— Все. Решение принято. Точка зрения короля победила. Нам теперь не надо прятаться.

Она прижалась к Аралу и поцеловала его в губы, на что тот ответил ей энергичным мужским салютом. Мгла немного отстранилась от него и, не в силах удержаться от улыбки, прошептала:

— Что же, Арал, возможно это будет совсем неплохо.

Он залился краской и что-то невнятно пробормотал.

Мундуиллер выпустил огромный клуб дыма и понимающе улыбнулся.

На выручку Аралу пришел третий гость. Он поднялся с кресла, подошел к чаше и взглянул на изображение. Его лицо по-прежнему оставалось холодным, как арктический лед. Коротко кивнув, он направился к креслу, бросив на ходу:

— Это хорошо.

Дантис содрогнулся. А Мгла, увидев это, улыбнулась. Когда лорд Чьен Као начинал говорить, реакция у тех, кто слышал его в первый раз, всегда была именно такой. Дело в том, что лорд много, много лет тому назад получил рану в горло, и у него сохранилась лишь видимость голоса. Это был такой скрип, что слушателям казалось, будто их свежую рану посыпают солью.

— Что беспокоит вас, лорд Чьен? — спросила Мгла.

Лорд побарабанил кончиками пальцев по своему острому подбородку и произнес:

— Это решение означает примирение с неизбежностью, а это в свою очередь говорит о том, что король прекрасно осведомлен о наших делах. Из этого вытекает, что наша тайна охраняется не столь хорошо, как её следовало бы охранять.

Он задержал взгляд своих обсидиановых глаз на каждом из присутствующих.

"Я начинаю терять контроль, — подумала Мгла. — Если я не сумею его быстро восстановить, то окажусь в этой игре простым зрителем».

— С нашей стороны никаких утечек не было, — заявил Арал. Он без страха встретил взгляд змеиных глаз. Дантис не боялся ни этого человека, ни всего того, что тот символизировал. Ему приходилось встречаться с тервола во время Великих Восточных Войн, и несмотря на это он, Арал Дантис — сын купца, — все ещё жив.

— Вы уверены?

— Абсолютно. Постойте. Я, кажется, догадываюсь, как могла произойти утечка. Это могло случиться через моего друга Требилкока. Информация, скорее всего, просочилась случайно. Дело в том, что мы с ним иногда пользуемся услугами одних и тех же связных.

— Контрабандистов?

Арал сделал полупоклон и продолжил:

— Иногда они мне рассказывают, чем, по их мнению, занимается Майкл. Допускаю, что точно так же они делятся с ним своими догадками о моей деятельности. Недавно связные намекнули, что Майкл сумел завербовать агента в ставке лорда Хсунга. Это похоже на правду. Действия короля позволяют думать, что агенту о нас известно.

"Ну и осел же ты, Арал, — подумала Мгла. — С какой стати ты решил ему это все рассказать?»

— Понимаю. — Чьен Као обратил взгляд рептилии на Мглу и, вопросительно подняв брови, произнес:

— Что скажете, принцесса?

— Вы имеете представление, кто может быть этим агентом?

— Полагаю, что да.

— Представляет ли для нас опасность это слабое звено?

— Требилкок, видимо, нашел рычаг, которым можно управлять этим человеком. А рычагом способна двигать любая рука.

— Совершенно верно, — кивнула она, соглашаясь. — Попытайтесь выяснить, насколько силен рычаг влияния или, иными словами, насколько серьезно скомпрометирован этот человек. После этого поступайте так, как сочтете нужным.

— Будет исполнено, принцесса.

Чьен бросил на Арала такой леденящий взгляд, что молодого человека охватила дрожь. И он поспешно отвернулся, сделав вид, что безумно заинтересовался книжными полками.

Чам Мундуиллер, храня каменное выражение лица, молча посасывал свою трубку.

Мгла пристально смотрела на Арала, пытаясь внушить ему нужную мысль: «Это большая игра, Арал. Ставкой в ней является Империя».

— А где сейчас этот Требилкок? — поинтересовался лорд Чьен. — Этот человек мог бы пролить свет на интересующие нас обстоятельства.

— Никто не знает, — ответил Арал. — Он исчез не так давно. Кто-то ночью напал на генерала Лиакопулоса и серьезно его ранил. На следующий день Майкл испарился. Никому не известно, есть ли связь между этими событиями.

