«На ловца и зверь бежит». Хотя Снейп представлял свою помощь несколько по-иному.

— Конечно, Хагрид, — протянул он, оглядывая размеры вольера.

— Да вы не волнуйтесь, — успокоил его лесник, дружески хлопнув по плечу. Снейп еле удержался на ногах. — Они ребята смирные, да и спят сейчас. А то! Самое время спать-то им.

Широко шагая, он повел Северуса в обход вольера, перемахивая через сугробы, в которые зельевар проваливался по пояс. Скрипя зубами, Снейп старался поспеть за широким шагом полувеликана. Пропуская мимо ушей болтовню лесничего, Снейп старательно вышагивал по ломкому насту, следя за тем, чтобы не оставить обувь в снегу.

Вольер представлял собой довольно высокую металлическую сетку с мелкими ячейками, натянутую между столбами из огнеупорного дерева. На него не действовали ни пламя, ни яд соплохвостов. Снейп хотел было предложить сколотить из подобной древесины клетку для этих чудовищ, но понял, что не найдет в Хагриде сочувствующего.

Лесничий указал огромной рукой на то место, где была выжжена, а затем вновь скреплена сетка. Местоположение бывшей дыры легко угадывалось по более растянутым ячейкам. Снейп заново наложил вязь необходимых заклятий, и они пустились в обратный путь. На этот раз Снейп решил идти след в след за Хагридом, что, конечно, значительно облегчило дорогу, но не избавило от снега в обуви и промокших штанин.

Зайдя в хижину гостеприимного лесничего, Снейп наложил на себя очищающее и согревающее заклятия, снял мантию и присел за стол.

— Я вижу, ты перестроил хижину, кажется, раньше здесь было чуть по-другому, — начал он разговор издалека.

— Так я ж и расширил домишко-то, — Хагрид плюхнул на стол пару огромных кружек с горячим чаем. — Уж больно пострадал он от ваших приятелей…

Северус закаменел. Он думал, что вопрос его принадлежности в решающей битве давно закрыт. Оказывается, нет.

— Ой, что эт я говорю… Вы уж простите меня, профессор, а?

Раскаявшийся Хагрид был похож на огромного ньюфаундленда, заглядывавшего в глаза хозяину после того, как нагадил в его розы. Нельзя сказать, что у Снейпа было отходчивое сердце, большую часть времени он вообще сомневался в его наличии, но уж слизеринской манеры делать хорошую мину при плохой игре было в избытке.

— Славный урожай, — неловко перевел он тему разговора, указывая на кадушку с мочеными яблоками.

— Так это… сам делал. Вы попробуйте, попробуйте, не стесняйтесь. Вот, возьмите.

Хагрид выбрал яблоко величиной с кочан капусты и, усиленно отряхнув его от маринада, преподнес Снейпу.

Тот надкусил и одобрительно покачал головой. Хагрид суматошно принялся собирать «подарочек дорогому профессору», складывая в огромную суму все подряд: и яблоки, и кексы, и засушенные травы, которые, конечно, обязательно пригодятся «уважаемому Северусу» при варке зелий.

«Уважаемый Северус» за спиной хозяина мрачно сплевывал на пол вставший поперек горла кусок яблока и спешно придумывал способ перевести разговор в нужное ему русло. И тут в речи Хагрида проскользнуло «эти распоясавшиеся грызуны». Профессор моментально ухватился за фразу, с изумившей Хагрида поспешностью выкрикнув:

— Какие грызуны? Хагрид, от них нужно срочно избавляться. Не успеешь оглянуться — от твоих запасов не останется и следа.

И, потянув прослезившегося лесничего за рукав, вывел его во двор, к огороду.

Припорошенная снегом земля казалась гладкой и неповрежденной. Невозможно было поверить, что вечером тут будут стоять крепости и редуты, воздвигнутые грызунами и гномами.

Пока Снейп раздумывал, с какой стороны подойти, одновременно выслушивая историю взаимоотношений двух цивилизаций в огороде Хагрида, из земли высунулась острая мордочка джарви и, увидев Северуса, выругалась:

— Делай ноги, носатый, а то останешься без носа!

Снейп удачно направил Ступефай прямо в зверька. Тот свалился обратно в нору.

Вслед за первой показались еще несколько узких морд, похожих на хорячьи, и принялись ругаться, подняв гвалт и шум.

