Открыв глаза он поднялся из-за стола собираясь упрятать кипу бумаг подальше от посторонних глаз и не острожным движением руки сдвинул в сторону лежавший наверху лист. - И все же, в чём-то она еще совсем ребенок. - подумал он глядя на обнаружившийся под сдвинутым листом неумелый рисунок сделанный Лурией.
Лурию он нашел довольно быстро, тихонько напевая девушка сидела на внутреннем дворе и судя по всему занималась своим големом который сидел напротив и который первым отреагировал на его приближение на что девушка выдала. - Сиди смирно.
- Прости, если я тебе помешал. - произнес он. - Я сейчас же уйду.
- Не беспокойся, я уже почти закончила.
- И чем же ты занималась? - спросил он расстилая на траве платок и опускаясь на него.
- Да вот, учу эту дурынду разговаривать. - ответила девушка ткнув голема пальцем в лоб.
- Мне казалось, что ты уже закончила с этим. Мы ведь вчера проверяли... что не так?
- Все так, только этого мало.
- В каком смысле, мало? - непонимающе спросил он.
- В том смысле, что разговаривать любой дурак может, даже ворона может говорить, было бы желание ее научить...
- И чему же ты её тогда учишь?
- Петь.
- Петь? - он ощутил как у него от удивления даже глаза невольно расширились.
- Угу, петь. - словно бы и не заметив его удивления ответила девушка. - Только вот она... - Лурия постучала пальцем по лбу куклы-голема ? никак не желает учиться.
- Но разве пение не связано с речью?
- Связано.
- Но ведь твой голем может говорить, значит и петь... тоже может.
- Нет, не может.
- Почему нет?
- Потому что в пении, главное уметь передавать свое настроение, чувства, эмоции. А какие могут быть чувства, эмоции и настроение в неживой речи?
- И ты думаешь, что у тебя получится научить этому голема?
- Да.
- Но как?
- Вообще-то мне казалось, что я все подробно описала, неужели ты не читал?
- Читал, правда я мало что понимаю в големостроении и потому...
- Это не големостороение, это... - девушка задумалась подбирая подходящие слова и через некоторое время договорила. - Высшая амулетистика или скорее уже высшая артефакторика.
- Ну допустим. - кивнул он. - И все же поясни, будь добра.
Девушка нахмурилась, но все же ответила. - Ну хорошо. Я пытаюсь научить её петь посредством того, как это делаю я. Можно сказать, что я передаю ей те же чувства, которые испытываю сама, свое настроение, эмоции, интонацию с которыми пою,ту, или иную песню.
- И ты уверена, что таким образом сможешь научить голема петь?
- Она не голем. - несколько обиженно ответила девушка.
- Ну хорошо. - кивнул он. - Ты уверена, что сможешь научить её петь?
- Абсолютно.
- И я могу послушать?
- Ну разумеется можешь. А теперь помолчи и дай мне закончить.
- Уже молчу. - ответил он и удостоился гневного взгляда на который ответил выставленной вперед рукой.
Лурия вернулась к своему занятию и не обращая на него никакого внимания вновь запела. Прикрыв глаза он слушал как поет Лурия, песня которую она пела не была похожа ни на что из того что ему доводилось слышать ранее. Поддавшись мелодичному голосу девушки он и не заметил, как задремал и очнулся лишь когда Лурия коснулась его плеча.
- У меня все готово. - сказала Лурия и встав спросила. - Хочешь послушать?
Он кивнул и прогоняя дрему потер глаза, а девушка тем временем приказала голему начинать. Голос у голема хоть и был похож на голос Лурии, все же отличался, однако в нем уже не чувствовалось того холода и равнодушия, которое присутствовало вчера, когда они вместе слушали как он разговаривает. Голем пел туже песню что пела Лурия, однако сейчас его уже не клонило в сон и он смог дослушать её до конца.
- Красивая песня. - произнес он, когда голем замолк ожидая дальнейших распоряжении, девушка пожала плечами и сняв с ушка одну из клипс протянула ему.
