- Снова куришь?

- Поверь мне, мой самый любимый и дорогой человек, я был на грани тотального нервного срыва, – покивал Хиддлстон, – Почти такого же, какой у меня после нашей первой случки был. Нет. Даже тотальнее. В таких случаях это не возбраняется.

- Да что же случилось, ты мне скажешь, наконец? – спросил Крис.

- Да, да, уже рассказываю, – взмахнул руками Том, – Короче, началось всё с того, что моё начальство никак не могло заключить один супер-пупер важный договор с … не важно с кем конкретно, но суть в том, что по факту одна очень претензионная фирма с вечно недовольным руководителем фактически покупала нашу. Волею случая наш генеральный директор, помня о моих былых заслугах, отважился-таки дать мне это серьёзное задание; оно заключалось в том, что именно я должен был решить все вопросы. Этим я и занимался на протяжении двух месяцев: встретился с толпой людей, перелопатил гору информации, в итоге, со всеми договорился, всё свёл и нашёл выгодные условия для заключения этого злополучного договора для обеих сторон. В общем, все подписи были собраны, все печати проставлены – недоставало только главной, последней подписи их руководителя. И вчера меня дёрнул какой-то чёрт забрать из офиса папку с готовыми оригиналами, чтобы в последний раз всё внимательно двадцать раз прочитать и проверить. Сегодня утром я, как ни в чём не бывало, пришёл на работу…

- Дома забыл? – не выдержав, перебил Крис, – Испортил?

Том взмахнул пальцем, пытаясь подавить улыбку.

- Я пришёл на работу: открываю сумку, достаю папку, вынимаю контракт… – он невольно сделал паузу, чтобы перевести дух, – И вижу поверх всех страниц цветочки и шарики синим фломастером, а на месте печати – огромная глянцевая наклейка с Гуффи!!! – и, сказав это, он не выдержал и рассмеялся, – Я едва не разорвал всё на кусочки и тут же не вышвырнул в помойное ведро! Доля секунды удержала меня от этого порыва!

- Как же ты не заметил? Когда они успели? – посмеиваясь, спросил Хэмсворт.

- Я не знаю, – вытирая глаза, произнёс Том, – Не знаю! Я ничего не заметил! Папка на диване лежала, я видел, что листы слегка распотрошённые, но решил, что это я сам их так кинул… Это были непередаваемые ощущения, Крис, ни с чем не сравнимые. Я и ржал там и плакал одновременно!

- Да ты и сейчас это делаешь, – заметил Крис, – Ржёшь и плачешь.

- И я весь день думал, как всё исправить… Цветочки не стирались, наклейка отходила только вместе с верхним слоем бумаги и надписью «место для печати». После обеда встреча, собирать все бумаги заново – не вариант, не успею, шефа на месте нет. Всё, думал, хрен мне, а не важные поручения после этого.

- Ну и что в итоге? – поторопил заинтересовавшийся Хэмсворт, – Чем закончилось?

- Честно говоря, думал, конечно же, дождусь директора, – проговорил Том, – Поговорю с глазу на глаз, попрошу об отсрочке, замнём как-нибудь. Но всё не могло быть настолько просто, – Хиддлстон опёрся лбом на руку.

- Ты меня пугаешь… Тебя ведь не уволили с работы? – осторожно поинтересовался Хэмсворт.

Том поднял на него взгляд.

- Я сидел и стирал очередной кружочек со страницы, – начал он, – Когда распахнулась дверь и вдруг залетает с улицы мой директор, развевая полами пальто, хватает меня в охапку и твердит: «Всё готово, всё готово?! Я привёл их! Идём за мной!». Что мне было делать? Я хватаю эти художества, несусь за ним, по пути пытаюсь объяснить ему суть проблемы, при этом заикаюсь от волнения, и он, разумеется, ничего не понимает, и притаскивает меня в зал совещаний. Стоило мне увидеть несколько морд, ждущих от меня представления с глотанием шпаги, как меня парализовало. Я молча сбил документы в стопку. Выдохнул. Красиво откинул челку и, по-прежнему не говоря ни слова и делая вид, что всё так и задумано, положил бумаги на стол. Последующие пять секунд я думал о том, где, в случае чего, мне искать другую работу.

- Но всё оказалось не так плохо… – проговорил Крис.

Том приостановил его, ухватив за руку.

