Ещё никогда прежде Шайсу не доводилось видеть домов Светлых. Тем более, заброшенных. Толстые змеящиеся корни вырастали прямиком из основания, ползя по стенам и поднимаясь всё выше. Кончики их терялись в длинных узловатых ветвях, накрывавших постройку сверху и образуя своеобразную оболочку, так похожую на разлезшийся местами кокон, оставленный бабочкой.
— Да уж, — мурлыкнул под нос дракон и стал, не торопясь, подниматься по скрипучему крыльцу.
Шайс не удивился, что оборотни за ним не последовали. Они наверняка ощущали в этом месте старую сильную магию. Пусть её отголоски были далеки, словно облака над землёй, но чутьё не подводило мохнатых.
Возможно, и ему самому следовало держаться подальше — не имея представления, с чем столкнёшься, глупо лезть на рожон. Но любопытство редко щадило дракона, и он недолго раздумывал перед тем как коснулся ручки двери. Попасть внутрь он совсем не чаял, но его словно тянуло убедиться в реальности увиденного.
Ничего не случилось. Шайс попытался её толкнуть. Совсем слегка и, конечно же, не удивился, когда та не подалась ни на кончик ногтя.
Лёгкий привкус разочарования осел на языке — увидеть дом изнутри было бы интересно. Походило ли это жилище на крошечную пещеру одного из утёсов Нагорий, Шайс не знал и выяснить вряд ли бы смог. Бесспорно, дракон мог бы обратиться к собственной магии, вот только здесь всё жило абсолютно чуждой ему энергией.
Дом был построен эльфами и защищался не простым деревом. Позади него возвышалась огромная дубовая роща, наверняка питавшая бывших хозяев. Реши он проникнуть внутрь, чем бы всё закончилось?
Шайс был очень любопытен, иногда отчаянно безрассуден, но вот идиотом, рискующим жизнью понапрасну, его вряд ли можно было назвать.
— Спи, — почему-то решил попрощаться с домом дракон.
Он будто чувствовал, что жизнь здесь остановилась. Остановилась, но не исчезла навсегда: корни и ветви были так же сильны, как и ствол росшего неподалёку дерева. Ни следа гнили. Его бы с трудом охватили четыре существа, взявшись за руки.
Шайс уже покинул крыльцо, успев сделать пару шагов вниз, как позади раздался оглушительный треск и хруст. Обернувшись, дракон увидел, как в стороны расползаются длинные щупальца. Медленно скользят по стенам, облизывая брёвна, не спеша обнажают скрываемое сокровище.
Взгляду открылась дверь.
Оборотни позади взволнованно заметались, подвывая и гортанно рыча. Шерсть на их холках поднялась дыбом. Но Шайс не ощущал никакой угрозы, скорее, очнувшееся с двойною силой любопытство подстёгивало его вперёд. И он решил ему уступить.
За порогом было темно, как в могиле. Редкие косые лучи забирались внутрь сквозь щели опоясывающих дом ветвей там, где, судя по всему, должны были находиться окна. Стоило Шайсу подумать об этом, как снаружи раздался новый треск. Долгая минута, и свет рассеял тьму внутри.
Всё вокруг было покрыто пылью. Шайс прошёл глубже в дом, отыскав гостиную. О том, что это была гостиная, говорили кресла, оставленные у окна. Шкаф, полный посуды, и множество других мелочей, которые хозяевам пожелали оставить.
Бывал ли здесь Алияс?
На втором этаже оказались пара спален и умывальня. Кухня, как ей и было положено, располагалась внизу.
Шайс подошёл к печи. Рядом лежала аккуратная вязанка поленьев и огниво для розжига. Покрутив странный предмет в руке, о существовании которого он узнал только в столице, привыкший полагаться на магию огня, дракон отложил его в сторону.
Щелчок, и изнутри потянуло дымком. Оставалось надеяться, что дымоход не забит листвой.
