Теперь уже Локи засмеялся в голос. Задрожал, сгибаясь пополам от истеричного хохота. И Тору пришлось вздёрнуть его, заткнуть поцелуем, потому что такой грохот мог и весь дом перебудить.

А уж кто-кто, но зрители им сейчас были точно не нужны…

Вздрогнув в последний раз, отсмеявшись, мальчишка отстранился. Неуверенно пересёкся с парнем взглядом.

— Почему-то я уверен, что даже когда небо упадёт на землю и все к чертям полягут, ты выстоишь. Перестань сомневаться в себе, придурок, — мягко улыбнувшись, Тор легонько стукнул его по лбу и опустился назад на ковёр.

Завел руки за голову, прикрывая глаза вновь.

Локи помедлил, легонько стукнул его кулачком по груди и, вздохнув, лёг назад. Чуть лениво, сонно прикрыл глаза.

Говорить больше не хотелось. Плакать тоже.

Он на самом деле и сам не понял, отчего/почему вдруг так… Расчувствовался?.. Размяк?..

Теперь их… Их… Их «дружба», наконец, устаканилась и можно было вздохнуть спокойно. Теперь можно было не волноваться.

Теперь-то Тор — его… Хотя бы в мыслях, но его…

И, возможно, дело было в том напряжении, что копилось в нём последние недели. Да… Наверное, в нём…

Он уверен: просто так слёзы лить бы не стал. Это просто гормоны, чувствительность.

Но теперь всё стало «в порядке». Теперь просто хотелось остаться вот так, лёжа поверх теплого, даже немного горячего Тора и слушая его тихое дыхание. Остаться и никогданикогда не сдвигаться с места.

— Вечером в комнату Тюр заходил… В мою, я имею в виду…

Его мощная грудная клетка вздымается чуть сильнее, и Локи чувствует дурацкий детский восторг. Тор такой большой, такой сильный, такой… Чуть улыбнувшись, он не издает ни звука/ни писка.

— Спрашивал что, да как… Ну, у нас с тобой… — он откашливается, а мальчишка вновь садится. Чуть ёрзает на чужих узких бёдрах, касается кончиками пальцев подола футболки. Тор приоткрывает глаза, дёргает уголком губ, смотря на выражение заинтересованности первооткрывателя на чужом лице, и вздыхает. Уже понимает, что поговорить на выбранную им тему они не смогут. Чуть недовольно он говорит: — Ты меня слушаешь вообще?..

Локи фыркнул, чуть приподнимая край ткани и проскальзывая пальцами под неё. Пробегаясь по кромке пижамных штанов, скользя выше, прямо по судорожно напрягающимся мышцам.

— Конечно, слушаю, колючка… Ты что-то там лопочешь о Тюре, который ненавязчиво предложил тебе, ммм, заканчивать маяться дурью… Я угадал? — ярко-зелёные глаза взметнулись к чужому лицу, а шаловливые пальцы коснулись рёбер.

Тор закусил губу, пережидая лёгкий спазм внизу живота, а затем чуть нахмурился, отводя загорающиеся желанием глаза.

— Ты не должен подслушивать, я…

— А я и не подслушивал… — Локи мягко наклоняет голову набок, пронизывающе смотрит на парня и грязно ухмыляется, кончиками пальцев касаясь его груди. Шепчет: — У него было такое лицо, когда он вернулся за стол… Я уверен, он видел, как я объезжал тебя, потому что потом у него было такое лицо, ммм… — он немного наклоняется, нависает над Тором.

В шаловливом взгляде уже нет и намека на слёзы. Только лёгкая дымка похоти.

Эмоционально нестабильное бедствие…

— Даже не знаю, как тебе объяснить… Но это неудивительно, что он пошёл к тебе… Я бы даже мог сказать, что ожидал этого… — прохладные пальцы коснулись сосков, самую малость потёрли, чуть-чуть царапнули короткими ногтями. Тор вздрогнул, прикрыл глаза. Почувствовал, как Локи чуть лизнул его губы, как бы напоминая, чтобы он не забывал приоткрывать их и дышать. — Так что же он сказал, ммм… «Заканчивай дурить, Тор. Общение с этим мальчишкой не пойдёт тебе на пользу, Тор», — его голос стал глубже и серьёзнее. Локи пытался спародировать Тюра, мягко выкручивая чужие напрягшиеся соски и смотря, как Тор без конца сглатывает. Затем он наклонился и горячо зашептал на ухо: — Да, Тор, давай же, пора бы научиться управлять своим членом и не связываться со всякими странными личностями, пора прекратить думать о том, как было бы великолепно прямо сейчас подмять этого мальчишку под себя и трахнуть его, уткнув лицом в ковёр, и какая разница, что вся семья дома, ведь…

— Засранец!

