Сейчас нельзя выдать собственную неуверенность ничем - ни единым неосторожным движением, ни дрожью в голосе. У Джалайны Наэли не должно возникнуть и мысли, что собеседница боится.
- Если бы принц Келион предложил вам нечто подобное, то это доказывало бы только одно: его недальновидность, - Дамира говорила ровным тоном, прохладным, но не ледяным. - И вы тоже поступили бы недальновидно, согласившись на подобную сделку. Вы говорили со мной прямо, и я отвечу тем же. Мы с вами одинаково хорошо понимаем: все, что происходит сейчас в имперской метрополии, началось с того, что Теодора Аргенис отдала Маллурии несколько миров в пограничье. Этим она затронула гордость и интересы слишком многих людей в Империи. Если бы Келион, придя к власти, продолжил политику своей матери, против него вскоре обратились бы даже те, кто сейчас придерживается нейтралитета. Маллурианцам пришлось бы противостоять всей Империи, чтобы сохранить для него трон. Вы уверены, адмирал Наэли, что правительство Маллурии заинтересовано во всеобщей гражданской войне в Астрене? Или вы хотите войти в историю как женщина, которая ее развязала?
- Меня это не пугает, - усмехнулась Джалайна. - Я маллурианка. Война - наше ремесло, леди Дамира. Такие мы есть.
- Но только война, которая приносит выгоду. Как вы сказали: такие вы есть. И даже если, в конечном итоге, победа останется за вами, достаточно ли выгоды вы получите с разоренных планет и заброшенных торговых трасс, чтобы хотя бы возместить собственные потери?
- Все, что разрушено, возрождается со временем.
- Но Маллурию не интересуют долгосрочные перспективы, не так ли? При вашем образе жизни в этом не было бы смысла. Сохранить то, что имеете, или ввязаться в рискованную игру и, в случае проигрыша, потерять все - вот какой выбор сейчас перед вами, адмирал. И только вам решать, что больше соответствует интересам маллурианцев. Мои условия вы знаете. Следующий ход за вами.
Джалайна Наэли встала.
- В таком случае, полагаю, наш разговор завершен. Но я подумаю над вашими словами. Это единственное обещание, которое я вам даю, и все же... - маллурианка остановилась у порога и слегка поклонилась. - Я рада, что мы смогли поговорить, принцесса Дамира. Вы не разочаровали меня, и я не напрасно потратила свое время.
- Для меня тоже это была крайне интересная беседа, адмирал Наэли, - заверила Дамира. - Надеюсь, адмирал, у нас с вами еще будет возможность продолжить ее.
Только когда за Джалайной закрылась дверь, астренка позволила себе откинуть голову на мягкую спинку кресла и перевести дух. Ей хотелось налить чего-нибудь покрепче и выпить залпом. В личной каюте Артура Дегреля имелся небольшой шкафчик с бутылками за прозрачными дверцами, но Дамира не была уверена, что сможет удержать стакан в предательски дрожащих пальцах.
* * *
- Ваше Высочество, - высокий, тучный круглолицый мужчина галантно поклонился. - Я счастлив приветствовать вас!
- Я рад встрече, господин Стайгер, - отозвался Келион Аргенис.
- Ну, что вы, Ваше Высочество! - собеседник отвесил еще один поклон, безукоризненнее первого. - Это огромная честь для меня. Нечасто особы императорской крови посещали мое скромное жилище.
Маркиз Реган Стайгер излучал открытость и радушие и выглядел донельзя искренним, но Келион не поверил ему ни на йоту. Стайгер - из тех людей, кого волнует только собственная выгода. Тем не менее, маркиз богат и влиятелен. Как союзник Реган Стайгер был бы крайне полезен, но можно ли хоть в чем-то на него положиться? Не замышляет ли он ловушку? С него, безусловно, сталось бы выслужиться перед узурпаторами, выдав им сына Теодоры Аргенис. Келион колебался, но все же решился на встречу. Он не в том положении, чтобы позволить себе пренебречь приглашением от человека вроде Стайгера.
- Но что же мы стоим здесь, Ваше Высочество? - маркиз широким жестом указал вперед. - Пройдемте же!