Где-то в стенах послышалось шуршанье и снова протяжный треск. Дым исчез, отправившись прямо по назначению.
Огонь в печи разгорался веселее, когда Шайс, приняв решение, направился к выходу во двор. Там всё ещё кружили взволнованные оборотни.
— Передайте шефу, что я остановлюсь здесь, — громко бросил он и закрыл дверь.
Комментарий к Тихий Омут (часть 1)
Ребята, часть главы. На всю не было времени, но на этой неделе я её допишу.
========== Тихий Омут (часть 2) ==========
Пыль, увы, не исчезала так же быстро, как ветви со стен дома и сухая листва из дымохода. Но Шайс не боялся уборки — самостоятельная жизнь научила его многому.
Вооружившись тряпьём и ведром, отысканным в умывальне, дракон выступил против толстого слоя времени, покрывавшего всё вокруг. Два дня ушло на то, чтобы привести дом в относительный порядок.
Шайс дважды выбирался в город, используя заклинание перемещения. Прошёлся по продуктовым лавкам, в надежде не только пополнить кладовую, но и возвести первые мостики знакомств.
Надежде, которой не суждено было сбыться. В реальности ему пришлось столкнуться именно с тем, о чём говорили стражи — недоверие, подозрительность и отсутствие всякого желания откровенничать с незнакомцем.
Решив не давить на местных, Шайс ушёл с охапкой снеди — временем он располагал и портить всё с самого начала не хотелось. Конечно, у него были методы «убеждения», но вряд ли бы их одобрил шеф Лемс. Дракон рассудил, что для начала будет вполне достаточно ежедневной демонстрации собственной персоны на улицах Омута.
Пока приходилось выжидать, Шайс снова и снова прокручивал мысли в своей голове, подмечая всё больше странностей.
Возвращаясь к размышлениям о эльфе, дракон бился над самой главной загадкой — почему тот оказался в холодных и чуждых Нагорьях. Жил один, в глуши, среди незнакомой расы… Казалось, он бежал от общества, но тогда почему преподавал в академии? И как вообще, относившийся свысока к другим расам, Уиндрох Дош одобрил присутствие Светлого в стенах своего заведения?
Насколько дракон знал, исключение для драко было сделано лично Инисом Иврисом, а вот как пробрался в Ринхон эльф?
Неважные вещи в прошлом обретали новое значение сквозь призму минувших лет…
Что делал рядом с эльфом элементаль? Были ли они любовниками или нет, на самом деле второй вопрос. Первый же предполагал само наличие сильного духа в Нагорьях, который то и дело крутился вокруг эльфа.
Зачем? Почему? Откуда?
Об элементалях Шайс знал ещё меньше, чем об эльфах, и с удовольствием бы заполнил пробел в знаниях. Возможно, после Омута ему всё же стоит вернуться в Сильён и разузнать об этих тварях побольше.
Но вряд ли для Шайса всё это стало бы настолько интересным, если бы не странное притяжение, которое он ощущал к эльфу… Спроси его кто-нибудь, хотел бы он увидеться со светлым снова, он бы, не задумываясь, согласился.
И это само по себе было достаточно странно.
Шайс никогда не был мягкосердечным, и уж тем более ему не были свойственны ностальгия и сентиментальность. Он никогда не вспоминал о бывших любовниках, если вопрос не подразумевал под собой деловую сторону. Но ведь Алияс даже не был его любовником!
На деле выходило, что, несмотря на это, он всё же не забыл об ушастом за сотню лет. Более того, предпочитал именно этот вид в своей постели и умудрился назвать своё дело в честь учителя новой истории!
Всё это выглядело глупо… и подозрительно.
Не могло же всё объясняться благодарностью за лечение. Шайс был изрядно потрёпан, но не при смерти, и было кому позаботиться о нём.
Почему эльф взял на себя эти обязанности и поставил его на ноги? Разве между ними были когда-нибудь приятельские отношения?