Литмир - Электронная Библиотека

Несмотря на значительную близость к Солнцу на поверхности Меркурия температура была парадоксально низкая: в среднем минус 180 градусов по Цельсию, на теневой стороне, разумеется. Световая сторона прожаривалась до плюс 400 градусов. Этот парадокс получался из-за практического отсутствия атмосферы и медленного вращения Меркурия вокруг своей оси. Хоть он и был ближе к Солнцу, чем остальные планеты, но пока один бок этого "колобка" прожаривался, другой успевал отдать тепло окружающему космосу. Ось вращения Меркурия была почти перпендикулярна плоскости его орбиты, поэтому полюса не освещались Солнцем, образуя зоны вечного холода. Именно здесь, в глубоких метеоритных кратерах, под слоем пыли, обнаружились значительные запасы водяного льда. Исходя из всех условий, полюса оказались максимально комфортны для размещения базы: "Шанхай" как раз располагался на северном полюсе планеты.

Меркурий встретил гостей не так сурово, как Венера со своими непрекращающимися бурями и Элисей следил за тем, как "Коперник" заходит в тень полярной области. Поверхность была хорошо видна безо всяких дополнительных средств, только смотреть было не на что: сплошной голый камень.

Элисей продолжал испытывать беспокойство: его сознание не покидала мысль о контрабанде, и он вновь обругал себя за то, что не удосужился ничего узнать ни о предстоящем полете, ни о планете, ни о базе. Что бы отвлечься и подготовиться к встрече, попытался вспомнить имя начальника станции.

"Здесь не начальник, здесь командир, - поправил себя Элисей. - На "Чэнь Гоу" командир... как его там? А точки здесь называются станами".

Перед посадкой "Коперник" дал широкий круг над базой и Элисей с удивлением рассматривал "Шанхай". Это был большой комплекс, мини-город, состоящий из целых кварталов поставленных друг на друга прямоугольных блоков, напоминающих пропорциями морские контейнеры. Только эти контейнеры были раза в четыре больше морских и многие из них соединялись переходами, проложенными, казалось, в произвольном порядке.

"Сколько же там народу? Улей, да и только". - Сергей отвернулся от иллюминатора, и стал готовиться к работе, так как корабль пошёл на посадку.

"Коперник" опустился мягко: без ударов, толчков и рывков. Грузовой отсек уже был открыт, но Элисей всё еще сидел в кубрике. Он ждал, что командир поднимется на борт, а он передаст ему документы и на этом дело закончится. Но Чжоу Гуанчжао еще не прилетел на базу, и на борт никто пока не просился, стало быть, ему самому придется выходить: разгрузку без него не начинали.

- Командир? - послышалось в наушнике. - Разрешить разгрузку?

Это был голос штурмана, тот обращался к нему. Это его назвали командиром. Хоть в его подчинении всего пятеро человек, но они ждут его решения. И еще те, что снаружи, тоже ждут. Чего он сидит как тряпка? Ах, да! Вдруг это контрабанда? Но об этом сожалеть поздно: он уже на Меркурии.

- Да, да, пусть начинают - я сейчас буду. - Элисей вздохнул и отправился в "гардеробную": место между кубриком и тамбуром, где в скаф-захватах стояли скафандры.

Для малой гравитации и сверхразреженной атмосферы Меркурия "Тукан" казался тяжеловатым, поэтому Элисей выбрал обычный полужесткий скафандр "Коростель", приспособленный в основном для выхода в открытый космос. Тот был во многом унифицирован с "Туканом": такой же "холодильник" в качестве входа сзади, да и система управления похожа. Но сам скафандр напоминал комбинезон, а не батискаф, и не имел встроенного экзоскелета. Подумав, Элисей всё же решил одеть внешний экзоскелет, предназначенный для погрузочно-разгрузочных работ ­- вдруг пригодиться.

"Что ж, теперь я не стильный робот, а простой ходячий автопогрузчик... Ладно, за дело", - Элисей уже находился в шлюзовой камере.

