А предусмотрительный Стив натянул перчатки и показал рукой направо, зовя за собой. Теперь уже и Владимир увидел большой красный ромб на коньке небольшого домика. Когда они подошли ближе, то стало видно, что это не дом, а маленькая площадь, перекрытая сверху прочными металлоконструкциями. Сюда стекались три или четыре открытые улочки, и люди спешили спрятаться от губительного кислотного дождя.

Убежище построили с умом. Если смотреть на него сверху, то строение напоминало окружность с конической крышей в центре звезды со сходящимися концами улиц-линий. В случае сильной угрозы можно закрыть проходы к центру убежища герметичными щитами, а в углу находилась лестница на первый подземный уровень.

Кислотный дождь усиливался, и граждане переходили на бег. Некоторые спотыкались, падали, но вновь поднимались и шли, стараясь быстрее ступить под спасительный козырек.

Вскоре под крышей убежища собралось человек тридцать, и Стив, как единственный медик, открыл рюкзак и приступил к оказанию первой помощи. Владимир же не посчитал свой кислотный ожог серьезной травмой, поэтому скромно отошел к стене. Теперь он смог подробнее рассмотреть горожан. Многие были облачены в специальные защитные плащи, но хватало и тех, кого губительный дождь настиг в легкой летней одежде. Этнический состав разнился. Больше всего присутствовало «лиц южной национальности», что неудивительно, но виднелись и европейцы. На них была зеленая форма – рабочие пищеблока. Чуть правее – несколько темнокожих техников. Удивило, что практически нет стариков и детей. Кроме одного маленького негритенка, боязливо прячущегося за мамой. А в центре площади выделился длинноволосый тип в рваных лохмотьях с хриплым, но громким голосом.

–– Ждите, люди! Спаситель близко, мессия придет! Человек из иного времени, ведомый существом из другого мира придет и спасет вас, агнцы божьи! Молитесь и вступайте под кров церкви Второго пришествия, и да прибудет с вами терпение и святая вера! Молитесь, несчастные! Спаситель близко, мессия придет!..

Ковров усмехнулся, попятился и, обернувшись, столкнулся со сгорбившимся господином в длинном сером плаще и широкополой шляпе.

–– Молодой человек, я думаю, у меня есть то, что вам нужно, – раздался знакомый вкрадчивый голос, и шляпа медленно поднялась.

Ковров обомлел. Прямо перед ним стоял Сергей Михайлович Ярославцев собственной персоной! Откуда он взялся? Тоже переместился?

–– У нас мало времени! Не говори лишних слов! Быстро открой сумку! – заговорщически прошептал Ярославцев. Владимир подчинился, и туда скользнула литровая пластиковая бутылка с мутной жидкостью. – Теперь переведи мне кредитов, сколько не жалко!

Ковров, не задумываясь, кинул Михалычу сотню, и тот, буркнув: «Завтра в двенадцать утра, в Оазисе», моментально исчез в шумной людской толпе. Владимир долго искал старого приятеля глазами, но безуспешно и, лишь подойдя к краю площади, увидел быстро удаляющуюся фигуру в длинном сером плаще и широкополой шляпе. Ковров усмехнулся и понял, на кого смахивал в этом наряде Сергей Михайлович. «Тоже мне, Гэндальф Серый!»

–– Граждане Сакс-Сити, – неожиданно прозвучал властный голос. – Внимание!

Владимир обернулся, – с площади исчез проповедник Второго пришествия, а вместо него стоял долговязый врач, судя по знакам отличия. Большой красный крест на одежде, а в его правом верхнем углу – маленький. Крест в степени крест.

В правой руке врач держал сверкающий белизной шлем, прижимая его к груди, словно советский космонавт, совершивший посадку. Но доктор смотрел совсем не таким добрым взглядом, как улыбающийся Юрий Гагарин. Цепкие, стального цвета глаза, нос горбинкой, торчащие уши и бритая, отполированная до блеска, голова.

Доктора сопровождали два крепких санитара, они походили на сказочных гномов еще больше, чем те, что встречались ранее. Головы коренастых карликов покрывали белые каски с красными крестами, а бороды заплетены в косички.

