— Как рука, кстати? — опередила её Коль. — Болит?

— Совсем нет, — ответила Келли. — Но я до сих пор поражаюсь, как док определила вывих. Травматолог сказал, что у меня очень редкий случай, но к счастью, очень легкий.

— Док?

— Ей нравится. Я предложила ей тоже дать мне прозвище, но она ответила, что меня сложно охарактеризовать одним словом.

— Это верно, — с удовольствием согласилась Белль и по-деловому сложила руки на столе. — Итак. Вернёмся к нашему Франкенштейну.

Однако позже одеяло всё меньше становилось похожим на чудовище Франкенштейна. Келли принесла старые клетчатые рубашки, которые они с Адамом хотели выбросить, и из них и ткани, найденной у Белль, они составили вполне однородный рисунок.

— Зачем ты их привезла, если они тебе не нужны? — поинтересовалась Колетт, разрезая одну из рубашек.

— Я их и не увозила. Адам на днях забрал оставшиеся коробки из гаража в Пасадене, — сказала Келли, складывая пуговицы в стакан. — Мы до сих пор не можем собрать все свои вещи в одном месте. Мы даже не знаем, где это место.

— В этом и вся прелесть, — вздохнула Коль. — Я немного скучаю по неопределённости, которой раньше была наполнена моя жизнь.

— Относительной неопределённости, — кашлянула Белль.

— Я просто хочу сказать, что раньше я редко жила по расписанию, а теперь у меня распланирован по часам каждый день, — отмахнулась от матери Коль. — Я будто зачерствела и утонула в рутине, а ведь обещала себе, что этого со мной никогда не случится.

— И тебя это не беспокоило до среды, — протянула Белль. — Что случилось в среду?

— Мы с Роландом встречались с Мадлен и Фрэнком. Помнишь Мадлен? Мою подругу по Калифорнийскому?

— Брюнетка? — вспомнила Келли. — Заносчивая такая?

— Ну, в общем, да. Дело в том, что она сегодня устраивает вечеринку в стиле 60-х, а я на неё не иду.

— Почему?

— Потому что вечеринка продлится как минимум до трёх ночи, а я хочу пораньше лечь спать и не выбиваться из режима Дженни. И я сама не понимаю, почему до сих пор об этом думаю.

Коль спокойно принимала свои новые обязанности и ровно дышала к подобным развлечениям, но ей всё равно было грустно. Взрослеть всегда грустно. Очень скоро дамы сменили тему, и Коль повеселела, увлечённая их небольшим творческим проектом и шутливым спором с Келли.

Голд слушал их вполуха, читал газету, а когда все интересные статьи закончились, он взял с журнального столика роман, который подарил Белль в Париже. На этот раз она не поставила «Обретённое время» на полку к остальным, а прочитала от корки до корки, и это его удивляло так сильно, что он с неподдельным интересом спрятал нос в книге. Однако текст оказался ужасно скучным, и через некоторое время он с трудом удерживался от желания просмотреть его по диагонали и, в итоге отложив книгу в сторону, вызвался присмотреть за Дженни, которая к тому времени как раз проснулась.

Коль не хотела перекладывать на отца свои обязанности, но он настоял и всё сделал сам: накормил, искупал, переодел девочку, поиграл, поговорил и погулял с ней в парке. Эти дела нисколько не утомляли его, и с прогулки он вернулся в приподнятом настроении, а семикилограммовая малышка по-прежнему казалась ему легче пёрышка. У входа во двор он остановился, увидев синий крайслер, и решил подождать, когда Адам и Роланд подъедут к дому. Однако Адам вернулся один.

— Пойдём, Дженни, — нежно проговорил Голд, обращаясь то ли к девочке, то ли ко вселенной. — Интересно, куда делся твой папа?..

Вернувшись к дамам и усадив Дженни на диван, обложенный по краям тяжёлыми подушками, он рассказал про Адама. Коль, разумеется, не пришла в восторг от этой новости и сразу же позвонила мужу. Абонент был временно недоступен, и после второго, третьего и четвёртого звонка ситуация не изменилась. Келли написала Адаму, и тот вместо ответа пришёл сам, с Ори на руках.

— Привет всем! — поздоровался Адам, обнимая племянника. — Келли, сегодня вечером мы присматриваем за этим симпатичным мальчиком.

— И ты первым делом утащил его из дома, — насмешливо фыркнула Келли, взяв Ори за маленькую ручку.

