— Иди в кровать.
— Но мои экзамены…
— Ты их все завалишь, если потеряешь сознание на полпути.
— Но…
— Вставай.
Орихиме знала, что в попытке противостоять ему нет смысла. У неё просто не осталось энергии на споры. Поэтому несколько минут спустя она лежала в кровати, натягивая одеяло по самые плечи, а Улькиорра, засунув руки в карманы, стоял у дверей на случай, если она решит убежать. Видя его непроницаемое выражение лица и напряжённую позу, она зарылась сильнее в одеяло.
— Ты злишься на меня?
— Нет, — не раздумывая ответил Улькиорра. Орихиме отвернулась. У неё не было причин не верить ему, но почему-то ей стало грустно.
— Извини, — тишину в квартире нарушал лишь звук работающего кондиционера. — Ты, наверное, думаешь, что я занимаюсь ерундой.
— Нет ничего глупого в желании доказать свою силу, — он вспомнил случай в библиотеке. — Тем не менее, нет ничего глупого и в просьбе о помощи.
— Не могу, — прошептала Орихиме. — Не хочу никого обременять своими проблемами, независимо от их величины. Я хочу, чтобы мои друзья были счастливы, не хочу их беспокоить.
— И думаешь, что твоё притворство осчастливит их? Ты будешь взгромождать проблемы на свои плечи, пока их вес не аукнется на твоём здоровье? Тогда они будут счастливы?
Она молчала, но он понимал, что она всё ещё упрямится. Орихиме вздохнула, когда Улькиорра покинул комнату; дверь осталась открытой, и был виден свет, зажёгшийся в коридоре. Она точно разозлила его. Иноуэ прикрыла глаза, уставший разум был слишком напряжён и не желал засыпать. Минуту спустя она подпрыгнула от звука, раздавшегося поблизости. Она оглядела комнату и удивлённо взвизгнула, выпрямившись и попятившись от небольшой кучки денег на её подушке.
— Что… Как? — она взглянула на Улькиорру, который оценивал её реакцию с таким невозмутимым лицом, словно он проводил научный эксперимент. — Откуда это? — её паника усилилась. — Ты ограбил банк?
— Вот всегда надо ожидать худшего от меня, — это был вопрос, но слишком уж утвердительно он прозвучал. Орихиме всё ещё таращила глаза на деньги.
— Но…
— Это месячная работа в магазине бывшего синигами, — Улькиорра неожиданно решил, что стена очень интересно выглядит. — И их больше, — Орихиме выслушала его, и вес этих слов подтолкнул слёзы к её глазам.
— Нет… Нет, Улькиорра, ты… Ты не должен делать этого, — промычала она, зарывшись лицом в ладони. Зачем ему это? Она никогда не просила, даже не думала требовать что-либо…
— Есть разница между обязанностью и желанием, женщина.
Она была так взволнована, что не могла ответить. Вина, тревога, стыд — все эти негативные эмоции, которые она должна была испытывать, были снесены потоком облегчения, таким холодным и освежающим, что у неё голова закружилась. Она пока не могла быть счастлива. Но она могла предложить ему одно единственное слово, приходящее на ум.
— Спасибо.
***
— Удачи, сестрица Орихиме! — прокричал Таро с верхней ступеньки, помахав Орихиме двумя руками над головой. Улькиорра стоял позади него (но на довольно безопасной дистанции). — Ты справишься! — Орихиме, одетая в школьную форму, стояла внизу у лестницы и, помахав им обоим, направилась в школу. Как только она отошла достаточно далеко, Таро повернулся к Улькиорре с кислой миной на лице. — Что ты сделал?
— Я ничего не делал, — Улькиорра никак не ответил на жест Орихиме, продолжая держать руки в карманах.
— Лжёшь! Она светилась. Женщины светятся, только когда они влюблены. Или беременны.
— Дурак.
— А ты инопланетянин! Держи свои слизкие щупальца подальше от моего ангела!