У него в этот момент внутри всё замерло, но Лурия сама разбила охватившее его оцепенение.
- Ты не подумай ничего лишнего, это просто мелодиофон. Я сохранила на него кое-какую музыку, думаю тебе понравится. - он осторожно протянул руку и принял клипсу. - Надень её, я покажу как пользоваться мелодиофоном.
Весь остаток дня он провел слушая восхитительную музыку.
Вадим.
Только когда я начал укладываться спать, я понял какую глупость мирового масштаба я совершил дав Седрику мелодиофон. Что я ему отвечу, если он спросит, кто сочинил и исполнил всю ту музыку, что хранится в его мелодиофоне? Снова ссылаться на амнезию? В это поверит или полный дурак, ну или Эльке... Седрик не дурак.
- Мда-а-а... подставился по полной. И что мне теперь делать? - думал я ворочаясь под одеялом. - Ну допустим с песней я еще выкручусь, скажу что сам пишу стихи, такое увлечение не редкость в дворянской среде, правда там превалирует любовная тематика, но все же это, хоть какое-то оправдание, да и песни про любовь-морковь я все же знаю, выкручусь как-нибудь. А как быть с музыкой?
Вернулись мой старые и как мне казалось уже совсем развеявшиеся опасения быть раскрытым как чужая личность в чужом теле. Я лежал в практически абсолютной темноте вслушиваясь в каждый шорох, страх который я начал испытывать никак не желал проходить, не смотря на то, что я четко понимал, что мне ничего не угрожает и что я надежно защищен со всех сторон. Уж о чём, о чём, а о своей защите я думаю больше чем, о чём-либо другом. Чтобы хоть как-то отвлечься от своих страхов я начал перебирать свою защиту начиная с ментальной.
Мое личное астральное пространство встретило меня все той же безмятежной голубоватой дымкой, сюда я заглянул уже в самом конце своей инспекции. Вообще-то это отличное место, чтобы отдохнуть от внешнего мира, здесь я не испытываю такого страха и могу если не всё, то очень много. Однако сейчас вместо отдыха я занимаюсь тем, что возвожу дополнительные оборонительные сооружения. Наружу я не выхожу, если честно, то я боюсь, ведь там я не так силен, как в пределах своего личного пространства.
По своим ощущениям, на то чтобы перепроверить старые и добавить новых ловушек у меня ушло примерно часа два. Здесь время ощущается как-то по другому, час в реальном времени здесь может пролететь за минуту, а минуту растянется на час и более, но я уже не волнуюсь о том, что просплю всю жизнь, организм дает знать, когда ему пора проснуться и я, хочу я того или нет, вываливаюсь из этого приастралья.
Я уже давно смирился с порой несвойственным мне поведением, например когда я чем-то занимаюсь, то начинаю напевать и меня совсем не стесняет тот факт, что кто-то может услышать то, как я пою. Зато заботят абсолютно другие проблемы, например как я выгляжу в той или иной одежде с той или иной прической и так далее, так далее.
Вот и сейчас, занимаясь однообразным делом я уже по привычке начал напевать и тут меня как молнией поразило.
- Ну конечно же! - я хлопнул себя по лбу. - Этим всё что угодно можно объяснить, а так это или нет, проверить будет нельзя, я ведь не скажу, что боюсь выходить за пределы своего личного мирка.
Мне показалось, что списать все на астральную прослушку, это гениальная идея. Маги ведь могут ≪подсматривать≫ и ≪подслушивать≫ чужие сны (а особо сильные или скорее умелые, еще и наяву следить могут), а спят все без исключения, богатые и бедные, глупцы и гении, ну и разумеется что барды и менестрели всех мастей тоже спят. Так что я теперь могу сказать, что я после того как отловил мьет Пьера, сам занялся чем-то вроде слежки, в качестве тренировки. А если Седрик вздумает что-то высказать мне по этому поводу, отвечу, что не ему меня поучать. Хорошо я все придумал? Мне кажется, что да. Придя к такому выводу я успокоился и уже через некоторое время смог по-настоящему заснуть.