У людей, согласно К. Лоренцу, И. Эйбл-Эйбесфельду и другим этологам, ингибиторами агрессии являются физические особенности женщин и детей. Это их миловидность. У детей она обусловлена крупными размерами головы по сравнению с туловищем, выступающим лбом, круглостью щек, короткостью конечностей и некоторой неуклюжестью. Все эти особенности, вместе взятые, составляют комплексный ингибитор.
Другими ингибиторами являются страдальческий вид, вид крови и кишек. Но не для всех они являются прирожденными и эффективными тормозными механизмами агрессии, о чем свидетельствуют многочисленные случаи совершения насильственных действий, “зверств” во время войн и даже в “мирное” время. Кроме того, человеку легче убивать других людей, когда он находится пространственно удаленно от жертвы и не воспринимает ее страдания и другие тормозящие агрессию признаки. Следовательно, если человек совершает акты насилия при непосредственном контакте с жертвой, то это свидетельствует об особом развитии у него черт насильника и садиста.
В. Почему возникли ингибиторы?
Конрад Лоренц полагает, что возникновение ингибиторов агрессии связано с возникновением особых орудий борьбы (лучше сказать: орудий нападения): клыков, клювов, когтей и т. п., используя которые животные одного вида могли бы уничтожить друг друга. У животных, обладающих такими орудиями уничтожения, ингибиторы особенно развиты и эффективны. Между тем у шимпанзе, голубей и других животных, которым трудно уничтожить друг друга, ингибиторы агрессии менее эффективны.
Человек принадлежит к этой второй группе, так как он не обладает очень опасными естественными орудиями борьбы. Вследствие этого в процессе биологической эволюции у человека не возникли и не развились достаточно эффективные успокаивающие жесты. Исходя из этого этологи считают главной опасностью для человечества то, что этот вид (этот “голубь”) изобрел оружие массового уничтожения, для запрещения которого не имеет эффективных средств.
Г. Дезингибиторы
Дезингибиторами называют такие механизмы, которые устраняют влияние ингибиторов. У животных дезингибиторами агрессии являются, например, новые попытки жертвы продолжать борьбу. Если волк, уже побежденный и лежащий на спине, пытается встать и продолжать борьбу, победитель сразу же совершает новые и резкие агрессивные действия, заставляя вернуться к позе подчинения. Иначе жертва будет разорвана, что, кстати, редко бывает. Это значит, что действия жертвы, свидетельствующие о желании продолжать борьбу, являются дезингибиторами: они устраняют воздействие ингибитора – позы подчинения.
В жизни человека дезингибитором механизмов торможения агрессии является наблюдение сцен агрессии и насилия над людьми и даже животными и вандализма по отношению к неодушевленным предметам, совершаемых другими людьми. Когда человек наблюдает такие сцены, у него агрессивность усиливается. Почему? Такой результат может быть следствием активизации агрессивного влечения, которое потенциально есть у всех. Кроме того, восприятие агрессии, за которое действующее лицо не наказывается, снимает действие многих тормозных механизмов, показывая наблюдателю дозволенность насилия. Это расторможение агрессии.
Оба описанных случая – усиление агрессивного влечения и расторможение – общие явления, но они не у всех происходят одновременно. Легко видеть, что после наблюдения сцен насилия не все становятся в одинаковой степени агрессивными. Определенная часть зрителей отличается особо интенсивной агрессивностью. Поэтому мы можем сказать, что у них до просмотра фильма или уличной сцены уже имелась в душе сильная агрессивность, которую они тормозили, но теперь эти тормоза, эти ингибиторы сняты. Ингибитором же мог быть страх перед социальными отрицательными санкциями (наказаниями). По-видимому, значительная часть враждебности и агрессивных действий, возникающих после наблюдения сцен насилия в реальной жизни или на сцене, является дезингибиторной агрессией, т. е. результатом расторможения организма, подверженного воздействию ингибитора. А агрессивный организм неразличим от дезингибированного агрессивного организма.
