Венгерское и польское войско [идет] на Галич против руссаков.
А потом разгневался венгерский король Андрей
За изгнание своего сына, и поскорей
Послал с ним большое войско добывать Галича
И выставить из него Мстислава Мстиславича.
И Лешко помощь из Польши Коломану послал,
Войско немалое против Мстислава собрал.
Мстислав же, как только узнал о подходе венгерских полков,
Собрал большие отряды из половцев и русаков.
Князья Ростислав Мстиславич и Владимир Рюрикович
С войсками, а с ними и Ростислав Давыдович 118
Прибыли к Мстиславу и помощь предложили,
Не желая, чтобы венгры русских срамотили.
Кроме того, литовцев, половцев и ятвягов призвали,
Чтобы венграм и полякам отпор мощный дали.
Но поляки с венграми быстро наступали
И первым же штурмом внезапно Галич взяли.
Поляки и венгры взяли Галич.
А Коломан, жену там оставив и заботам слуг поручив,
Людьми и орудиями замок как следует укрепив,
Войско построил: и слева там венгры встали,
А поляки с правого бока оборону держали.
Полдень.
Так и построившись, пошли с русаками биться,
А Феб уж полнеба объехал на колеснице,
Огненными волосами на доспехах блистая,
Восстал и Марс, на битву мужей поднимая.
Большая схватка (potkanie ogromne) русаков с поляками и c венграми.
Мстислав Храбрый с другими князьями тоже умело
Выстроил полки, в их чело сам встал смело,
Призывая, чтобы храбро сражались
И лишь полной победы добивались.
То же делал и Коломан, то же и поляки.
И по рву из дубравы вылетели русаки 119,
C криком и гиканьем с венграми бой завязали,
А половцы на польский правый фланг наезжали.
Жестокая битва.
Изо всех сил войска столкнулись. Скрежет ужасный,
То ли стрелы из луков затмили солнечный лик ясный,
То ли арбалетные болты (z kusz belty). Один другого рубил,
Один полк за другим из-за высоких деревьев выходил.
Слышали бы вы стоны раненых, придавленных конями,
Видели бы вы схватки меж различными полками,
Которые, как окуренные пчелы, роились,
Либо, как волны морские, с силой о скалы бились,
Вздымаясь пеной и брызгами рассыпаясь в море,
Штурману с боцманом с бурей напрасно спорить.
Так и в той битве, когда Марс кошку вперед пускал 120,
Где горы, где рвы, никто из солдат уже не разбирал.
Уже и вслепую дрались: муж на мужа,
Не заботясь, у него ли длиннее оружие,
Или у врага, запальчиво и упорно бежал,
Не боясь погибнуть 121, лишь бы рядом противник лежал.
А Харон души воинов уже поджидал,
Их побольше в черную ладью собирал,
Ибо тени к нему тысяча за тысячей прибывали,
А в воздухе скорбные [возгласы нимфы] Эхо звучали.
Поляки [опасаются военных] хитростей Мстислава.
Опасаясь хитрости Мстислава, крикнули, чтобы съехались в круг,
Сильнейших мужей выстроили вокруг
И рубились насмерть. Коломан так же поступил со своими
Венграми, а Фортуна так же посмеялась и над ними.
Поляки правый фланг уже было оборонили
И русаков в первой схватке разгромили,
Венгры тоже начали было побеждать 122,
Но капризное счастье подвело их опять.
Ибо Мстислав Храбрый, свежих половцев собирая
И полякам и венграм в тыл заезжая,
Чего те не ждали, ударил по ним пехотой (pedem) быстрою
Несколько полков скосил, будто косою острою,
Других легко разгромил, когда ряды смешали
И в беспорядке в разные стороны побежали 123.
Русские с криком их гнали, рубили, кололи, вязали,
Венгры в гору бежали, тарчами 124 спины защищали.
Хитрость со знаменем, захваченным у поляков.
Русаки же польское королевское знамя (choragiew) взяли
С белым орлом, тут же его развернули и подняли
В своей засаде; а поляки, знамя увидя, спешили
Отовсюду к нему, ведь там свои, они решили.
И которые туда по ошибке пришли,
Все до одного в той ловушке полегли.
И вот так эти венгров и ляхов войска побитые
Прославили Русь победою знаменитою.
Так эту битву описывают Меховский (кн. 3, гл. 31, стр. 119), Кромер (кн. 7), Длугош и другие. Jacebant que cadavera interfectorum circa Halic tanquam arena insepulta, как говорит Меховский, то есть: непогребенные тела убитых, подобно песку, во множестве лежали около Галича.
Aттила Филений (Fileni). Новый русский король Коломан захвачен в Галиче вместе с женой полькой. Русские взяли в плен венгерского воеводу Аттилу Филиния (Attiliusa Filiniego) 125, а венгерский королевич Коломан, король Галицкий и Владимирский, бежал в галицкий замок, в котором его осадил Мстислав Храбрый. Успех русаков в подкопе Галича. А так как коломановы солдаты небрежно стерегли изнутри замковые ворота, русаки как-то ночью подкопались под них и ворвались в замок, а сильно перепуганные венгры и поляки, убегая [и прыгая] со стен, ломали шеи. Перебив остальных и завладев замком, Мстислав осадил костел Пречистой [Девы], в котором заперся Коломан с женой, дамами и отборными рыцарями. Итак, прижатые голодом и жаждой, они отворили двери костела, на переговорах выпросив у Мстислава только жизнь. Дети, а также польские и венгерские женщины по приказу Мстислава были выведены, и всех их Мстислав раздал: часть половцам, а часть своим дворянам.
Король Коломан с женой отправлен в заключение в Торческ. А Коломана с женой Саломеей (Salomka), польской княжной, послал в заключение в Торческ (do Torska), где, по Меховскому, его содержали под стражей в течение двух лет, хотя Кромер указывает только год. Он был выпущен в 1210 году лишь после долгих постановлений и обсуждений на тех условиях, чтобы Бела, старший брат Коломана, взял в жены Марию, сестру Мстислава, а Мстислав через три года должен уступить Галич Коломану. Исполняя эти условия, Мстислав отъехал в Торческ, где на другой год умер и похоронен в Киеве, в церкви Святого Креста, которую сам и построил. Мстислав, прозванный Храбрым, умер в 1212 году.
