Камелия поперхнулась воздухом. Про ставки Ори, может, и приврал, но на неё это и так произвело впечатление.
− Это что, сразу бросается в глаза?
− Не сразу. Но если понаблюдать какое-то время за вашим переглядыванием, становится ясно, − смущённо пожал плечами летописец.
Разговор с Ори заставил хоббитянку всерьёз задуматься над тем, что в ближайшее время нужно что-то делать. Не хватало ещё, чтоб и в самом деле о них начали судачить и делать ставки!
В таком настроении она шла к себе в комнату. Размышляя о том, что сказать Торину при встрече, Камелия открыла дверь и − надо ж такому случиться! − Торин как раз ждал её, сидя за столом в дальнем углу комнаты. Увидев её, он укоризненно покачал головой:
− Я уже хотел идти на твои поиски. И не совестно заставлять короля ждать?
− Простите, ваше величество, мне не доложили, что вы ждёте меня, − в тон ему ответила Камелия, чем вызвала у гнома снисходительную усмешку.
Он указал взглядом на соседний стул, приглашая её сесть рядом.
Камелия прошла вперёд и присела на указанный стул, по пути заметив маленькую красивую шкатулку, украшенную по краям драгоценными камнями, что лежала на столе возле гнома.
− Я принёс тебе подарок, − перехватив её взгляд, с лукавой усмешкой пояснил Торин. Он открыл шкатулку, представляя глазам Камелии два золотых украшения для волос − по форме примерно такие же небольшие зажимы, что носил сам Торин. − Тебе очень пойдёт одна маленькая косичка. И золото тоже. Только я должен сам заплести тебе её… Ты позволишь?
Он уже хотел было приняться за дело, но Камелия остановила его.
− Постой, ведь это будет значить, что мы с тобой обручены!
− Именно так, − не стал кривить душой гном и тут же нахмурился. − Только не говори, что моё решение стало для тебя неожиданностью.
− В том-то и дело, Торин, что это твоё решение, − возмутилась Камелия. − Как ты помнишь, я ничего тебе не обещала, и, по-моему, дарить мне дорогие подарки с умыслом было несколько… поспешно. Не подумай, что мне всё безразлично. Просто, твои поступки, они… хм… порой сбивают с толку, и я никогда не знаю, чего от тебя ждать.
Она запоздало подумала, что Торин наверняка рассердится на её слова, но он лишь спокойно проговорил:
− Ты удивишься, если я скажу о тебе то же самое? − и в ответ на непонимающий взгляд хоббитянки продолжил: − Ты каждый раз даёшь мне надежду, но стоит мне сделать шаг к тебе навстречу, ты тут же ускользаешь от меня. Я просил тебя остаться в Эреборе, и ты осталась. Хотя до этого, как я понимаю, тебя не удержало бы даже всё золото Горы. Сомневаюсь, что ради простого друга ты бы пожертвовала своей уютной норкой. А вчера я позвал тебя, и ты пришла. Разве это ничего не значит?
− Но ведь ты сам сказал: если мне будут сниться плохие сны, − смутившись, попыталась возразить Камелия. − И потом, в походе мы точно так же не раз спали рядом друг с другом…
− Это не одно и то же.
Сменив тактику, Торин взял её руки в свои ладони и уже мягче сказал:
− Неужели ты совсем равнодушна ко мне? Ответь мне прямо, что тебе неприятно моё внимание, и я больше не побеспокою тебя.
Как бы Камелия ни убеждала себя, что её место в Шире, а вовсе не в Эреборе рядом с королём, соврать она не смогла.
− Просто, дай мне ещё немножко времени, чтобы я могла определиться со своими чувствами, − сдалась она.
− Хорошо, − кивнул, обещая, Торин. − В таком случае, мой подарок подождёт своего часа.
Он встал, и Камелия поднялась следом, чтобы проводить его до дверей.
Дверь за Торином захлопнулась, но лишь для того, чтобы через минуту снова отвориться, на этот раз являя Кили.
− Так, значит, ты теперь с Торином? − сразу напрямую спросил он и, не дожидаясь ответа, добавил: − Это потому, что у меня бороды нет?