Он рванулся вперёд, захватывая его губы и тут же врываясь языком в рот. Кусая. И сильные руки уже рванулись опуститься на тонкие бока, сжать их, затем перекатиться, чтобы вновь оказаться сверху…

Локи с силой выкрутил его соски и отстранился, с интересом смотря, как Тора выгибает от боли или же удовольствия. Кто знает.

— Не советую тебе шевелиться, колючка… Я ещё не наигрался…

Тор дёргается, скалится, но безвольно падает назад на ковёр. Запрокидывает голову, проходится пальцами по волосам и совершенно не понимает, почему потакает чужой… Чужой… Вредности?..

Но зато теперь понимает точно и окончательно. Раз Локи решил «поиграть», они уже не поговорят. Не сейчас точно, а позже… Кто знает.

Однако, никакой огромной печали из-за смены деятельности у Тора не возникает. Он ловит себя на мысли, что мог бы позволить Локи что угодно, сделать для него что угодно…

Он не знает, как это называется, но позволяет Локи стащить с себя футболку. Снова кладёт руки за голову, всё ещё пытаясь восстановить дыхание. Шепчет:

— Между прочим больно…

— Ага, я знаю… — он говорит отрешённо, без эмоций, но в противовес этой пустоте в голосе наклоняется и мягко вбирает в рот пульсирующую горошину, вылизывает её, медленно оглаживая прохладными ладонями буквально пылающее тело. — Так что же он сказал на самом деле, ммм… Ты так и не договорил.

— Сказал, что пора взяться за голову, напомнил про Джейн… Ничего нового. Он никогда не принимал меня, как хотя бы даже Бальдра, — Тор закусил губы, вздрагивая и нетерпеливо подаваясь бёдрами куда-то вверх, навстречу бёдрам Локи.

— И что же ты ему ответил, мм?.. Если не секрет, конечно… — его язык заскользил по гладкой коже груди, зубы несильно прихватили ключицы.

Тор сорвано выдохнул, еле проговорил:

— Ты правда хочешь поговорить об этом сейчас?..

Локи тихо смеётся, чуть потирается пахом, ощущая чужую твёрдость и желание. Его поцелуи становятся настойчивее, губы жадно присасываются к коже, оставляя еле заметные метки, бёдра мягко покачиваются.

— Ну, мне же нужно как-то отвлечь тебя, чтобы ты держал руки при себе и не мешал мне развлекаться… Так, что там с Тюром?..

— Боже, заткнись, ха… — Тор запрокидывает голову и жмурится, жмурится так, что перед глазами всё вспыхивает. Локи проезжается по его паху своим и вгрызается в его адамово яблоко. Вылизывает его шею, собирая маленькие капли пота, вызванные горячим пламенем под боком. Тор проходится пальцами сквозь пряди волос и чуть тянет за них, пытаясь чуть придти в себя. Шепчет: — Получается, по-твоему, я… Н-не могу держать руки при с-себе… Да?..

Он не знает: почему позволяет Локи всё это. Не знает и даже задумываться не хочет.

Краем сознания понимает, что мог бы позволить и намного большее… Всё, чего Локи бы не захотел, он мог бы ему позволить, настолько мальчишка засел в его сердце…

И на миг это вселяет в него испуг, но мысль растворяется в душной дымке сознания, и Тор её забывает. Возможно, когда-нибудь он ещё вспомнит об этом, или же не вспомнит… Знание о вседозволенности для его мальчика будет всегда где-то на задворках, но обдумывать это…

Вряд ли он станет.

— Ох, точно… Ты же тут у нас мастер по самоконтролю, как я мог забыть?.. — он нависает над шумно дышащим, чуть дрожащим Тором, и неаккуратным движением перекидывает волну волос за спину. Ухмыляется, ехидно и издевательски. — Ты даже выглядишь так, будто совершенно не возбуждён, ага… — его ладонь опускается на пах и поглаживает чужой член через ткань, чуть сжимает головку. Резко наклонившись к уху, Локи жарко шепчет: — Выглядишь так, будто тебе совсем не хочется подмять меня и натянуть, а затем жёстко трахнуть. Да, Тор?..

Парень не выдерживает и стонет глубоко, но как-то слабо и задушено. Его губы почти тут же закрывает прохладная ладонь, но у самого Локи колени разъезжаются от того, как чужой стон проходится по коже, отдаётся где-то в рёбрах и продолжает звучать в голове. Он подслеповато замечает, как руки Тора дёргаются, поднимаются, и, утыкаясь лбом в его плечо, шепчет: