– И все же, чего нам ждать, если принцесса Исабель объявится и решит занять престол? – не внял предупреждению директора Давид.
Директор тяжело вздохнул, я еле удержалась. Продолжать сохранять видимость невозмутимости и вялого интереса было очень сложно.
– Повторяю еще раз, эти рассуждения совершенно бессмысленны в нашей ситуации. Мы известим оба государства о перерыве в работе завода и запросим финансовую и техническую помощь, опираясь на пункт тринадцать Соглашения. Кто в этот момент будет занимать престол Анзании, нас не касается! Юридически мы в своем праве.
– Если принц убил принцессу, он не сможет стать во главе Анзании. У них же там за убийство смертная казнь полагается… – снова высказался Честер.
На последней фразе у меня потемнело в глазах. Я сжала кулаки с такой силой, что ногти впились в ладонь. Да как он смеет такое говорить!
– Господин Фирс, вы забываетесь! – довольно-таки жестко осадил его директор. – Ваши высказывания в отношении наследника в сопредельном государстве легко квалифицируют как клевету и будут правы! Надеюсь, вы в курсе, что за подобное в Анзании предусмотрена вовсе не административная ответственность? – Честер едва заметно скривился, но все же кивнул, признавая если не свою неправоту, то хотя бы справедливость слов Ричарда. – Вынужден озвучить еще одно решение, – тем временем продолжил директор, сверля Честера недовольным взглядом. – На переговоры в Анзанию вы, господин Фирс, не поедете. Изначально я планировал возложить на вас эту миссию, но увы. Для вашего же блага вам лучше сидеть дома!
Честер опешил. Только удивленно моргал и мычал что-то невразумительное. Похоже, нечаянно упущенная возможность посетить Анзанию его очень расстроила.
– Ой, а можно я поеду? – подняла руку вверх Матильда. – Ведь счетному отделу тоже полагается техническое перевооружение или как? Мне сейф бы новый и счетную машину последнего поколения… Заодно прослежу, чтобы анзанцы нас не обманули. А? – она сложила ручки на своей пышной груди и устремила на директора просяще-умоляющий взгляд.
– У вас будет достаточно дел здесь, госпожа Рафф-Шон, – не повелся на мольбу директор. – Инвентаризация, например. В Анзанию от нас поедет госпожа главный технолог. Думаю, это оптимально. Она ведь как никто другой знает, в чем наш завод нуждается больше всего…
Я подняла глаза на Ричарда, растерянно моргнула и… всё. Свет померк… в голове моей что-то перемкнуло…
***
Очнулась я часа через два. По моим ощущениям. Состояние было странное. Казалось бы, глубокий обморок должен сопровождаться потерей сознания, но я временами все же что-то чувствовала. Я слышала, как завопила Матильда, когда я упала, как все засуетились… как кто-то куда-то меня нес. Кажется, Ричард. Правда, совсем не так, как в прошлый раз. И то, как он чертыхался перед моей дверью, тоже слышала. Ах, да. Ключи-то у меня в… На сей раз и правда в кармане, только рабочего комбинезона. Его я на оперативку не одела во избежание начальственного гнева, оставила в лаборатории… Ёлки, не найдет ведь! Почему-то эта мысль меня очень тревожила… Потом все пропало. И вот сейчас я снова услышала голоса. Знакомые. Один принадлежал Ричарду, а второй господину Риссу, лекарю. Наверное, директор вызвал его ко мне. Разговаривали шепотом, но несколько возбужденно.
– У нее хронический недосып, физическое и нервное переутомление. К тому же, она терпела сильнейшую головную боль. Еще бы немного и у нее случилось бы кровоизлияние! У молодой здоровой женщины! К счастью, мозг вовремя отключился. Что у вас здесь происходит, господин Альбро, что вы созываете совещания по ночам, на которых ваши сотрудники падают в обморок? – гневно шипел господин Рисс. Честно говоря, вообще не думала, что он так может.
– Да ничего хорошего не происходит, – устало ответил ему директор. – Я разберусь…
– Уж разберитесь! И обратите внимание на охрану труда. Ваш завод относится к разряду опасных производств, почему я вынужден всякий раз напоминать об этом?
– Полностью с вами согласен. Ужесточу. Прослежу, – вздохнул Ричард. – Еще один вопрос, господин Рисс. Когда госпожу Мари можно допускать к работе?
– Не ранее завтрашнего утра, естественно! – рыкнул лекарь. – В идеале ей бы отлежаться дня три. Но ведь эта неугомонная не сможет просто отдыхать! Поэтому завтра. И пусть сама проснется.
