– А…
– А ксены, например, уже хрен знает сколько поколений живут в климатических куполах. Их открытый космос собьёт с катушек за минуту.
– Да как же Кэп и Чиф тут всем командуют???
– По приборам. – Док покачал головой. – Ты представляешь? Ксены, харуки, джуби…
– Кто-кто?
– Это другие расы. Харуки – многорукие, хвостатые земноводные, ты их должен был видеть в кино. Джуби типа наших осьминогов. Они тоже никогда не видели и не увидят звёзд. Но они граждане, а мы, дети галактики…
– Понятно, – я улыбнулся, – они нам не конкуренты!
– Нет, ну угораздило ж тебя стать настолько психически устойчивым долбоёбом! – Док явно разозлился. Хотел сказать что-то ещё, но осёкся, прислушиваясь к чему-то. – Странно. Вог попросился на приём, говорит, голова закружилась. Твоя работа?
– Да что сразу моя? – делаю честные глаза.
Вог. – Привет. Как Сёма? В порядке?
– Вполне, – Док странно сух со своим другом. – Что у тебя?
– Да фиг знает, – Вог смутился, – давно так подолгу не летали, наверное, соскучился.
– Пятнадцать минут, – Док покачал головой, – действительно очень долго. Может, просто попробуешь помириться с Кэш?
С чего ты взял, что мы поссорились? – удивился Вог.
– С того, что ты после финиша пришёл сюда, – Док строг, – хотя я вам рекомендовал…
– У неё тоже что-то голова болит, – потупился Вог. Резко обернулся ко мне. – Сень, поможешь развеяться?
Получилось двусмысленно, по идее, я должен был резко пожелать помочь ему развеяться, разбив в хлам личность. Какой, однако, неуклюжий политес! В смысле для меня неуклюжий, но я ж, по определению Дока, долбоёб. Вот и ладушки. – Извольте-с. Вам в табло на месте, или пройдёмте-с в залу?
– Наверно, лучше в залу, здесь может пострадать наш лекарь и другая мебель, – Вог легко поддержал ритм, высказав склонность к стихотворчеству. Какие мы разносторонние, ну, кто бы мог подумать! Впрочем, Док не оценил, послал нахер, а то достали уже оба. Он, конечно же, ничего не понял. Я пробормотал в смущении, направляясь за Воем. – Извини, Док.
– Ладно, – проворчал он добродушно и добавил вдруг, – не забудь, что ты обещал Фаре.
Такое забудешь! Фаре я пообещал не использовать против Вога гравикомпенсаторы, если он первым к ним не прибегнет. Ну, вот – даже Доку всё ясно, и на что тогда рассчитывает Вог? Я ж готов к решительной схватке… другой вопрос насколько решительной. То есть он решился применить импланты или, скорей всего, считает, что просто не исключает для себя такой возможности… что для меня лично один хрен – применит. Ещё один вопрос – когда? Ответ ясен – неожиданно. Вообще прикольненько-то как! Идут двое "в тайне друг от друга" друг друга убивать.
– Взгрустнулось, кадет? – донёсся голос Вога. Ага, пришли. Что-то я задумался не вовремя, он же мог сразу меня грохнуть, ан гляди-ка какие мы бла-ародные нахрен! Не поднимая головы, не меняя выражения лица, атакую в нижнем эшелоне. Мне уже надоело это кривляние. Досадно, по яйцам не попал, но подсечка прошла – Вог перекатом порвал дистанцию и прыжком оказался на ногах. Как и следовало ожидать, резкая контратака. Не угадал вектор, легко уклоняюсь, двоечка в корпус. Упс! А печёночка у железного дровосека всё-таки нашлась! Ловлю его спокойный, оценивающий взгляд. Ну-ка, попробуем зайти сбоку – вот же как везёт – снова попал! Что-то тут…
Браслет едва не парализовал руку отрезвляющим разрядом – напомнил о себе. О договоре с валькириями. Я отдал им свою удачу… так кому же сейчас везёт? Кровь запузырилась весёлым бешенством – это ловушка. Ему нужен всего один короткий удар, наверняка в грудь. Явственно возникла картинка – кулак крушит грудную клетку, выпирают обломки рёбер, встопорщив ткань комбеза. Голову пьянит незримое присутствие валькирий, впадаю в эйфорию боя насмерть. Что ж, будь по-твоему! Я провожу подряд две на редкость удачные атаки – Вог благородно предоставил мне напоследок возможность разбить свою подлую рожу. Спасибо, конечно, понимаю, что не за что! Подставляюсь под удар, уже разогнав гравикомпенсаторы. Закручиваю таз влево, короткий прыжок в сторону, немедленно пошла рука Вога в прямом коротком ударе. Вращение передаю на корпус, удар пришёлся вскользь, ещё сильней меня закрутив в коротком прыжке. В падении резко выпрямляю руку, обрушиваю на ключицу многотонный удар предплечьем. Боль молнией пронзила от руки до затылка, а Вога с хрустом вмяло в пол, как одноразовый стаканчик.
