- Повезло хотя бы в том, что голова ещё на плечах... и в том, что ситх недолюбливает мое непосредственное начальство. Похоже, адмирал не должен был находиться на запасном мостике во время операции.
Налив новую стопку для себя, Вирс кивнул, затем приподнял бровь:
- А что Оззель там забыл? Есть варианты?
Пиетт ответил многозначительным взглядом. Во флоте давно усвоили: если заведомо бесталанные офицеры быстро поднимаются по служебной лестнице, несмотря на многочисленные ошибки и просчеты, - значит, это кому-нибудь нужно. В случае с адмиралом, Оззель был нужен для наблюдения за Темным лордом, в последнее время одержимым идеей найти "Ухуру" и "Красного-пять".
Никто не знал, кого именно держал Вейдер под арестом на "Экзекуторе", но разведкорпус распространил в холонете слухи о поимке злодея Ухуры. Повстанец был ответственен за саботаж многих имперских проектов и в свое время угрожал Звезде Смерти. Предполагалось, что под этим именем действовала хорошо подготовленная группа, опирающаяся на шпионскую сеть ботанов.
В ответ на пущенные в медийное пространство слухи, Ухура немедленно выложил в сеть в общем доступе видеозапись... самого крамольного, оскорбительного для граждан Империи содержания.
Кадры, взятые из широко известных агитационных фильмов, перемежались фрагментами иного рода. Вирс отчетливо запомнил видеоряд: вот новобранцы радостно шагают в ногу на День Империи, - и снова они, или юноши очень на них похожие, фосфорными бомбами выжигают дома вместе с жильцами, мирными обывателями, молящими о пощаде.
Молодцеватые флотские офицеры в каком-то ресторане, где их чествуют как героев, - и линия разрушителей, нависшая над Эданом II, превращающая города планеты в руины...
Румяные школьники Корусканта, произносящие Клятву верности Императору, - и умирающие от болезней и голода дети порабощенных Империей миров. Пытки, рабы в электронных ошейниках на рудниках, испытания нового оружия на закрытых полигонах...
Кадр за кадром, часто с указанием даты и места, с какой-то невыносимой методичностью, под бравурные звуки имперского праздничного марша.
Наконец, известный всей галактике резкий голос с отчетливым инопланетным акцентом призывал граждан защищать свои свободу и жизнь - вступать в ряды повстанческого Альянса.
Разумеется, официальная пропаганда также могла похвастаться подобными произведениями (разоблачающими действия повстанцев), но никогда удар не наносился столь точно и направленно. Вирс еще мог бы назвать видеозапись лживой, но беда в том, что он - как и Пиетт, и большинство офицеров высшего состава, - узнал кадры...
- Ухура... все дело в нем, - с ненавистью процедил генерал. - Мы ошибались, считая его болтуном и мелким смутьяном. Я помню, что творилось на Звезде Смерти после саботажа, Фирмус. Настоящий хаос, позор для Империи. А как эти выступления действуют на неокрепшие умы?
Вирс устало провел ладонью по лицу, словно отгоняя тяжелые мысли.
Пиетт отвёл глаза: ром и напоминание о Звезде Смерти заставили Вирса подумать о Зевулоне, его сыне. Друзья никогда не говорили на эту тему, - месяц назад юный Зев дезертировал, пополнив ряды Альянса.
Странно, но бегство молодого Вирса никак не повлияло на положение "Железного Макса" - или на доверие Вейдера к своему офицеру. Более того, через два дня после случившегося Темный лорд сказал генералу в своей отрывистой и сухой манере:
- Молодости свойственно заблуждаться. Вы отец, и не должны терять веру в возможность перевоспитания сына.
Прозвучало это совершенно неожиданно, после обычного ежедневного рапорта, на мостике "Экзекутора". Пиетт видел, как осунувшийся за несколько часов Вирс выпрямился еще сильнее, если это вообще было возможно.
