Как видно из этого краткого изложения, психологические и поведенческие последствия фрустрации человека многообразны, но в них значительное место занимают агрессивность и насильственные, агрессивные действия. Теория, согласно которой фрустрация вызывает агрессию, касается отдельных людей, а не социальных и этнических групп. Теория групповой агрессии[227], в том числе защитной, должна разрабатываться отдельно. Речь идет также о теории этнической агрессивности.

§ 8.2. Групповая агрессия

Для того, чтобы социальная или этническая группа вела себя агрессивно, необходимо, чтобы значительная часть членов группы одновременно была фрустрирована, возбуждена, имея возможность передавать друг другу свои эмоции и суждения. Только в том случае, когда значительное число членов этноса фрустрируется одновременно и приобретает склонность совершить агрессивные действия, создаются предпосылки суммации их агрессивных действий и совершения совместных агрессивных актов.

Правда, никто еще не определил, какой процент членов этноса должен быть одновременно фрустрирован, чтобы этнос отвечал совместной агрессивностью. Можно предложить идею, которая, возможно, позволит в будущем решить данный вопрос: главное – не столько число реально фрустрированных членов этноса, сколько тех, кто психологически идентифицирован с этнической группой, с ее фрустрированными членами, и сопереживает вместе с ними. Люди, способные на такие альтруистические переживания, фактически так же фрустрируются, как и те, кто подвергался прямому воздействию фрустраторов. По-видимому, именно это имело место с монголами, которые объявляли войну тем племенам и государствам, в которых их послов убивали. Этот вопрос мы еще обсудим на последующих страницах.

Итак, идентификация, подражание и сопереживание – главные механизмы, с помощью которых агрессивность нескольких лиц становится групповой. А если при этом люди переживают тревогу и страх, возбуждены, то уровень их психологической готовности к совместной ответной агрессии еще больше повышается.

Групповая агрессия возникает во всех тех случаях, когда определенное число членов группы фрустрируется и переживает состояние враждебности и ненависти. Это часто бывает при соперничестве этнических групп, особенно при конфликтах, достигших уровня кризисов. До определенного этапа соперничество этнических групп может носить общий, диффузный, неспецифический характер. Но когда оно осознается, концентрируется вокруг определенных целей, когда четко определяется, за что идет соперничество и кто является главными действующими лицами в этом процессе, тогда оно принимает более целенаправленный и осознанный характер. Начинают соперничать лидеры этносов и их представители, элиты народов. При этом группы уже соперничают не только ради определенных частных целей, но также для того, чтобы ликвидировать друг друга. Это уже борьба, нередко вооруженная, во время которой многие нормы человеческих, в том числе межэтнических, взаимоотношений игнорируются.

За какие цели обычно соперничают и борются этнические группы?

Борьба идет за землю, средства существования, за защиту людей и культуры, за женщин и престиж, а в многоэтнических обществах также за рабочие места и другие ресурсы и ценности.

Когда речь идет об этих конфликтах внутри полиэтнических обществ, можно заметить одну очень важную особенность защитной агрессии: к этническим меньшинствам агрессивнее всех относятся те члены доминирующего этноса, которые наиболее фрустрированы в своей среде. Ведь именно им приходится соперничать с представителями этнических меньшинств за рабочие места, именно они нуждаются в переносе своей агрессии на других. Исследования американских и других социологов и социальных психологов показало, что насилие, направленное против национальных меньшинств, усиливается во время экономических кризисов, и в подобных действиях участвует много простых людей.

В литературе, посвященной геноциду, нередко обсуждается вопрос: виноваты ли народы в том, что в некоторых странах (Турции, Германии и других) был осуществлен геноцид армян, евреев и других народов? Если учесть психологические закономерности преобразования агрессии и повышенную агрессивность наиболее неимущих слоев господствующего этноса, на этот вопрос следует дать положительный ответ. Кроме того, в Турции в 1915–1923 г. турецкое население вместе с уголовниками, чиновниками, военными и курдами принимало самое активное и массовое участие в геноциде[228]. Те же, кто непосредственно не участвовал в этих действиях, терпели их, старались не заметить то, что невозможно было не замечать. Это было также молчаливое участие конформистского большинства.

Одной из причин повышенной агрессивности северокавказских народов, с которыми в России в настоящее время возникли серьезные проблемы, является их страх перед возможным исчезновением, необходимость выживания. Это экзистенциальная фрустрация. Один из авторов пишет: “…всем небольшим по численности северо-кавказским народам знакомо ощущение размываемости нации, обостренное чувство опасности ассимиляции. Реакцией на это является наступательная демографическая и социальная активность северокавказских народов”[229]. Чем количественно больше народ, тем сильнее и увереннее чувствуют себя в нем люди. Это обстоятельство тоже очень важно учесть в условиях межэтнических конфликтов.

Наконец, экономическое соперничество тоже является одной из главных причин усиления агрессии против этнических меньшинств. Этот фактор играл важную роль в развязывании массовых агрессивных действий и геноцида в Турции, Германии, некоторых странах Азии и Африки. Экономические фрустраторы становятся более интенсивными, когда сочетаются с религиозными и этническими различиями.

§ 8.3. Когнитивные посредники агрессии и этническая самозащита

Результаты, которые мы сейчас рассмотрим, получены при исследовании индивидуальной агрессии[230], но могут получить прямое применение и в области этнической психологии. Поэтому мы рассмотрим их с соответствующими указаниями для этнопсихологии.

В выражении или подавлении агрессивных действий людей играют роль следующие познавательные (когнитивные) факторы: а) атрибуция мотивов и намерений; б) предвидение последствий агрессивных действий; в) заметность признаков страдания жертвы. Вкратце рассмотрим эти “когнитивные посредники” агрессивных действий.

А. Атрибуция мотивов и намерений

Проблема эта сводится к следующему: если объект агрессии (“мишень”) считает, что агрессор совершил свои действия намеренно, то в таком случае переживает более интенсивный гнев и отвечает более энергичными агрессивными действиями, чем когда убежден, что он действовал случайно, без намерения нанести ему вред, под влиянием случайных обстоятельств. Иначе говоря, сила фрустратора зависит не только от его объективных свойств, но и от восприятия и других познавательных процессов жертвы, в том числе от его атрибуций. Сила и форма ответных действий, с помощью которых он мстит агрессору, зависят от познавательных процессов объекта агрессии.

Таким образом, те люди вызывают в нас более умеренную агрессию, фрустрирующие действия которых нами приписываются внешним факторам. Когда же у нас создается впечатление, что эти факторы находятся под их контролем, тогда и ответная реакция бывает более интенсивной.

Вполне понятно, что подобные ситуации возникают также в межэтнических и межгосударственных отношениях. Например, если военный истребитель одного государства случайно, в результате непреднамеренной ошибки пилота или по другим внешним причинам, проник на территорию соседнего государства, то ответ последнего зависит от того, как оно будет интерпретировать это действие: как случайную ошибку, или же как преднамеренную агрессию. Государство-нарушитель в таких случаях, если не желает обострить ситуацию, заявляет, что нарушение имело место случайно и выражает “сожаление” об этом.

Б. Предвидение последствий агрессивных действий

Агрессивные действия, как и все остальные социальные поступки человека, зависят не только от мотивации агрессора, но и от того, какие последствия для себя предвидит тот, кто собирается действовать агрессивно[231]. Когда предвидится, что противник сможет отомстить, дать должный отпор, тогда желание действовать агрессивно ослабевает. Но когда отпор считается невозможным, тогда человек проявляет более интенсивную агрессию.