— У меня нет щупалец. Хотя у бывшего секста эспады были. Щупальца с шипами, чтобы рассекать плоть тупых человеческих детей, — Таро побледнел и нервно сглотнул.
— Д-да? — Улькиорра кивнул, устало взглянув на мальчика.
— В моём случае, — он вытащил руку из кармана, показывая длинные чёрные когти, — подойдут когти.
— Чт… ч… ааааааа! — закричал Таро, кинувшись к двери своего дома, раскрыв её и забежав в безопасную квартиру.
Довольный тем, что он ушёл, и уверенный, что он поверил, Улькиорра оглянулся и увидел, как женщина скрывается из виду, заворачивая за угол. Он сильно не думал о том, что сделал. Смягчение финансовых проблем мало отличалось от исправления блюд, покупки продуктов, слушания её болтовни каждый день.
Результат был один и тот же: она будет улыбаться больше. Её сердце не будет встревоженным. Мозгу будет проще, и она благодаря этому лучше напишет экзамены.
А его намерения так и останутся тайной.
Комментарий к Что их волнует
Песня - Sixpence None the Reacher “Still Burning”
========== Что сделал бы Фрейд ==========
В один прекрасный день Орихиме ехала по холмистой местности в крытой повозке, запряжённой ревущими мулами. По началу она над этим не сильно задумывалась. Это был великолепный день: голубое небо, на котором не предвиделось ни облачка, тёплая погода, но достаточно прохладная для того, чтобы Орихиме не вспотела. Какое облегчение, ведь её одеяние: высокие сапоги, длинные штаны, блузка поверх чего-то, по ощущениям похожего на кольчугу, и длинный меч, висящий у неё на талии, — не было создано ни для комфорта, ни для высоких температур. Справа от неё сидел Улькиорра, держащий поводья и управляющий ослами с таким же невозмутимым выражением лица, как всегда.
— Эй, куда мы едем, Улькиорра?
— Ya verás [Увидишь], — ответил он, даже не моргнув.
— Ах, — ахнула Орихиме, — ты только что говорил на испанском?
— Cuál idioma esperabas? Francés? [А какой язык ты ожидала услышать? Французский?] — посмотрел он на неё.
— Не обязательно быть таким саркастичным. Я просто хотела удостовериться, — Орихиме подула на свою чёлку. — Блин. Сердишься?
— Tu eres la que tiene los brazos cruzados [Это у тебя руки скрещены].
— Нет! — крикнула она, вытянув руки и сев на ладони. Последующие пару минут они ехали в тишине, минуя маленькую деревушку с относительно небольшим количеством средств передвижения, заполонивших её улицы. Пожилая женщина на оранжевом слоне воодушевлённо помахала Орихиме рукой. Остальные же глазели на Улькиорру, которому, похоже, было всё равно.
Как несправедливо. Он ведь не был виноват в том, что его отец был деспотом, режим террора которого пал под мечом Орихиме. Тем более, Улькиорра вырос во дворце вместе с ней. Он следовал законам и правилам этого края, словно был его коренным жителем. Лишь его чёрные волосы и зелёные глаза являлись доказательством того, что на самом деле он был чужеземцем.
Как только они проехали деревушку, стало виднеться больше зелёных холмов, редко встречались и небольшие фермерские угодья. Стая тетрадок пролетела над их головами. Радостная, Орихиме залезла внутрь повозки, которая была наполнена водорослями и маршмэллоу в виде хомячков, и достала лук и транспортир. Она положила пластиковый инструмент на тетиву.
— Избегай рытвин! — проинструктировала она Улькиорру.
— No es que quiero que se rompe nuestra rueda. Hay bastante dinero para comprar otra, y todo el tiempo en le mundo a perder cambiandola [Нет, я же хочу, чтобы колеса сломались. Ведь есть куча денег, чтобы купить новую повозку, и тонна времени, которое можно потратить на её замену], — проворчал он, из голоса так и сочился сарказм.
— Да-да, — Орихиме стрельнула транспортиром в одну из толстеньких тетрадок. Та упала с неба на землю, пронзительно крикнув. — Останови тележку!