Одри растерялась. Почему Пустая комната подсунула ей управляющего, которого искали Джошуа и Мэтью вместо дяди, которого она… как бы это сказать… заказывала?
- В нашем отеле Вас ждут все удобства, какие только пожелаете! И даже если Вам нужны призраки для вдохновения, мы доставим Вам и их! – бодрым голосом пропел управляющий.
Одри подошла к нему ближе, вглядываясь в его лицо. Тень узнавания мелькнула у нее в душе. Это лицо, эта хитрая улыбка… Ну, конечно! Почему она не узнала его раньше?
- Потому что это было так давно, дорогая, - ответил ее дядя. – Ты была ребенком, а я напугал тебя до смерти всей этой чертовщиной, взвалил на тебя непосильный груз. Но я не мог, не мог ждать, когда ты вырастешь, у меня было слишком мало времени.
- Дядя! – воскликнула Одри.
Уинстон Карц вышел из-за стойки, снял свою шапочку и крепко обнял племянницу. И Одри обнимала его со слезами радости, как когда-то обнимала своего погибшего пса Марти. И даже если это была всего лишь иллюзия, все равно, Господи, как же она была прекрасна…
- Но почему? – спросила Одри, когда они снова посмотрели друг на друга. – Почему ты переодет управляющим?
Уинстон Карц с улыбкой указал пальцем на бейджик, прикрепленный к костюму. На нем стояло имя: «Эдвард Купер».
- Эдвард Купер? – переспросила Одри. – Кто это?
- Мой любимый персонаж, - ответил Карц. – Управляющий в призрачном отеле из моей первой книги.
На лице Одри снова засияла радость узнавания.
- Ну конечно! Я вспомнила! Такой хитренький тип, который все знает, но ничего не скажет!
- Точно-точно, - дядя усмехнулся. – Я всегда хотел быть похожим на него. И Пустая комната воплотила даже эту мою маленькую фантазию.
А Одри продолжала вглядываться в его лицо. Дядя ничуть не изменился за эти одиннадцать лет. Время для него остановилось, замерло в этой комнате. Одри смотрела на его лукавую улыбку заговорщика, с которой он когда-то шептал ей: «Ну что, ты готова увидеть нечто, что изменит твою жизнь?». Но она не была готова. Она готова лишь сейчас. Она смотрела на эти морщинки на лбу и в уголках глаз и никак не могла поверить, что перед ней иллюзия. Она могла прикоснуться к дяде и почувствовать тепло его кожи. Так неужели всего этого не существует? Неужели это ее подсознание ведет такие жестокие игры?
- Ты ведь не мой дядя, да? – спросила она. – Ты иллюзия, созданная Пустой комнатой, как Марти тогда.
- Ну почему же, в какой-то степени я действительно твой дядя.
- Что значит «в какой-то степени»? – нахмурилась Одри.
- Я прожил здесь довольно долго, достаточно долго для того чтобы Пустая комната забрала себе часть моего подсознания. Я не призрак, но я и не просто иллюзия. Я более реален, чем твой Марти, чем все призраки прошлого, которых видели твои друзья, потому что я на самом деле жил в Стоун-холле. Пустая комната сохранила моментальный слепок, отпечаток меня, понимаешь?
- Думаю, что понимаю.
Они помолчали какое-то время, а потом Одри прошептала:
- Прости меня. Я ничем не смогла тебе помочь.
- Не извиняйся, - Уинстон Карц ласково провел ладонью по ее волосам. – Тогда ты и не могла ничего сделать. Но я не зря поставил на тебя. Я знал, что однажды ты обязательно вернешься. И ты не подвела своего старика!
- Значит… ты так и не нашел способ уничтожить Пустую комнату? – спросила Одри.
Он покачал головой.
- Нет, дорогая… Но я понял одну вещь. Пустую комнату нельзя уничтожить.