Здесь уместно задать следующий вопрос: существуют ли ингибиторы других инстинктивных действий? Например, ингибиторы сексуального поведения, ингибиторы эмпатии и помощи? Эти важные проблемы, насколько нам известно, пока не стали предметом серьезных исследований, хотя некоторые результаты уже получены, например, в области “психологии оказания помощи”[197].
§ 6.6. У каких животных не развились механизмы, предотвращающие агрессию?
Есть в мире животные и птицы, которые так хорошо снабжены орудиями нападения, что могли бы одним ударом убить своего сородича. Именно у этих животных в первую очередь образовались тормозные механизмы. Если бы не они, то данные виды давно исчезли бы с лица земли.
Но есть и такие физически сильные и большие животные, например шимпанзе, которые не могут сразу убить друг друга. Кроме того, многие из них очень подвижны и при возникновении опасности быстро удаляются. У таких животных против внутривидовой агрессии не развились тормозные механизмы (ингибиторы). Такие животные, следовательно, убивают друг друга. В условиях плена, когда жертва не имеет возможности уйти, ее могут умертвить мучительно и медленно. Даже символ мира, голубь, может подвергнуть мучительному умертвлению другую такую же птицу, причем у нее при этом не наблюдается действие каких-то внутренних тормозов[198].
Человек – всеядное животное. У него нет естественных орудий для убийства больших животных, поэтому в ходе эволюции у него не развились те внутренние механизмы, которые тормозят агрессивные действия “профессиональных” плотоядных, не давая им возможности злоупотреблять своей способностью убийцы для уничтожения представителей своего вида. Обсуждая вопрос о том, что тормозными механизмами наделены волки и другие хищники, К. Лоренц высказывает очень интересную и, как мы полагаем, еще не до конца понятую другими специалистами, идею: тормозные механизмы таких животных функционально аналогичны морали. Только в редких случаях, в гневе, эти животные убивают друг друга. (Там же, с. 233).
Объяснения К. Лоренца, касающиеся того, почему у человека не развились тормозящие агрессию механизмы, конечно, не всегда убедительны. Так, он утверждает, что поскольку один человек не может быстро убивать другого (если нет оружия), не было необходимости в тормозных механизмах. Кроме того, жертва могла просить пощады и принимать позы, символизирующие подчинение: у нее для этого было достаточно времени. И ученый полагает, будто только с созданием искусственных орудий внезапно человек получил возможность быстро убивать другого. Но ведь это же не так! И до создания орудий и оружия человек был агрессивен: просто необработанными камнями или ударом могучего кулака можно было убивать, тем более детей и женщин.
Тем не менее, получив в свои руки оружие, этот наш предок-”голубь” превратился в ворона. Если бы в те времена был создан топор, люди бы полностью истребляли друг друга. Со времен создания первых орудий и до настоящего времени человечество никогда не было свободно от опасности самоуничтожения. Возникла мораль, но одновременно росло желание убивать других. Росло также чувство безнаказанности. Тем более спокойно убивают друг друга люди на расстоянии, когда жертвы не видны. Огнестрельное оружие еще более способствует этому, не говоря о новейших видах оружия массового поражения, когда простым нажатием кнопки можно уничтожить тысячи и сотни тысяч людей.
К. Лоренц везде, обсуждая проблему человеческой агрессии, имеет в виду физическую ее разновидность. Но при дальнейшем углубленном исследовании данной проблематики следует учесть существование и более “мягких” форм агрессии – клеветы, распространения слухов, несправедливой критики и т. п., с помощью которых тоже люди медленно и садистически убивают друг друга.
Современный человек страдает от недостаточной разрядки своей агрессивности. К. Лоренц не принимает фрейдовскую идею существования инстинкта смерти (танатоса), считая, что человеческая агрессивность, которая прежде была необходима для сохранения вида, в настоящее время злоупотребляется, поскольку у человека так и не возникли тормозные механизмы. Для иллюстрации своих идей К. Лоренц приводит результаты исследования Сиднеем Марголиным поведения представителей одного индейского племени. Результаты эти очень интересны и достойны того, чтобы рассмотреть их здесь.
