- Как тебя зовут? Поп?

- Не твое собачье дело! Точнее, не твое козловое! Так меня называют только мои друзья, а тебе...

- Мне наплевать, как тебя там называют. Поп или Попа. Или Жирная Америкосовская Задница. Я что-то нигде не видел твоей кликухи: ни при входе, ни в коридоре, ни даже в сортире. Здесь свободная территория - бываю, где хочу. А насчет женщин... Может, они сами приглашают нас? Может тут на "Трёшнике" у кого-то концы усохли?

- Нарываешься, пацан? - набычился Поп.

- Ага. - Элисей понимал, что играет с огнем, но остановиться уже не мог. Или он сейчас прогнет ситуацию под себя или никогда уже не сможет бывать здесь. Поп медленно поднялся... что произошло после этого, Элисей помнил плохо. Он уже был готов нанести точный и молниеносный удар, но из-под него выбили стул. Элисей упал. Его подняли, продолжая держать за руки. Элисей забыл, что честно эти уроды даже драться не могли. Сейчас между ним и Попом никого и ничего не было.

- На баб мне наплевать, а вот, что кореш мой из-за тебя на койке больничной оказался...

- Какой еще твой кореш?

- Такой. Которого ты с паровоза столкнул. За него ответишь.

Элисей еще понять не успел, причем тут какой-то паровоз и чей-то кореш, когда увидел, как блеснуло лезвие. Он дернулся, но держали его всё еще крепко. Потом раздался окрик: "Танкист!" Потом что-то промелькнуло, и Поп покатился по полу, сметая стулья, столики, разбивая посуду. Вслед ему полетел и Элисей. И хотя он сразу же поднялся, в суматохе и мерцающем свете было сложно разобраться, кто тут танцует, а кто дерется. Последних вдруг оказалось не меньше, чем первых...

* * *

Элисей отделался лишь ударом в челюсть и по ребрам. Хотели ли его убить или только порезать? Сейчас выяснить это не было возможности. Всё могло обернуться плачевно, если бы вовремя не вмешался Константин Шульга. Это он сбил Попа с ног. Но и он не сумел бы разрулить ситуацию: подельников Попа оказалось слишком много. На стороне Танкиста оказались пилоты и штурманы. Как ни странно, но на стороне "своих" оказались и немецкие летчики, по какой-то своей причине недолюбливающие американцев только лишь потому, что здесь не было китайцев.

Вот так началось с вопроса о женщинах, а закончилось, чуть ли не межнациональным конфликтом, в центре которого опять оказался Элисей.

Эти подробности он узнал от Эвана и Дамира, выйдя из медицинского блока. Они пришли встретить и проводить его домой. Тем не менее, пришлось задержаться, чтобы дать показания полиции. Элисей столкнулся с ней на "Авроре" впервые. Он вынужденно узнал, что полицейские обязанности выполняют здесь бывшие копы, отстраненные или осужденные за мелкие проступки и халатность в работе. Разумеется, они работали наравне со всеми, но за выполненную дополнительную работу по охране общественного порядка им выплачивалась и дополнительная оплата, а потому от этого никто не отказывался.

"Эх, где вы были, когда драка началась? Не поверю, что вчера у Яши не было ни одного из ваших". - Впрочем, вслух Элисей эти мысли благоразумно не высказал.

Утром Ларягин выслушал Элисея, молча, лишь кивнул и разрешил приступить к работе. Кое-что о ночных событиях Главному накануне подсказал Константин.

- Из-за чего там кипишь начался?

- Один америкос "Кашку" обозвал "Козлом". Элисей и завелся.

- Перед девчонками решил выпендриться? - хмыкнул Ларягин.

- Как раз девчонок-то за столиком не было. Вообще не понимаю, как он среди этих зеков оказался, - пожал плечами Шульга.

- А он прилетел не один?

- Вроде бы со своими, с вашими, "Кашными".

- Да, друг, ты прав на счет него.

- В плане? - вопросительно посмотрел на того Константин.

- Что он всё время не там, где надо, не со всеми, - пояснил Игорь.

- Да, это в его стиле! - рассмеялся Шульга.

