- Что у вас происходит? - спросил он у зама, когда тот немного освободился.

- Авария, товарищ Элисей.

Вот тогда он узнал, что в "Шанхае" пожар. Причина оказалась банальна -- замыкание электропроводки в одном их хозяйственных помещений. Но почему-то не сработала система пожаротушения, и огонь распространился на треть базы. Было много погибших и пострадавших. Пожар вывел из строя компьютеры, управляющие добычей на станах и бо?льшую часть систем жизнеобеспечения. Под угрозой оказалась работа всего добывающего комплекса.

Так вот в связи с чем был этот срочный и неурочный рейс!

База "Шанхай" терпела бедствие. Это была экстренная помощь, а никакая не контрабанда.

"Вот я осел!"

- Что я могу сделать?

Заместитель Ху Яобан развел руками.

- Вы уже помогли, привезли нужное оборудование. Я даже не знаю что еще...

- У вас есть наладчики электрооборудования?

Элисей обернулся на голос. Из тамбура вышел незнакомец, на ходу снимая шлем и перчатки. Ху Яобан поклонился ему:

- Командир Чжоу Гуанчжао. Это господин... товарищ Полановский с "Авроры".

- Очень рад вашему прибытию, - командир протянул крепкую руку для пожатия. - Вы как нельзя кстати.

Элисей решил не нарушать этикет и для начала тоже слегка поклонился.

- Я с вами говорил по связи?

- Да.

- Я сам электронщик. Со мной еще пятеро - все разбираются в этом деле. Скажите, что нужно делать?

- В первую очередь восстановить системы жизнеобеспечения и пожаротушения: мы опасаемся новых возгораний.

Элисей не был вправе требовать от своего экипажа чего-то еще: груз доставлен и выгружен, другого им не поручалось. Элисей застал всех в общем кубрике, все сидели в скафандрах, словно в ожидании, лишь только сняли шлемы и перчатки.

- Здесь, оказывается, серьезная авария, - начал Элисей. - Пожар, много пострадавших, есть погибшие. Вышли из строя системы жизнеобеспечения: кондиционеры, пожаротушение, системы очистки. Да и компьютеры встали. Я обещался помочь, вас заставлять не имею права. Так что, или подождите меня здесь, или кто со мной - собирайтесь сейчас.

Сидящие товарищи молча и коротко переглянулись. Первый пилот кивнул второму, тот ушел в рубку. Моросинский поднялся без вопросов, Рэндалл опрокинул в себя остатки кофе и принялся застегивать шлем.

Со склада они забрали несколько контейнеров с только что доставленной электроникой и отправились в район аварии.

В пострадавших районах "Шанхая" кипела работа: около полусотни человек в экзоскелетах и десяток грейдеров пытались разгрести обвалившиеся, покорёженные и даже разорванные взрывом контейнеры. В некоторых блоках еще продолжался пожар, это было видно по языкам пламени в окнах.

"Интересно, что там может так гореть? Топливо? Да и на материалах при постройке, наверное, сэкономили".

До сих пор здесь продолжали разбирать завалы и искать выживших, ориентируясь на встроенные в скафандры идентификационные чипы. После того, как выживших и погибших уносили из "квадрата" в дело вступала тяжёлая техника. Мельком он глянул в сторону эпицентра разрушений и почему-то представил себя на месте людей, находившихся там во время пожара.

"Что это мне какие мысли лезут в голову? Надо делом заниматься. Кстати, почему они не эвакуируют пострадавших по воздуху? У них же, несомненно, есть какие-нибудь "леталки". Могли бы раненых сразу на орбиту доставлять".

В подтверждение мыслей Элисея над головами работающих людей пролетели несколько скоростных челноков и два больших тихохода, невиданной до сих пор конструкции. Они были настолько огромны и неуклюжи, что казалось, должны были рухнуть.

Элисей отдал под эвакуацию "Коперник": коллегам требовалась любая помощь. Он поручил это дело штурману и одному из пилотов, а сам, вместе с оставшимися людьми, направился к целым, уже потушенным контейнерам.

