Покопавшись в памяти, я вспомнила, как мой наставник, Кадашман, однажды познакомил меня с дочерью Птаха, нашего казначея... Как же ее звали? Дидона, кажется. Эту девушку я тоже попробовала, но вкус ее крови показался мне невыраженным и пресным, как слишком молодое вино. Впрочем, сейчас в это не имело никакого значения.
- Я слышал, что ты приехала к нам из Кемета, - мальчик прервал мои размышления. - Там так красиво, как у нас рассказывают?
- Еще красивее, - я постаралась, чтобы мой голос звучал как можно более приветливо. - Тебе обязательно нужно там побывать.
- В следующей жизни, - мой спутник искренне рассмеялся, обнаружив отсутствие одного из передних зубов. - Рабы, знаешь ли, не так часто путешествуют по этому проклятому миру.
- Ты раб? - я никогда не общалась с людьми, находящимися настолько ниже меня по статусу, и теперь мне стало интересно.
- В третьем поколении, - с наигранной гордостью ответил мальчик. - Кстати, меня зовут Ияри, и мое имя переводится как...
- Свет, я знаю.
- Странно, да? Хотя, если подумать, я могу светить моим хозяевам, особенно если мне в зад засунуть раскаленную кочергу.
Шутка повисла в воздухе, и я впервые за свою жизнь задумалась о том, что, возможно, устройство этого мира было не таким идеальным, как мне казалось раньше. Впрочем, у меня не было времени для того чтобы развить эту мысль, потому что мы остановились возле низкой деревянной двери, которая мало чем отличалась от множества подобных ей. Ияри толкнул ее и знаком пригласил войти.
- Ияри, сын ишака, разве я не говорил тебе не показываться здесь? - раздался неприятный высокий голос, который, тем не менее, принадлежал мужчине. - Или ты захотел лишиться еще одного зуба, негодник?
- Нет, достойнейший из достойных, - поклонился мальчик, - мне дорог каждый мой зуб, и я никогда не стал бы беспокоить тебя своим визитом, если бы не Раман, пославший меня к тебе.
- Раман? - говоривший моментально сменил тон на более спокойный. - Что ему от меня нужно на этот раз?
- Он попросил меня проводить к тебе эту госпожу, - Ияри подмигнул мне и кивнул в сторону входа. - Она приехала к нам издалека, из самого Кемета, но по пути ее ограбили милые подчиненные нашего любимого царя, если ты понимаешь, о чем я.
- О, боги... Опять? - страдальческий стон, раздавшийся из помещения, дал мне понять, что мой случай был далеко не первым. - Что ж, пусть войдет.
Мне пришлось наклонить голову, чтобы не удариться о дверной косяк, и спустя мгновение я предстала перед человеком, от которого зависела моя дальнейшая судьба. Им оказался невероятно толстый коротышка - с трудом помещаясь в кресле, он ежесекундно вытирал пот со лба, хотя в помещении было достаточно прохладно. Судя по всему, Ахикар практически не выходил их комнаты, потому что все пространство вокруг него было завалено остатками пищи и еще каким-то хламом, о происхождении которого я могла только догадываться. Запах пропавшей еды смешивался со смрадом давно немытого тела, и в первое мгновение у меня возникло сильное желание выскочить наружу. Однако я сдержалась и, стараясь ничем не выдать отвращения, которое испытывала к этому опустившемуся человеку, поприветствовала его.
- Кто ты? Зачем приехала в Вавилон? С какой целью? Почему без охраны? - сразу обрушил на меня лавину вопросов хозяин помещения, моментально превращаясь из увальня в опытного дознавателя.
- Меня зовут Дидона, я дочь Птаха, личного казначея Аменхотепа, сына Тутмоса. Я путешествовала, когда на меня напала толпа грабителей. Моих телохранителей убили, деньги украли, мне самой чудом удалось спастись.
- Чудом? - подозрительно прищурился толстяк. - Чудеса случаются только по воле богов. Чем же ты заслужила их расположение?
- Праведным образом жизни, нужно полагать, - я изо всех сил старалась говорить вежливо, чтобы ничем не спровоцировать этого странного человека, который больше не казался мне недалеким деревенщиной. - Моим наставником был жрец Уаб, мудрый Кадашман, который научил меня сохранять чистоту не только тела, но и мыслей. Поэтому в момент нападения я вознесла молитву высшим силам, и они уберегли меня.