– Это понятно, – раздраженно согласился директор. – Я немного другое имел ввиду. Ее обморок не связан с… каким-то особенным состоянием женского организма? Не может ли это состояние в скором времени стать несовместимым с работой?
– Господин Альбро, вы… в своем уме? – задохнулся возмущением лекарь. – У госпожи Мари нет никаких предпосылок быть в этом самом особенном состоянии, как вы выразились!
– Простите, просто не мог не видеть соответствующие изменения в ауре, поэтому и предположил вполне естественные последствия. Если хотите знать, ничего страшного и предосудительного в этом не вижу.
– Вы бы хотя бы поинтересовались давностью этих изменений, – чуть смягчился господин Рисс.
– Простите, нет. Я и так жалею о том, что увидел. Это вмешательство в частную жизнь и…
– Десять лет, – коротко оборвал его объяснения лекарь.
Послышались сдавленные ругательства и единственный вопрос:
– Кто?
– Мы с Сержио так и не смогли это выяснить. Госпожа Мари ничего не помнит… Могу лишь сказать, что ни о какой доброй воле речи не шло… – тихо проговорил господин Рисс.
Мое сердце бешено билось где-то в горле. Они знали, они все знали! Даже не знаю, что лучше, это тактичное молчание или прямой уточняющий вопрос? Решила сохранить свою тайну? Никогда не общайся с магами, даже выгоревшими! Я сглотнула противный комок и снова прислушалась к утихшему было разговору.
– Я вынужден потребовать с вас клятву о неразглашении данной информации, – безапелляционно заявил лекарь.
– Да, конечно, клянусь, – рассеянно согласился Ричард, затем опомнился и быстро проговорил слова стандартной клятвы о неразглашении.
Господин Рисс еще что-то говорил о том, какие уколы мне сделал и как долго они должны на меня действовать, потом попрощался и ушел. А Ричард… Ричард вернулся в комнату. И остался. Конечно, это ведь его комната! Наверное… Глаз я предусмотрительно не открывала, но… тактильные ощущения от покрывала и характерный запах… В общем, не моя это спальня!
Судя по звуку шагов, директор подошел к окну, долго стоял там, потом, кажется, сел в кресло…
Какое-то время я старательно изображала спящую, но вскоре поняла, что просто не смогу уснуть в его присутствии! Да я даже просто лежать в его присутствии не в состоянии! Мне хочется вскочить и бежать, особенно после этого нечаянно подслушанного разговора!
Шумно вздохнув, я резко села на кровати и тут же упала обратно на подушки. Голова предательски закружилась, в глазах засверкали звездочки.
– Мари, лежите! – приказал директор, в мгновение ока оказавшись рядом и придавливая мои плечи к кровати.
Я протестующе замотала головой и все-таки села, опершись спиной на изголовье. Ричард, как ни странно, не стал мне в этом препятствовать.
– Почему я здесь? – спросила, несколько раз крепко зажмурившись, чтобы прогнать противные звездочки.
– Вы упали в обморок, – проинформировал директор, попутно зажигая магический светильник. – Вначале я было подумал, что вас просто настолько страшит перспектива поездки в Анзанию, но когда вы не пришли в себя ни после нюхательной соли, ни после пощечин… вызвал лекаря.
– Нет, – зачем-то сказала я и невольно потерла висок. Голова уже не болела, но осталось ощущение хрустальности.
– Почему вы не сказали, что у вас болит голова? – мой жест от директора не укрылся.
– Не придала значения, – я пожала плечами.
Ричард тяжело вздохнул. Я бы даже сказала, как-то укоризненно вздохнул.
– Мари, я вынужден напомнить вам о необходимости соблюдения установленных трудовым распорядком соотношений времени работы и времени отдыха. Почему я должен выслушивать от вашего лекаря упреки? Работа работой, конечно. Но, Мари, я не требую от вас работы на износ! Господин Рисс диагностировал у вас хронический недосып! Мари, это ни в какие ворота! Вы нужны мне в бодром, адекватном состоянии, а не измотанная и невыспавшаяся. У нас и так сложная ситуация на предприятии. Не усугубляйте её. Ибо без вас завод точно остановится. То, что вы стремитесь контролировать все сама и даже делать, безусловно, замечательно. Но ведь надо уметь и делегировать полномочия. У вас же есть подчиненные, заместитель, в конце концов! Почему вы не используете этот ресурс?