— Да, неловко получилось… Надо вернуть, пока Ал не впал в ярость, — поёжился Адам и шагнул в сторону выхода. — Я пойду!

— Стой! — остановила его Коль. — Где Роланд?

— Роланд? Роланд поехал помочь какому-то Спайку.

— Спайку Эллису?

— Не знаю. Наверное. Не имя, а кличка собачья, но что поделать, раз не повезло! — уклончиво, очень быстро проговорил Адам и открыл дверь, ведущую на улицу. — Пока!

— Адам! — рыкнула Коль.

— Пока, Заноза!

— И я пойду, раз уж мы всё равно закончили, — улыбаясь, сообщила Келли, пятясь к выходу. — Вернусь завтра.

— И ты, Брут?! — покачала головой Коль.

Келли виновато улыбнулась, засмеялась и выпорхнула из дома следом за Адамом, оставив раздражённую Коль её родителям.

— Что? — развела руками Белль, которой достался очередной подозрительный взгляд. — Думаешь, я как-то к этому причастна?

— Нет… — задумчиво протянула Коль, скрестив руки на груди. — Наверное…

В шесть пришёл Крис, чтобы переодеться к балу. Они беспокоились, что Альберт совсем его загоняет, но парень не устал и был полон энтузиазма. Он быстро привёл себя в порядок, оделся с особой тщательностью и спустился вниз.

— Как я выгляжу? — спросил Крис, в волнении одёргивая рукава.

— Великолепно, — Белль перехватила его руки, нежно сжала их и затем заботливо поправила галстук. — Лиоре достался самый красивый молодой человек в штате Калифорния.

— Мама, ты преувеличиваешь.

— А я согласен, — поддержал Голд.

— Как и я, — улыбнулась брату Коль. — Встань прямо и улыбнись! Я тебя сфотографирую!

— Не надо, — слабо запротестовал Крис. — Лучше дай мне ключи.

В дверь позвонили.

— Я открою, — поспешно сказал Голд, сообразив, что он закрыл дверь.

На пороге ждали Альберт и Лорен, готовые к благотворительному вечеру. Альберт был облачён в смокинг, который он всегда брал с собой на случай подобных мероприятий, а Лорен надела красивое фиолетовое вечернее платье, выгодно подчёркивающее её фигуру.

— Мы на минутку, — улыбнулся Ал и проскользнул в дом мимо отца.

— Добрый вечер, мистер Голд, — кивнула Лорен.

— Добрый вечер, Лорен, — вежливо кивнул Румпель и жестом пригласил её войти. — Вы прекрасны. Вам очень идёт это платье.

— О, большое спасибо! — улыбнулась Лорен. — Я на это надеялась!

Обменявшись парой предупредительных фраз, они прошли в гостиную, где Альберт поправлял платок в нагрудном кармане пиджака Криса.

— У джентльмена всегда должен быть платок.

— Я не джентльмен, — проворчал Крис.

— Джентльмен. Притворись им хотя бы сегодня, — усмехнулся Альберт и дружески сжал плечи брата. — Ну, удачи, приятель! Потом не забудь мне всё рассказать!

— Не забуду.

— А мы опаздываем.

— И задержимся ещё на одну минуту, — робко улыбнулась Лорен, виновато посмотрела на Ала и продемонстрировала ему вибрирующий мобильник.

— Нет, — расстроенно протянул Ал. — Не говори, что он опять звонит!

— Извини. У него серьёзные проблемы.

Она ушла в коридор, чтобы ответить на звонок.

— У кого проблемы? — тут же спросила Белль.

— У одного пациента, — угрюмо ответил Альберт. — Она целый день с ним возится.

— Всё! — весело сообщила Лорен, вернувшись к ним несколько минут спустя. — Можем идти.

— Уверена?

— На восемьдесят семь процентов.

— Это очень хороший процент, — обрадовался Альберт и улыбнулся всем остальным.: — Что же… Доброго вечера.

— Увидимся позже или уже утром, — присоединилась к нему Лорен.

— Обязательно, — согласилась Белль и обняла сначала Лорен, а потом, немного дольше, Альберта. — Приятного вечера!

Голд просто обменялся с ними рукопожатиями. С ними и Крисом, которому тоже нужно было ехать. Коль настояла на фотографиях, сделала пару снимков, отдала Крису ключи, тепло попрощалась с братьями и доктором Каплан и наконец их отпустила.