- Гляди, сейчас погонят, - говорит старший.

Внизу среди лотков с продуктами началось судорожное движение. Беспризорники разом побежали через толпу, за ними несколько взрослых с палками. Поднялся крик. Поймали самого мелкого, лет шести, начали крутить уши и хлестать по щекам. Поварята высунулись в окно на секунду.

- Гуся стащили, видал?! - восклицает старший и продолжает уже тихо: - Ну вот, в первый день, как они сюда заехали, так и перестал базар вонять. Никто теперь никакой гнили не оставляет. Усёк?

- Что? - спрашивает младший.

- Что, что?! Не ясно? Повар доложил господину. И теперь тут не воняет!

- Усёк, - отвечает младший. - Ой! Идут!

За дверью послышались торопливые шаги. Поварята отскочили от окна и сели на лакированную лавочку у стены. Заглянула служанка. Проверила сервировку. Ушла доложить. Младший утер нос перчаткой.

- Ты это, - сказал старший, - ты костюм береги. Сопли не размазывай и в грязь не лезь. Видишь, какая ткань! Тонкая, белоснежная. Такой ткани во всем городе не достать. Увидят, что ни дай бог порвал - накажут.

- Тяжело у вас, - сказал младший со вздохом.

- Да, это тебе не свиней пасти. Радуйся, что тут оказался. Поначалу трудновато, потом привыкнешь. Я подскажу. Вот это знаешь, что такое?

Он указал на изящную лакированную конструкцию в углу, похожую на узкий шкафчик. За стеклянной дверкой качалась с тихим цоканьем золотая шайба на плоской черной штанге, а выше врезано золотое блюдце с черными палочками. Утренний свет красиво блестел в тонком сложном рисунке на золоте, отражался в лакированном дереве.

- Нет. Что?

- Это хронометр! - важно сказал старший. - Его надо заводить каждый вечер. Я покажу потом.

- А зачем он?

- Время показывает. Видишь, стрелочка вверх. Сейчас, значит, музыка заиграет, и господин завтракать придет. Ты стой тихо и не шевелись. Я тебе буду всё говорить, а ты делай. Только если спросит, тогда отвечай. Не забудь, в конце всегда надо сказать "господин", а не "мой дон". Понял? И в глаза не смотри. Вот стой тут и смотри в пол. Сейчас придут.

Поварята встали рядком. Через минуту распахнулась широкая парадная дверь. Неслышно ступая по паркету красивыми босыми ногами, вошла молодая женщина в шелковом красном халате.

Следом появился кардинал Лурас. В комнате сразу стало меньше места и потемнело. Двухметрового роста. Смуглая кожа на бычьей шее кажется светлой, почти белой на фоне черного атласного халата. Широкие плечи бугрятся мышцами. Пояс подчеркивает узкую талию и бедра. Шагает босиком пружинисто и мягко, как огромный кот. Черные волосы, зачесанные назад, влажно блестят после утренней ванны. Густая остроконечная борода делает Лураса похожим на сказочного джина. Легкая улыбка как бы говорит, что джин добрый, а карие глаза поблескивают озорством. Взгляд, ненадолго отвлекаясь, постоянно возвращается на женщину, изящно идущую впереди.

- Это что за пополнение? - поинтересовался он грассирующим басом, присаживаясь напротив женщины и кивая на маленького поваренка, стоящего в углу солдатиком.

- Повар приказал, господин, - ответил старший поваренок, бодро подскакивая к столу и начиная обслуживать.

- Позови-ка сюда этого повара, - сказал Лурас. - Вместе с управляющим. А через двадцать минут пусть зайдет астролог. Вы-пол-нять!

Старший сорвался с места, пробегая мимо младшего, моргнул ему и скрылся за дверью. Лурас приступил к завтраку. Взял золотую ложечку и подцепил с тарелки жидкую сопливую кашу.

- Так, что у нас тут?!

- Каша из трех злаков! - ответила женщина, с неприличным аппетитом откусывая булочку, намазанную сливочным маслом, заедая кашей и запивая кофе. - Ммм! Очень вкусно.

- Ты такая смешная, когда кушаешь, - заметил Лурас, начиная трапезу в таком же стиле.

- А ты, думаешь, лучше? - ответила женщина, улыбаясь. - Где тут мед?

- Вон джем есть вишневый. Сгодится?

- Хочу меда, - наигранно капризно сказала женщина.

- Мёд! - сказал он, метнув взор на младшего поваренка. Поваренок встрепенулся и, неуклюже задев лавочку, вышел из столовой.