"Это случилось той ночью, когда меня навещал король, — припомнила Мгла. — Той ночью, когда Браги уволок этот тип Хаас. Мальчишка вел себя так, будто я и есть главный злодей».

— Я пыталась найти его, — произнесла она вслух. — Это опасный человек, и мне не хочется упускать его из вида. Однако никаких следов я обнаружить не смогла.

Она покосилась на Арала, не сумевшего скрыть свою тревогу. Интересно, каким образом он смог так преуспеть в торговле, не обладая способностью прятать свои подлинные чувства?

— Ты полагаешь, что он мертв? — спросил Арал. — Возможно, он что-нибудь обнаружил, и это что-нибудь оказалось настолько огромным, что он не сумел с ним совладать?

— Не знаю, Арал. А вас, лорд Чьен, я попрошу ничего не делать с Требилкоком. Король и Вартлоккур его обожают.

— Как вам угодно, принцесса, — произнес, поднимаясь, тервола. — Но мне необходимо возвращаться. Меня ждут дела, и, кроме того, необходимо поделиться доброй вестью с нашими друзьями.

— Да, да, пожалуйста, — ответила Мгла, ничем не выдавая того, что страшно рада его уходу.

Чьен Као направился в угол комнаты и исчез в тот момент, когда вот-вот был готов столкнуться с одной из полок. В том месте, где он только что находился, на мгновение возникла яркая вспышка.

— Ну и жуткий же тип, — сказал Арал. — Он мне ужасно не нравится.

— Пусть он тебя не пугает, — ответила Мгла. — Лорд Чьен очень давно на моей стороне. Он один из тех немногих тервола, которым я доверяю.

— Ты лучше знаешь своих людей, — сказал Арал. — Но вовсе не обязательно, что для тебя и для меня он должен означать одно и то же. Скорее всего, он видит во мне лишь хорошо дрессированную и полезную для дела собачку.

Мгла поспешно отвернулась в надежде на то, что Арал не успел заметить промелькнувшего на её лице выражения изумления. Она знала, что лорд Чьен именно так смотрит на любого, сотрудничающего с ними представителя запада.

— Мастер Мундуиллер, вы не произнесли ни слова с того момента, как здесь появились.

Мундуиллер искоса, сверху вниз посмотрел на поверхность ртути. Там ничего не изменилось. Фигуры, размером с мышь, продолжали свой молчаливый спор.

— В таком случае я скажу до свидания. — В его глазах мелькнул насмешливый огонек. — В моем присутствии здесь нет никакой необходимости.

Арал хотел что-то произнести, но тут же передумал. Мгла тоже не смогла найти нужных слов.

Подойдя к дверям, Мундуиллер повернулся и произнес:

— Прежде чем удалиться, не могу не сказать, что я и мои друзья будут чувствовать себя лучше, зная, что вы действуете заодно с королем.

— Что он имел в виду? — спросил Арал, когда дверь за купцом закрылась.

Мгла улыбнулась. Проведя кончиком языка по своим великолепным зубкам, она ответила:

— Не знаю. И не уверена, что хочу знать.

Но на самом деле это было совсем не так. Мурашки снова забегали по её спине. Сегодня ей ещё раз удалось ускользнуть от удара судьбы. Нет сомнения в том, что Мундуиллер позволил втянуть себя в заговор лишь для того, чтобы лучше понять, чем этот заговор грозит его королю. Когда дрожь прекратилась, она обратила внимание на Арала.

Тот вначале сделал шаг назад, а затем двинулся вокруг стола. На лбу его неожиданно выступили капельки пота. Он казался человеком, убегающим от привидения.

Однако убежать ему не удалось.

Мгла зловеще улыбнулась. Этот призрак навсегда останется с ним. Арал не захочет от него избавиться. Она об этом позаботится.

Вартлоккур следил за тем, как король входит в крошечное помещение, где обычно проводились наиболее секретные совещания. Браги, казалось, был весьма доволен собой.

— Мгла будет здесь через несколько минут, — сказал он.

Принцесса явилась через десять минут. Сопровождал её Дал Хаас. За ней, как преданный щенок, плелся Дантис. Чародей наблюдал за ними из-под полуприкрытых век. Что-то изменилось. В их отношениях появилась какая-то странная застенчивость. Для короля это, видимо, тоже не осталось незамеченным.