В блоках, спасённых от пожара, как и везде, было множество народа. Основные механические повреждения были уже устранены и бригада с "Авроры" взялась за более тонкое дело.

Элисею до сих пор не доводилось работать в полевых условиях. Менять и тестировать платы, блоки, целые шкафы электрооборудования, не снимая шлема и перчаток было непривычно и сложно. Воздух был не пригоден для дыхания из-за гари и ядовитых паров сгоревшей обшивки помещений. Температура внутри сейчас была немногим выше ноля. Но в скафандре казалось жарковато и еще пот потек по лбу. Жутко хотелось почесать нос. Элисей снял ненужный сейчас экзоскелет, включил вентиляцию, глотнул воды и сосредоточился на работе. Вокруг было шумно, и он отключил внешние микрофоны, подключил тестер к терминалу и начал пошаговую проверку.

Сначала он выявил уцелевшие блоки и перевел работу на них. Затем взялся за пострадавшие: шкаф за шкафом, блок за блоком, плату за платой. Его помощники уже распаковали ремкомплекты.

- Начальник, - услышал он в динамике голос Моросинского. - Ты давай проверяй и помечай: у тебя это ловчее получается, а мы менять будем.

Элисей машинально кивнул, потом, вспомнив, что на нем шлем, ответил коротко: "Хорошо" - и продолжил работу.

"Коперник" сделал несколько рейсов и сейчас стоял неподалеку. Пилот и штурман тоже подключились к работе. Работали все: извлекали "меченые" платы и заменяли их новыми. Отвлекаться и проверять свою команду Элисею нужды не было: по коротким фразам он понимал, что работа идет сосредоточенно и без суеты. "Плату", "Семерку", "Здесь весь ящик меняем", "Шкаф", - то и дело раздавалось в динамике. Многие платы были повреждены частично, но заменять микросхемы в подобных условиях было бессмысленно, поэтому меняли платы целиком, и работа шла быстро и слаженно.

Когда электроника систем жизнеобеспечения была протестирована, Элисей принялся за восстановление связи.

"С микросхемами разберусь потом, дома, если китайские товарищи отдадут". - Он усмехнулся при мысли о доме, поскольку подразумевал "Аврору", а не свой земной дом, точнее родительский, своего пока у него не было. - "Вот заработаю, и будет свой дом на высоком берегу с видом на море-океан... Надо же, а никто не отказал в помощи, хотя я никого не обязывал. А действительно, и Моросинский, и Джаррелл - наладчики, а не грузчики. Грузчиков здесь и без нас хватает. Выходит, Ларягин намеренно отправил их? Не для погрузки, а для наладки. Знал, что придется этим заниматься? А мне ни слова. Почему?"

"Вот и готово". - Элисей захлопнул лицевую панель стационарного коммуникатора.

- Командир Чжоу Гуанчжао, это Элисей Полановский. Проверка связи! Как меня слышите? - проговорил он во внутренний микрофон скафандра.

- Слышу вас, - долетел в ответ далекий голос.

- Как видите?

- И вижу. Да, хорошо вижу вас.

Элисей тоже увидел командира на мониторе коммуникатора. Тот, кажется, впервые улыбнулся и отер с лица копоть.

- Докладываю: работа систем жизнеобеспечения и связь восстановлены. Какие будут дальнейшие указания?

- Возвращайтесь, товарищ Элисей. Спасибо вам и вашей команде.

- Добро, - ответил Элисей и отключил коммуникатор.

- Экипажу "Коперника" отбой всех работ, - сказал он по внутренней связи. - Собираемся.

Все уцелевшие помещения "Шанхая" сейчас под завязку были забиты оборудованием и людьми. Элисей хоть и устал смертельно так и сидел в скафандре, сняв только шлем и перчатки. Хорошо, что в "Коростеле" была предусмотрена система отвода: без этого пришлось бы туго. Скафандр снимать было лень, да и не имело особого смысла: хотелось бы вытянуться, но прилечь было негде. Люди уже и так сидели на полу даже в тамбур-шлюзе, что категорически запрещалось, ожидая отправку на "Чэнь Гоу".