учебного года.
А ведь еще литература не делана, и языки с биологией…
И какое тут дежурство, ну?
Иногда ей хотелось бросить все и стать обычной ученицей. Просто влюбляться, просто учиться, как всем смотреть на Ночной Класс полными восхищениями глазами…
Быть просто девушкой — недосягаемая мечта, особенно, когда тебя спас вампир, твой брат — вампир, твой отец — идеалист, который сводит два мира, притягивая за уши реальность, а младшая сестра учится убивать вампиров.
И что у них за семейка такая?
Одна она просто неудачница Кросс Юки. Вляпывается во всякое, а ее потом вытаскивают. То Зеро с ней уроки учит, то Куран-семпай защищает от нападок Ночного Класса. Хотя, вампиры не плохие. Просто переклинивает их иногда, когда от голода мозгами шевелить прекращают.
Юки устроилась за столом и под чутким руководством Ери кропотливо решала примеры, потом делала анализ текстов. Что-то ей подсказывало, что если она будет как обычно учиться спустя рукава — будет куда труднее, чем в этом году.
Когда пришло время встречать Ночной Класс, она уже закончила уроки на завтрашний день и была во всеоружии — свисток звучал всякий раз, как кто-нибудь из девушек нарушал незримую границу на стороне Икари, и Юки это видела.
У Зеро все как всегда было идеально — одного злобного взгляда вампира хватало, чтобы все стояли вдоль невидимой границы, и молились, чтобы пугающий префект не зыркал на них так убийственно.
Икари не сильно отставала. После того, как ее избили на первом дежурстве из зависти, дружелюбия и любви к остальным учащимся она уже не испытывала. Возможно, опять же брала пример с Зеро, но друзей в классе у нее все еще не было.
И вообще, общалась она чаще с вампирами и семьей — Юки и ректором, Зеро, даже Марией, Шизукой и Канаме. С Канаме — очень относительно, потому что глава общежития Куран ей не нравился от слова совсем. Возможно, дело было в том, что он пугал ее, и подсознательно она воспринимала его из-за этого, как врага.
Юки не знала, что именно там между ними произошло, но спрашивать было страшно. Икари на тему Канаме Курана реагировала болезненно и кривилась при одном звуке его имени. Или от одного вида.
А Куран-семпай… У него, кажется, болели зубы. Юки не могла однозначно трактовать выражение его лица, когда она упоминала сводную сестру.
Глядя на то, как Икари сдувает с глаз косую челку и откидывает длинные черные волосы с плеч, она вспоминала, как сама реагировала первое время. Особенно, когда поняла — Зеро с Икари уютнее, чем с ней. Будто у них был отдельный мир, куда они вдвоем никого больше не хотели пускать.