Когда они остались одни, женщина перестала жевать. Выпрямившись в кресле, она убрала руки под стол. Посмотрела на Лураса и робко спросила:

- Лурас, можно я рожу ребенка?

- Зачем? Женой хочешь стать? - улыбаясь, спросил Лурас. - У тебя и так всё есть.

- Я тебя люблю, - тихо сказала женщина, потупившись. В глазах заблестели слезинки.

Он откинулся на спинку. Кожаное кресло тихо скрипнуло. Из угла мерно тикал хронометр. Лурас долгую секунду глядел на женщину.

- Рожай, глупая, - ответил он наконец, улыбнулся и отправил в рот ложку с кашей.

- Зато счастливая, - буркнула женщина, насупившись и с вымученной улыбкой кусая хлебушек. Наконец она шумно выдохнула и спросила уже легко, как прежде:

- Мёда, значит, не будет?

- Не знаю, - ответил Лурас, комично пожав могучими плечами. Он и она расхохоталась.

В этот момент отворилась дверь, вошел старый шеф-повар. Сделал шаг и остановился, глядя перед собой.

- Звали, господин?

Лурас, всё еще смеясь, обратился к повару:

- Что за малыш у нас новый?

- Помощник нужен, господин.

- Это я знаю. Тебе всегда кто-нибудь нужен. Всех оборванцев готов пригреть, - сказал Лурас, развалившись в кресле. - Что за малыш? Чей, откуда, как тут оказался?

- Племянник мой. Сестры сын. Три дня назад ферму спалили, мужа убили. Она в город подалась.

- Нашла работу?

- Да, господин, служанкой.

- Ты пристроил?! К кому?

- Тут недалеко. В дом начальника стражи, - ответил повар.

- Прыткий какой у меня повар! Со связями. Молодец! - с усмешкой сказал Лурас. - Ну и что же ты пообещал, чтоб её в дом взяли?

- Ничего особенного не обещал, господин. Им нужна была служанка. Сказал управляющему, что она моя сестра, что лично ручаюсь.

Лурас энергично встал и прошелся по комнате, шевеля плечами и потягиваясь. Мышцы как-будто зудели, хотели движения.

- Где ферма была?

- Под Коллонжем, господин.

- Ясно, - сказал Лурас и вернулся обратно за стол. - Значит так. Во-первых, я жду меда уже две минуты. Нерасторопный он у тебя. Впредь не годится.

- Да, господин, - сказал повар, кивнув. - Я понял.

Раздался деликатный стук и вошел управляющий, щупленький человечек, похожий на серую мышку. Встал рядом с высоким худым поваром.

- Ты как раз кстати, - сказал Лурас управляющему, - Во-вторых, сегодня вечером я отправляюсь в Коллонж на неделю. Повар со мной. Если хочет, пусть возьмет свою подмогу.

- В Коллонж?! - воскликнул повар. - Он же захвачен!

- Уже расхвачен обратно. Всё, свободны оба.

Управляющий и повар кивнули. Выходили они тоже по-разному. Повар быстро повернулся и шагнул на выход, а управляющий отступал, медленно пятясь: "нельзя господину показывать спину".

- Повар! Мёд! Живо! - крикнул Лурас вдогонку, а когда дверь закрылась, весело обратился к собеседнице: - Видишь?! Забавные они у меня.

- Коллонж отбили? - спросила женщина, жуя булочку. - Надо же. Так быстро. Кто, интересно?

- Кто-кто. Я отбил!

- Ты?! - воскликнула женщина.

В столовую юркнул старший поваренок, неся на подносе золотую розеточку с медом.

- Мёд, господин.

- Подавай! Где второй?

- Обварился на кухне, господин.

- Сильно?

- Сильно, господин.

- Растяпа, - буркнул Лурас, поливая медом кашу, и продолжил: - Удивилась?! Ты всё проспала, пока я крепость отбивал!

- Я проспала?! Когда?

- Ну да. Под утро посыльный прибегал, а ты ничего не слышала! Дрыхла, как суслик!

- А... под утро... - протянула с блаженной улыбкой женщина. - Я не понимаю, зачем французам вообще война? Что случилось?

- О, дорогая! Это таинственная история, но я расскажу. Всё дело в испанцах. На их земли наступает океан. Уже половина Испании под водой. Вот они и бегут. С океаном не повоюешь, - сказал Лурас, поиграл бровями и захрустел кусочком груши. - А когда снимается с места целый народ, соседям становится тесно. Испанцы же выдали свою принцессу за французского короля и пообещали ему военный союз. Вот и пришла война к нам.