— Человеки наших бьют!

— Держись за штаны, старик, а то отгрызем!

— Засунь свою палку себе в…

— Ату волосатого, ребята!

Вырвавшись из нор, джарви быстрее стрелы помчались по заснеженному огороду мстить за «невинно убиенного». Снейп ловко раздавал Ступефаи направо и налево, укладывая зверьков аккуратными штабелями по обе стороны от себя. Но тут один из джарви издал звук, похожий на свист, из-под земли высунулась голова садового гнома, который что-то пропищал, получив такой же ответ от своего природного врага.

После этого гном исчез, зверьки тоже.

Снейп с удовлетворенным вздохом обернулся к Хагриду, наставительно проговорив:

— Видишь, интеллект всегда побеждает природные инстинкты. Потому что…

Закончить мысль он не успел, его накрыло волной из снега и причудливо слепленных комочков смерзшейся земли. Прежде чем он смог обернуться и выставить щит, Снейп оказался с головы до ног в грязи и птичьем помете. Разозлившись, он пробормотал заклинание, которое раскидало всех участников побоища в разные стороны. Многие остались лежать бездыханными, остальные попрятались в норы. Этот раунд остался за Снейпом, который, не доверяя никому, укрылся за поваленным деревом и оттуда пристально наблюдал за полем битвы. Спустя какое-то время тела павших начали погружаться в землю. Снейп впервые столкнулся с такой магией, как, судя по всему, и Хагрид, причитавший над каждым павшим зверьком. Еще через несколько минут, когда Северус уже отчаялся очищающими вывести запах с мантии, над огородом поднялся большой белый флаг, привязанный к ветке. Флаг, судя по форме и размеру, был когда-то трусами Хагрида. Взглянув на смущенного лесничего, Снейп вновь вернул все внимание полю сражения. По разворошенному огороду шли гном и джарви. Оба с опущенными головами.

— Ваша взяла, проклятые человеки, — неохотно признал джарви, опустив морду к земле. Гном потряс полотнищем.

Северус молча принял капитуляцию. Хагрид, утирая слезы и трубно сморкаясь в платок размером с футбольное поле, взмахом руки отпустил противников по домам.

— Что ж ты не прогнал их с огорода? — скрипя зубами, спросил Северус.

— Так почто их дома-то лишать? — удивился Хагрид. — Они ж таперича, когда супротив вас-то объединились, вдвое дружнее жить будут.

Удивившись наивной мудрости великана-лесничего и посчитав свою миссию так или иначе завершенной, Снейп устремился обратно в Хогвартс. Оставалось ждать завтрашнего дня, который, как он надеялся, начнется Рождественским утром.

Мог ли Снейп подумать, что когда-нибудь будет радоваться приходу Рождества? Сейчас же он ждал наступления праздника как манны небесной.

На пороге он столкнулся с Поттером, одетым для прогулки. Теплая, подбитая мехом мантия скрадывала фигуру юноши, делая его похожим на сказочного короля.

— Северус, — радостно воскликнул Поттер, — почему вас не было на завтраке? И на педсовете тоже? Вы гостили у Хагрида?

Обезоружив собеседника сияющей улыбкой и чередой вопросов, Поттер подошел ближе, щурясь сквозь очки, словно пытаясь заглянуть в глубину темной души Снейпа. Отогнав прочь нескромные мысли, Снейп со всей свойственной ему невозмутимостью произнес:

— Не понимаю, как это может вас касаться, Поттер, но отвечу: я был в Запретном лесу.

— Ходили за ингредиентами?

— Нет, как обычно, принес в жертву младенца.

— Увы, вам уже не удастся напугать меня, Северус, — со смехом перебил его Поттер. — Так почему вас не было на завтраке?

— С утра светило слишком яркое солнце.

— И что? — улыбнулся Поттер.

— Я побоялся вылезать из гроба.

— Жаль, — почти искренне посочувствовал несносный юнец, — сегодня к пирогу подавали замечательный чесночный соус.

Снейп подавил желание улыбнуться.

Поттер озадачено посмотрел на него:

— От вас пахнет так, будто вы извалялись в помете. Простите.

— Вы раскрыли мой секрет. Я подрабатывал пугалом в огороде у Хагрида.

— Бросьте ваши шутки, Северус, — встревоженно проговорил Поттер, — что с вами случилось?