- Дела,.. - мрачно вздохнул Главный. - Вот чем приходится заниматься, вместо нормальной серьезной работы! Уже середина 21 века, а мы всё никак не можем вытравить из человека обезьяну.

Шульга не сразу понял, о чем речь и ответил не сразу:

- Эта обезьяна составляет часть человеческой натуры. Она хитрая, коварная и подлая. Она притаилась и выжидает.

- Чего выжидает?

- Своего часа, когда у человека в мозгах наступает полночь.

- Ну, ну. "Как-то в полночь, в час угрюмый..." - процитировал Игорь.

- Типа того, - пожал плечами Константин.

- Но ее же можно как-то вытравить? Нужно!

- Нельзя, - кажется, друзья продолжали чей-то давний спор по поводу этой дикой и хитрой внутренней обезьяны. - Мы можем ее воспитывать, дрессировать, укрощать, но истребить не сможем. Умрет она - умрет человек.

- Я не согласен с тобой.

- Это твое личное мнение, но мне мерещится иное... Ты вот что, ты бы распорядился расследование провести. Я не думаю, что этот обезьянер за нож просто так схватился. Из-за "Козла" или из-за девчонок.

- А что так?

- Сдается мне, зеки разводилово устроили, но не сами, - Константин изобразил, как курит трубку на манер Шерлока. - Нечисто там было. А как вы считаете, коллега?

- Хорошо, прикажу. Так ты говоришь, узнал его?

Шульга кивнул, он признал в Попе одного из картежников, когда они выбивали правду из Буча Кинга. Ниточка потянулась, и вскоре выяснилось, что этот Поп действительно затеял драку неспроста. Его главным доводом было якобы то, что из-за Элисея пострадал наладчик. Тот на самом деле оказался на больничной койке, но Элисей был к этому совершенно непричастен. Более того, если бы ни он, Томас Манн мог вообще погибнуть. Но для Попа эти аргументы не имели значения, ему был нужен повод, чтобы выместить - неважно на ком - свою обиду за всю свою неудачную жизнь и случай подвернулся. Кстати, Поп и Томас Манн не были ни друзьями, ни корешами.

Но и это было еще не всё. Как позже выяснят дознаватели и, видимо, не без участия Шульги, "наводку" на Элисея Попу дал Эдвард Дженнер, который после отстранения от должности, работал на модуле "Т". Он присмотрел Элисея в баре у Яши, заметил, как тот зачастил к Ло и приставил к ним в компанию Жорика. Так он, вероятно, намеривался отомстить Элисею и навредить Ларягину.

- Ты не говорил Элисею о нашем разговоре? - вдруг спросил Ларягин. - Или кому-то еще?

- Насчет твоих видов на него? - уточнил Шульга. - Нет, не говорил.

- Точно? Может так, вскользь?

- Нет. А причем... Думаешь дело в этом? В назначении? Думаешь, Дженнер решил вот так заранее устранить конкурента со своего пути?

- Какой из Элисея конкурент? - отмахнулся Ларягин. - Я к нему только-только присматриваюсь. И не к нему одному, между прочим.

Дженнер не учел того, что за Элисея заступятся. Он рассчитывал, что в личные разборки никто соваться не станет, но он плохо знал русских. Не ожидал Дженнер и вмешательства со стороны немецких летчиков. И, главное, не предполагал, что Ларягин инициирует полное расследование, поскольку, вместо небольшого инцидента вышла массовая драка. В конце концов, всё это стоило ему работы. Дженнер был заключен под арест и теперь дожидался отправки на Землю. Суд будет там.

Конечно, никакого срока он не получит, отделается порицанием и буден переведен, к примеру, на Марс, в той же должности. Таким образом, Ларягин избавился хотя бы от одного "американского наблюдателя", а сколько их еще оставалось на "Авроре"?..

Как понял Элисей, стычки и поножовщина на "Тузе" случаются с неизменным постоянством. Так выпускался пар социального неравенства. Те, кто вынужденно работали на станции, отбывая даже условные сроки наказания, часто конфликтовали с теми, кто работал на условиях свободного найма или даже по контракту с жестко оговоренными сроками.

"Наверное стоило бы сформировать отдельные подразделения?" - решил по этому поводу Элисей.