–– Кто-нибудь видел этого человека? – строгий врач достал из кармана маленький предмет, уверенно нажал на него, и вверх, на высоту полуметра устремился синий луч. Луч преобразовался в трехмерный человеческий торс, который стал медленно вращаться вокруг своей оси.

–– Это опасный преступник, враг цивилизованного общества, – продолжил врач, демонстрируя стереоскопическую голограмму. – Разыскивается за нарушение Законодательства и вовлечение других в преступную деятельность. Заочно приговорен к гипнотрансу! Он здесь не появлялся? Ничего не предлагал купить?

Ковров пригляделся к стереографии и сразу узнал Сергея Михайловича. Хорошо, что старый знакомый тут изображен без головного убора, иначе бы люди обязательно запомнили этого незаурядного человека.

Теперь становилась понятной паника Стива по поводу алкоголя. Пьяниц здесь действительно преследуют, а тех, кто подпольно продает спиртное, приравнивают к государственным преступникам. Значит, Михалычу удалось-таки осуществить свою заветную мечту, – собрать самогонный аппарат. Пусть и через пятьсот лет! Не березовый-же сок отгрузил старый пройдоха за сотню!

Но как эти треклятые доктора не понимают, что некоторым людям очень трудно полностью отказаться от употребления спиртного? Бутылка сухого вина в неделю – детский сад! Владимир казался обескураженным. Алкоголь уже настолько прочно встроился в обмен веществ его организма, что периодически тонкая поэтическая душа отчаянно просила выпить. Совсем не обязательно напиваться, уходить в недельный запой, как настоящие алкоголики! Просто немного заложить за воротник в приличной компании друзей. Почему бы нет?

–– Что за чудик? Почему ребенок на поверхности? – размышления Коврова прервал истерический возглас врача, указующего крючковатым пальцем на маленького темнокожего мальчика лет десяти. – Кто родители? Какой паразит в нарушении лицензии осмелился родить этого богомерзкого мутанта? Немедленно снимите маску и головной убор!

–– Игорек – не мутант, он умный и здоровый мальчик… – залепетала женщина, держащая негритенка за руку. Она, повинуясь требованию врача, обнажила голову сына, сняв респиратор и вязаную шапочку.

–– Ну, да! У ребенка темный цвет кожи, а мама – белее снега. Далее, – полное отсутствие волос, огромная бородавка у нижней губы красноречиво говорят о «прекрасной наследственности» и «хороших генах». А это что? Человеческое ухо? Нет, это ухо зверя! – врач повернул голову мальчика, и все увидели, что у него неестественно вытянутое левое ухо, словно у эльфа.

–– Это – мутант! Результат, как говорится налицо и на лице! – завизжал врач, брызгая слюной. – Именем Красного Креста вы арестованы за нарушение Закона о продолжении рода!

–– Нее-е-т! Нет! Прошу вас! Пощадите! – закричала несчастная женщина, царапая себе лицо в кровь.

–– Не усугубляйте свою вину, гражданка! Остальным – сохранять спокойствие, эти люди нарушают Законодательство!

Между тем угрюмые гномы грубо вырвали плачущего ребенка из рук матери и начали оттеснять остальных, освобождая вокруг себя пространство. Какая-то девушка в желтом плаще споткнулась. Она вывалилась из-под металлического навеса и упала в кислотную лужу, прямо под губительный дождь. Рыжий парень, стоявший неподалеку, смело оттолкнул санитара и бросился на помощь. Но, не успел он пройти и пару шагов, как получил удар дубинкой, что появилась в руках другого бородатика. Рыжий упал наземь и замер.

–– Кто еще хочет отведать электрошоковой палочки? – рявкнул долговязый врач. – Нельзя препятствовать нашим действиям! Дайте пройти, именем Красного Креста! Очистите площадь! Расходитесь! Лаборант, – крикнул лысый палач, увидев растерявшегося Стива. – Помогите потерпевшей, а вы, молодой повеса, тоже пройдете с нами. Нападение на санитара при исполнении карается по закону.

Выговорив эту фразу, безжалостный врач нацепил стереоочки и начал что-то нашептывать невидимому собеседнику, остальные люди стали торопливо расходиться, боясь попасть под горячую руку. Казалось, что они боятся врача больше, чем кислоты, что продолжала капать с неба.