- Ты говоришь складно, - Ахикар недовольно поморщился - судя по всему, он намеревался поймать меня на лжи. - И чего же ты хочешь от меня? Желаешь, чтобы я составил жалобу?
- Боюсь, ты неверно меня понял, - заявила я, собравшись с духом. - Я никогда не стала бы подвергать сомнению действия богов. Все испытания, которые они посылают нам, имею смысл. Мы, смертные, не всегда способны постичь их, однако к этому нужно стремиться. Поэтому все, о чем я хочу попросить, это временное пристанище, где я могла бы отдохнуть и привести себя в порядок. Или это слишком много для великого Вавилона? Если так, то я готова покинуть ваш город сейчас же.
Эта спорная тирада, которую я обрушила на голову Ахикара, должна была пробудить в нем желание проявить лучшие свои качества. С одной стороны, странница подверглась нападению на его территории, с другой, она не предъявляет никаких претензий и просит о совершенной малости. К счастью, мои надежды оправдались - толстяк сразу приосанился и, приняв покровительственный вид, кивнул.
- Ты получишь все, о чем просишь. И даже больше. Я покажу тебе, каким щедрым и справедливым может быть Вавилон по отношению к своим гостям. Эй, ты! Ияри! Подойди-ка.
Мальчик приблизился к начальнику, опустив голову, но я успела заметить улыбку на его лице. Впрочем, сам Ахикар был слишком занят самолюбованием, чтобы обращать внимание на такие мелочи.
- Отведешь это уважаемую госпожу в мой дом. Пусть ее примут как дорогую гостью: напоят, накормят, переоденут - нужно, чтобы она выглядела должным образом к вечеру, когда я представлю ее Шимуну, смотрителю дворца царя нашего.
Вероятно, это было величайшей честью, потому что Ияри, склонившись еще ниже, незаметно подал мне знак рукой, и я рассыпалась в благодарностях. Похоже, толстяка это полностью удовлетворило, и он даже снизошел до того, чтобы ненадолго выбраться из своего кресла и лично проводить меня до двери.
- Будь готова к закату, - напутствовал он меня напоследок, вручая слуге какую-то блестящую табличку.
Как только мы с Ияри оказались снаружи и за нами закрылась дверь, мальчишка весело рассмеялся и с восхищением взглянул на меня.
- А ты не так проста, как я подумал сначала, - заявил он. - Мне никогда прежде не приходилось наблюдать за тем, чтобы этот жирный боров был таким обходительным. Ты далеко пойдешь, моя госпожа. У нас любят облагодетельствовать тех, кто соответствует ожиданиям. Возможно, тебе даже удастся добиться приема у самого царя. Надеюсь, ты не забудешь обо мне, когда достигнешь высокого положения.
- Не забуду.
Несмотря на то, что Ияри не проявлял ко мне никакого уважения, он мне нравился. Он был настолько естественным, что мне вдруг пришло в голову, что я бы хотела его видеть в числе моих слуг. Да, ни о каком равенстве я тогда не думала - каюсь. Но что можно было ожидать от дочери фараона, привыкшей если и не повелевать, то отдавать приказания? Положа руку на сердце, я могу признаться, что воспринимала мальчика как домашнего питомца, не более. Стыжусь ли я этого? Наверное, нет.
Мы вынырнули из трущоб так неожиданно, что я зажмурилась от яркого света: Вавилон обрушился на меня во всем своем великолепии, и грязные улочки, оставшиеся позади, показались мне досадным недоразумением, сном, который, наконец, закончился. Огромные белоснежные строения, окруженные пышными садами, моментально влюбили меня в себя. Этот город показался мне невероятно величавым, даже учитывая условия, в которых я выросла. Единственным минусом были презрительные взгляды, которыми нас награждали люди, прогуливавшиеся среди всего этого великолепия.
- Не обращай внимания, - кивнул Ияри, заметив, что я смутилась. - Как только ты приведешь себя в порядок, ни один из них не посмеет косо взглянуть в твою сторону. А пока воспринимай это как забавное приключение - когда еще ты сможешь увидеть жизнь с такого интересного ракурса?