- Их директор смотрит на меня, открывает обложку и видит то, что увидел я. Видимо у меня в этот момент был чрезвычайно шокированный вид, потому что парни, пришедшее с ним, начали кидать на меня обеспокоенные взгляды. Большой босс же поднимает в руки документы и внимательно просматривает, достаёт ручку и подписывает. А пока вводит закорючку, спрашивает, даже не смотря на меня: «Ваши карапузы упражнялись?..». Я думал соврать, что племянники, но в тот момент почему-то взял да и сказал: «Мои», и кивнул в придачу. И в этот момент бессердечный расчетливый финансист вдруг в мгновение ока превратился в доброго и понимающего дедушку, и я очень засомневался в словах тех, кто утверждал, будто его следует бояться и всячески трепетать перед его могуществом.

- Что же, он так и подписал?.. – спросил Хэмсворт.

Том покивал с улыбкой.

- Так и подписал. И печать поставил рядом с Гуффи. Мы с ним потом ещё поговорили немного. Он спросил, двое ли детей – а у меня всё, начался вечер откровений, я ему давай вываливать – нет, говорю, у меня трое, и всем троим скоро год исполняется. Он в такой восторг пришёл! Говорит – ну тогда ясно, почему так быстро папины бумажки в расход пошли – столько малышни в доме... Потом он что-то про своих рассказывал. Фотографии внуков показывал... И знаешь, что?

- Что?

- Я теперь в раздумьях, – Том вытянулся на диване, – Он меня к себе позвал работать. Ты как думаешь? Стоит думать об этом?..

- Конечно стоит, сук, – ответил Крис, – Конечно. Ты делай, как сам считаешь правильным. Я всё равно мало что понимаю, в чем разница и какие там у тебя перед кем обязательства.

- Давай так, – сказал Том, – Я подумаю, потом приду вечером и расскажу тебе, что придумал. А ты яростно опровергнешь все мои доводы, чтобы я понял, что ещё я забыл учесть. Ладно?

- Договорились, – сказал Хэмсворт.

- И теперь все, все!… ВСЕ! На работе в курсе того, что у меня трое детей! – высказался Том, – Черт возьми, даже от поздравлений не увернулся… Чернобурку видел, – вспомнил Том.

- А ему чего нужно от тебя? – спросил Крис достаточно спокойно.

- Не от меня, от тебя, – стрельнул в него глазами Том, – Скучает он… по твоему телу.

- Пошёл он к чёрту, – гневно рыкнул Крис.

- Он спрашивал, не хотим ли мы посетить его загородную виллу, – усмехнулся Том, – Я постановил, что, если мы приедем, то только с выводком. И, ты знаешь, он не возымел ничего против и даже обрадовался, что детей возьмём. Я сказал, что мы подумаем. Наши дети приносят счастье даже тем, кто их даже не знает. Удивительно. Я вот всегда думал, что нет ничего приятного и хорошего в чужих детях… И был уверен, что все так думают.

- Люди разные, – пожал Хэмсворт плечами, – А ну-ка, пойди сюда, – он потянулся и утащил Томаса на диван.

- Э-э. Что делаешь, полосатый хвост… Эй! – Том заскрёб ногами по сграбаставшим его ручищам, но, повернувшись, наткнулся на физиономию довольного улыбчивого котяры и с удовольствием поцеловал его в губы, прикрыв глаза, – Мой мозг словно взбили блендером… Но да, так лучше, – проговорил он, – Милый, – и он удовлетворённо вздохнул, – А что это в детской так подозрительно и давно тишина? Думаешь, спят? Герои дня...

- Думаю, да.

- А, может, проснулись и сидят, творят себе что-нибудь подозрительное тихонечко, пока мы друг другом заняты?

- Идём, посмотрим, – предложил Хэмсворт.

- Я обязан им вкусняшек купить, – покачал головой Том, – И по новой игрушке соответственно на каждого. За такую помощь неоценимую.

- Лучше будет, если ты на работе задерживаться перестанешь и играть с нами будешь почаще…

- Обязательно, обязательно, это даже не обсуждается, – согласился Хиддлстон, – Я буду стараться, Крис.

А детки, к слову сказать, на самом деле спали. Том удивился этому, но предпочёл не мешать, вытолкал Криса и бесшумно закрыл обратно дверь детской.

====== 60. Австралия на связи. ======

- Отдай полотенце, – запротестовал Хиддлстон, заметив, как Крис, стоя на кухонном стуле, пытается полотенцем взять забытый на высоком шкафу во время давней уборки и загнивший кактус, – Оно чистое, говорю, дай сюда! – нетерпеливо тряся протянутой вверх рукой, повторил Том.