Прямо сказать, его загородное имение можно было назвать как угодно, только не скромным. Всюду - отделка из платины и золота, резные панели из бесценного "костяного дерева" и тяжеловесная, старомодного вида мебель. Картины работы известнейших мастеров Обжитого Космоса - несомненно, подлинники - и статуи редчайшей работы дополняли обстановку. Даже императорские покои в Аметистовом Дворце выглядели скромнее. Убранство особняка Регана Стайгера еще не пересекло черту, за которой роскошь превращается в откровенную безвкусицу, но балансировало на самой ее грани.
Вместе они прошли в просторный личный кабинет маркиза, такой же помпезный, как и вся усадьба. Здесь Стайгер указал на изящное кресло с широкой спинкой, обтянутой пурпурной парчой. Робот наполнил бокал лирийским нектаром и бесшумно отступил в угол. Маркиз виновато улыбнулся.
- Простите за это, - он скосил взгляд в сторону молчаливого дворецкого. - Роботы-слуги - моветон, я понимаю, Ваше Высочество, но в сложившихся обстоятельствах я, кхм, счел неразумным, чтобы вас видели здесь. В такие времена не знаешь, кому можно довериться, даже среди самых близких людей.
- Я прекрасно понимаю вас, маркиз, - с серьезным лицом кивнул принц, скрывая отвращение. Фальшивое дружелюбие Регана Стайгера раздражало намного сильнее, чем холодная расчетливость маллурианцев, но Келион изобразил теплую улыбку. - И я благодарен вам за приглашение. Вы правы: наступили непростые времена. Тем больше уважения достойны те, кто не забывает о чести и преданности. Я понимаю, как сильно вы рискуете, господин Стайгер, и ценю вашу смелость.
- Не стоит, Ваше Высочество, это мой долг, как верного подданного Империи. Я буду честен с вами и не стану скрывать: в прошлом я не всегда был согласен с некоторыми решениями вашей царственной матери, Императрицы Теодоры. Но ее смерть... нет, ее убийство, - поправился маркиз, - это тяжелейшая трагедия для всей Астренской Империи. И непростительное преступление. Те, кто в ответе за содеянное, должны понести самое суровое наказание, а трон Империи следует занять человеку, которому он принадлежит по праву. То есть - вам, Ваше Высочество.
Келион сделал небольшой глоток нектара и поставил бокал на стол.
- Я очень рад слышать это от вас, маркиз Стайгер. Жаль, что немногие разделяют ваше мнение.
- Это не совсем так, Ваше Высочество, - заметил нобиль. - На самом деле, многие в ужасе от происходящего. Но предатели действуют с такой жестокостью, что люди не смеют выказать свои чувства. Прошу вас, кронпринц Келион, не сердитесь на них. Когда за малейшее проявление недовольства можешь пострадать не только ты, но и твоя семья, очень трудно принять верное решение.
- Я все понимаю, маркиз, и никого не осуждаю, кроме тех, кто по доброй воле встал на сторону изменников. Тем выше я ценю вашу решимость. И я вижу, что мы сходимся во мнении: дальше так не может продолжаться. Если ничего не предпринять, самозванка и ее приспешники настолько укрепят свои позиции, что выбить их из Астрены будет слишком трудно. Мы не должны терять время! Пока мы медлим, наши враги действуют.
- Вы совершенно правы, Ваше Высочество, - Реган Стайгер презрительно скривил толстые губы. - Я слышал, эта Дамира Леонис, или как там ее звать на самом деле, охотно делится своей благосклонностью с собственными приверженцами, дабы завоевать их преданность. Мы не можем смириться с тем, что подобные вещи происходят в столице Астренской Империи!
Келион снова потянулся к бокалу - хотя бы затем, чтобы на миг отвести глаза от слащавой улыбки и приторного взгляда собеседника.
- Прекрасно, что мы думаем об одном, маркиз Стайгер. В таком случае, я буду признателен, если вы просветите меня относительно происходящего в столице и, в особенности, в Аметистовом Дворце. Мне кажется, у вас есть надежные источники информации, а я, признаюсь, в последние дни был отрезан от достоверных новостей.
Реган Стайгер вздохнул, и его улыбка увяла, уступив место виноватой гримасе.