- Что?! Нельзя? – это был неожиданный удар. – Но если это так, значит все зря! Значит, я не смогу вытащить отсюда Вивиан, Джошуа и…
- Подожди, не торопись, - улыбнулся дядя. – Выслушай, что я тебе скажу. – Да, Пустую комнату нельзя уничтожить. Если это и было возможно раньше, то уже не теперь, когда она обрела такое могущество. Уничтожить Пустую комнату – все равно что уничтожить собственное подсознание. Это невозможно, ведь так?
Одри кивнула, все еще не понимая, куда он клонит.
- Но Пустую комнату можно обезвредить. Точно так же, как можно обезвредить свое подсознание, очистив его. Пустая комната реагирует на тьму в глубине человеческих душ. Но если принять эту тьму, принять и выпустить ее, если освободиться, то Пустая комната уже не сможет подобраться к тебе. Она будет бессильна перед человеком, который честен сам с собой. Пустая комната уже отпустила твоих друзей. Она ничего не может сделать им, потому что они очистили свое подсознание, свою совесть. Она больше не может питаться их кошмарами, их чувством вины. Она утратила свою власть над ними. Но если вдруг тьма вернется в их души, Пустая комната снова начнет действовать. И другого выхода нет, другого пути нет, Одри.
- Это значит… – Одри вздохнула и посмотрела дяде прямо в глаза. – Значит, что ты не смог освободиться от собственной тьмы? В конце концов, она поглотила тебя.
- Именно так, - он горько усмехнулся. – Я привык во всем полагаться на себя, и это было моей ошибкой. Невозможно победить тьму в одиночку, Одри. И я проиграл. Но ты сильнее меня. У тебя есть твои друзья. У тебя есть Вивиан.
Одри смутилась. Мысль о том, что дядя знает про ее отношения с Вивиан, заставляла ее сердце биться чаще, поднимая в груди чувство жгучего стыда.
- Не надо этого, - прошептал Уинстон Карц, и лицо его сделалось серьезным. – Не надо подавлять свои чувства к другим людям. Если тебе дорога эта девушка, ты должна радоваться этому. Это значит, что твое сердце еще способно чувствовать, это значит, что Пустая комната бессильна против тебя. У меня не было такого человека. И посмотри, что стало со мной! На самом деле, моя дорогая, победить Пустую комнату – значит победить монстров внутри себя.
- И каких же монстров ты не смог победить? – спросила Одри. – У меня и моих друзей, у каждого из нас, было что-то из детства, что волочилось за нами, отравляя жизнь. А что было у тебя? Что ты не смог победить?
- Хороший вопрос, - похвалил Уинстон Карц. – Я так и знал, что ты спросишь! Что ж… Думаю, тебе можно рассказать. После всего, что случилось с тобой, ты заслуживаешь того, чтобы знать это. Моя страшная тайна тоже тянется из детства. Кое-что произошло между мной и твоей мамой. Нечто похожее произошло с Вивиан и Джошуа. Только они оба смогли найти путь к примирению, а мы – нет… – он вздохнул. – Ты думаешь, твоя мама терпеть меня не могла только лишь потому, что я писал дурацкие ужастики и был не от мира сего?
Одри пожала плечами.
- А что, была еще какая-то причина?
- Была! Еще как была! Да, признаюсь, я был не самым лучшим братом. Я всегда был странным. Но твоя мама была очень хорошей сестрой. Она поддерживала меня в моем писательском начинании, защищала от нападок сверстников, издевавшихся над моим увлечением. В чем-то Вивиан очень похожа на твою маму.
Эта новость поразила Одри, если не сказать больше. Этого просто не могло быть! Ее мать совсем не похожа на Вивиан. Ее мать вредная и упертая, часто холодная и равнодушная, ее мать… Стоп. Но ведь и Вивиан вредная и упертая и…
- Да, моя дорогая, - улыбнулся Карц. – Они в самом деле очень похожи. Вот только я, в отличие от Джошуа, так и не нашел в себе сил помириться с ней.
- Странно, я никогда не думала, что между вами стоит серьезная ссора… Мама избегала говорить о тебе, не уставала напоминать, что ты странный, но тогда, когда ей нужно было уехать в Париж, она оставила меня с тобой, значит, она все равно доверяла тебе!