Стою, смотрю бездумно на тело у моих ног. Сбылись мечты идиота – я убил Вога. Осталось только выяснить, насколько моё решение было оправданным. Но это потом, а пока в горячке, на болевом шоке, беру его на руки, как ребёнка, и вызываю Дока, – готовь капсулу.
– Давно готова, заноси…
Глава 3
Грейс, Лилит и Мара.
Нам не зря сразу не понравилась эта дохлая сиска. Прошу прощения за сленг, убитая во Всеобщем Безумии система. На мой вкус лучше обнести десяток астеров, разломать сотню охранных киберов и вытащить в общей сложности сорок раз пилотов и десять раз Дока, чем за то же примерно время, то есть за семь часов двадцать раз перетерпеть перегрузку. Я уверена, со мной многие согласятся, даже Вог бы согласился, чтоб его десять раз успели выдернуть за ноги из-под брюха Буханки, вместо одного Сёминого гравиудара. В конце концов, и Сёма был бы не против совсем с нами не встречаться, так со школы и до смерти продолжать любить свою потаскушку, дружить с закадычным застенчивым лживым соседом, пусть бы она даже регулярно его прямо при Сёме ублажала. А что такого? Нормальная, по шведским меркам, ситуация. Семён говорит, что Россия тоже меняется, люди всё больше ценят спокойный комфорт, гораздо реже и не так яростно бьют друг другу рожи даже пьяные…
Даже за «…раса»! Ну, в свете последних открытий, его осведомлённость в этих вопросах совсем не удивительна. Пусть он заверяет, что странные вещички в мешке не его, но даже Док не поверил. Нет, конечно, Док прямо ничего не заявлял, у него случайно вырвалось. Когда Сёма принёс собственноручно покорёженного Вога, врач упаковал того на регенерацию и доложил Кэпу. Он сразу назначил расследование, велел Фаре разобраться. Она посмотрела данные с капсулы и заявила, что гравикомпенсаторы были включены у них обоих. Вог бы просто не перенёс несовместимых с жизнью нормального человека повреждений, его спасла нано-система живучести, а для её активации нужно порядка пяти-десяти секунд. Как у них получилось такое, по договорённости, или они каждый сам по себе задействовал импланты, Сёма рассказывать отказался. Ну, его право, в любом случае был установлен факт, что не включи он гравикомпенсаторы, Вог бы его убил, скорей всего, насовсем.
Кэп посовещался с Чифом и решил Сёму простить – из-за него и так боеспособность снизилась на целого штурмовика, не хватает только потерять ещё истребителя. Но раз уж нормальный, по заключению Дока, человек Семён оказался настолько ёбнутым, у честных ксенов появились сомнения в здравомыслии других «тоже нормальных» хуманов. Поэтому до достижения внешнего кольца обломков пилотам запрещается без разрешения покидать машины. Авось, за любимой работой дурь повыветрится. Так и полетели – перегрузка, старт авиации, финиш, разгон катапульты, то есть снова чёртова перегрузка. Три цикла до обеда. Покушать пилотов всё-таки выпустили. Вот в столовой Док, ни к кому не обращаясь, пожаловался вслух. – Ну, сука бля, такой геморрой из-за одного …раса!
Не знаю, как остальным, а нам было совершенно понятно, кого он имел в виду. На него никто не оглянулся, одним лишь унылым видом выражая сочувствие. Наш доктор уже не молод, видимо, перегрузка растревожила старые раны.
После обеда мы оседлали ремонтных роботов и вернулись в ангар. В хоккей уже наигрались, музыка начала бесить, последние циклы покидали перегрузочные ниши только для обслуживания машин. Когда отпускала перегрузка, пытались дремать, думать о хорошем, или, вообще, ни о чём не думать. Сёма пытался нас этому учить, у него самого хорошо получается. Понятно, что у всех хватило скромности промолчать, что Макс нас уже давно этому научил.