− Что? Нет, Кили, причём здесь это? Мы с Торином… − Камелия запнулась. Она хотела сказать, что они с Торином ещё вовсе не пара, но почему-то в горле при этом образовался тугой ком. − Я не знаю точно, насколько сильны мои чувства к нему. Просто, при мысли, что я свяжу свою жизнь с кем-то другим и могу больше никогда не увидеть его, мне становится нестерпимо грустно…
− Всё понятно, − хмыкнул Кили, но, впрочем, беззлобно. − Что ж, по крайней мере, я рад за дядюшку.
− Значит, ты не сердишься?
Кили опустил голову вниз, сосредоточенно разглядывая носки своих сапог.
− У нас право выбора всегда остаётся за девушкой. Пусть ты не гномка, но всё равно… Хотя, конечно, я ещё мог бы вызвать Торина на поединок и побороться за тебя, − он сделал вид, будто всерьёз задумался над этой идеей.
Камелия на секунду пришла в ужас от одной мысли, что младший из принцев будет драться с родным дядей, и дело может дойти до крови.
− Да шучу я, − необидно фыркнув, чуть улыбнулся Кили, давая понять, что ни о чём таком он не думал.
“Всё-таки умение шутить, сохраняя при этой серьёзное выражение лица − отличительная черта королевской семьи”, − решила про себя хоббитянка, вспомнив то памятное утро на скале Каррок.
− Кили, насчёт нашего последнего разговора… Я не знала, что у вас заплетание косичек имеет такое серьёзное значение.
− Я уже понял, − махнул рукой лучник. − Ничего, не переживай из-за этого. Я сам виноват, что не предупредил тебя. Но, несмотря ни на что, я всё-таки хочу, чтобы мы с тобой остались друзьями. Уж этого-то Торин у нас не отнимет!..
На такой расклад Камелия охотно согласилась. И хотя подобного рода разговоры нельзя назвать приятными, она была рада, что они с Кили наконец объяснились. Теперь, по крайней мере, между ними не возникнет недоразумений и вытекающих из этого обид.
========== Часть 6 ==========
− Торин, куда ты меня всё-таки ведёшь? − Камелия шла следом за королём по тёмным коридорам Эребора, кое-где освещавшимся горящими факелами. Они свернули в проход, который, по идее, должен был вывести их в королевскую сокровищницу.
− Осталось ещё немного. Скоро увидишь, − загадочно блеснул глазами Торин, на ходу полуобернувшись.
И в самом деле, вскоре они достигли того самого огромного зала, наполненного золотом и драгоценностями. Ещё издали можно было заметить жёлтое свечение, исходившее от зажженных факелов и непосредственно от золота. Однако, к удивлению Камелии оказалось, что Торин вовсе не держал в планах посещение фамильной сокровищницы. Он лишь повёл её по переходу, что проходил мостом над краем зала.
К слову сказать, всё богатство по-прежнему представляло собой целое застывшее море, каплями воды в котором служили золотые монетки. С одной стороны, было немного странно, что гномы не спешили наводить здесь порядок. Как припомнилось Камелии, однажды ещё в походе Торин упомянул, что во времена правления его деда всё золото было аккуратно сложено многочисленными горками, превосходившими рост гнома в два, а то и в три раза!
Впрочем, в этом можно было углядеть некий символический смысл: избавившийся от родового проклятья Торин больше не проводил всё время в сокровищнице, уподобляясь дракону, а направил силы на восстановление Эребора в целом. Что, конечно же, не могло не радовать.
− Ты ведь с тех пор больше не появлялась здесь? − заметив устремлённый вниз взгляд хоббитянки, полюбопытствовал Торин.
− Да… Не приходилось как-то, − неохотно подтвердила его догадки Камелия. Не хотелось говорить о том, как ещё долгое время в глубине её души теплился суеверный страх, что из насыпей золота вдруг снова вынырнет непонятно каким образом воскресший и вернувшийся дракон.
Впрочем, Торин и сам обо всём догадывался, потому как сказал:
− Теперь бояться нечего, всё плохое позади. Так что можно хоть каждый день приходить любоваться на золото.