Когда он оказался по ту сторону корпуса, то ничего особенного не ощутил. Машинально взглянув на дисплей с рядами чисел, Элисей отправился к раскрытому трюму, где вовсю кипела работа. Здесь были машины-погрузчики и люди в одинаковых серебристых скафандрах. Они сновали вокруг "Коперника" в кажущемся беспорядке и походили на фантастических муравьев: суетные, однообразные. Элисей нашел взглядом старшего, того, кто стоял в стороне и ничего не делал, и направился к нему.

- Вы командир Чжоу Гуанчжао? - спросил он на интерлингве, не желая срамиться в плохом китайском.

Серебристый скафандр развернулся и коротко поклонился. Искусственное освещение базы было не ярким, но зеркальное стекло шлема оказалось опущено. Лица за ним видно не было.

"Командир еще не прибыл, - послышался в динамике голос без акцента. - Можете говорить со мной, господин Полановский. Мое имя Ху Яобан, я заместитель командира Чжоу Гуанчжао. Можем пройти в помещение, вы, наверное, устали с дороги".

- Нет, нет. Спасибо. Раз груз срочный, стоит поспешить. - Элисей поднял в руке планшет, продемонстрировал его невидимому китайскому коллеге и направился в зону разгрузки, хотя людей там хватало и без него.

"Как, он сказал, его имя? Как бы не брякнуть что-нибудь иное, неприличное! Может называть его только по имени или по фамилии? Кажется, фамилия у китайцев в обязательном порядке стоит впереди".

Склады находились поблизости и, в отличие от жилых помещений, представляли собой классические ангары. Доставленное оборудование было перевезено достаточно быстро и по завершении разгрузки, Элисей решил заглянуть в "город".

Его встретили по-деловому, очень вежливо, но не стали устраивать как гостя, просто попросили подождать прихода начальства в одном их проходных блоков. Осматриваясь, Элисей понял, что станция организована очень практично. Еще на подходе, снаружи, он заметил, что на каждом блоке нарисованы символы, показывающие, для чего каждый блок предназначен. Все коммуникации между контейнерами шли через стыковочные узлы, а над каждым из них тоже был соответствующий символ на краю корпуса. Переходы же были складными и состояли из жёсткого каркаса и мягкого, но прочного коридора. В результате, из таких контейнеров могла быть собрана база любого размера и назначения. А при необходимости, даже отремонтирована или перестроена, путём замены одного контейнера на другой.

"Неплохо. Дёшево и практично", - подвёл итог своих наблюдений Элисей. Еще он заметил, что все ходили в скафандрах, несмотря на то, что помещения были герметичны. Да и ему самому никто не предлагал снять скафандр. Странно и то, что народу вокруг было мало: погрузка закончилась, но большинство рабочих осталось на складах, а не вернулось в жилые помещения.

Ожидание длилось недолго. В комнату вошёл человек в серебристом скафандре и с по-прежнему закрытым зеркальным забралом. Сейчас Элисей обратил внимание, что китайцы использовали скафандр устаревшей конструкции: мягкий комбинезон с отдельно надеваемым ранцем жизнеобеспечения - такими раритетами пользовались еще в эпоху первых полётов в космос. Пока он рассматривал облачение визитёра, тот полностью открыл шлем. Наконец Элисей увидел лицо того, с кем общался. Это был совершенно невзрачный тип с пластырем на левой щеке.

- Элисей Полановский, - Элисей протянул руку.

- Ху Яобан. Я заместитель командира, - повторился китаец и попытался улыбнуться, но боль превратила улыбку в гримасу. - Очень рад знакомству, господин Полановский.

- Взаимно. Только я простой наладчик, поэтому "господин" - это не ко мне. Просто Элисей. Когда же прибудет командир? Мне нужно передать ему документацию и насчет воды узнать бы.

- Об этом не беспокойтесь. У нас некоторая заминка, но всё будет сделано, как обещали.

В этот момент распахнулись двери блока, послышались возбужденные голоса. Элисей обернулся на шум и увидел множество входящих людей. Их серебристые скафандры были черны от копоти, а лица - серые и уставшие. Многие из вошедших людей несли на руках неподвижные тела. К ним подбежали люди с каталками и носилками. Пришедшие что-то наперебой возбужденно говорили заместителю Ху Яобану - китайский Элисей почти не знал.

20
{"b":"609398","o":1}