Долю секунды ситх смотрел на него, затем склонил блестящий черный шлем:
- Свободны, генерал.
...- И все-таки, кто был в том тай-агрессоре и как им удалось уйти? - задумчиво протянул капитан, возвращаясь к наболевшему. Бутылка опустела.
- В моем ведении наземные войска, танки и артиллерия, - пожал плечами Вирс. - Могу только сказать, что медотсек напоминал шахту на Маластаре... после того, как в ней похозяйничал зверь Зилло. И если учитывать, что пленные были безоружны...
- Джедаи? - прошептал изумленный Пиетт, быстро трезвея. - Как это возможно, ведь они давно уничтожены?
- Я бы не удивился, если бы к Альянсу присоединились остатки Ордена, - холодно ответил генерал. - Вполне в их духе. Джедаи очень хитры, упорны и выносливы. Они используют любую возможность, чтобы снова оказаться у власти.
- И это объясняет, зачем лорду Вейдеру так понадобился "Ухура", - вполголоса заметил капитан. - Джедаи среди повстанцев.
ХХХХХХХХ
Дворец Императора, Центр Империи
Шив Палпатин слабо помахал рукой, и экран холопроектора погас. Это была новейшая разработка Первого университета Корусканта, еще не представленная широкой публике: полноцветная голограмма, яркие, сочные тона, эффект присутствия и отличный звук. Но Императора сейчас волновали не достижения технической мысли, а та небольшая, не более пятнадцати минут, видеозапись, которую ему прислали с флагмана Дарта Вейдера.
Любезный жест был сделан, конечно же, не Учеником, а милейшим адмиралом Оззелем. Весьма полезный субъект, отметил про себя правитель галактики. Толковый и усердный в интересах своего Хозяина.
Обидно, но на записи отсутствовала важная информация: Палпатин не увидел задержанных, глаза мозолили лишь белые доспехи штурмовиков и чересчур знакомая фигура Вейдера. Зато услышал Император много любопытного, даже невероятного.
- Так-так... похоже, Избранный не утратил способности удивлять меня, - откинулся в широком мягком кресле мертвенно-бледный старик с желтыми, как у демона, глазами.
Подняв костлявую руку без каких-либо украшений, Император начал считать, медленно загибая пальцы.
Раз - безымянный повстанец, вырвавшийся из перестроенного медотсека "Экзекутора", ускользнувший от штурмовиков и дроидов, дерзкий на язык, молодой и бесстрашный... что-то очень напоминает разгром на Звезде Смерти и эскапады так называемого "Ухуры". Вот где они впервые встретились... И лорд Вейдер не смог назвать его по имени, а должен был, чем и разочаровал... Хм!
Два - безымянный пилот, а может быть, и не такой уж неизвестный? Удачливый стрелок над Звездой Смерти... Вейдер сталкивался с ним и с его невольной помощью загнал повстанцев. Юноша с джедайским мечом, чья безопасность превыше жизни Ухуры.
Палпатин почувствовал неприятный привкус во рту. Джедаи! Нельзя допустить их появления.
С неудовольствием пожевав сморщенными губами, Император поудобнее устроился в кресле.
Самое интересное, что он не только чувствителен к Силе, но и хорошо пилотирует. Пилот и джедай, где-то мы уже слышали подобное. Очевидно, они оба владеют Силой, но Вейдера волновал не пилот, а тот, первый. Почему?
Может быть, потому, что его мать - "прекрасная леди с Набу"?
Рука Палпатина замерла в воздухе. Нахмурившись, старик поднялся, опираясь на палку, и мелкими шажками подошел к голографическому полотну на стене - произведению искусства, оправленному в раму из драгоценных камней. Тревожно и неверяще Император смотрел на изображение Тида, окруженного водопадами.
Набу. Нет, не может быть, проклятая ведьма давно сдохла, погребена и забыта, и все слухи о ее будто бы божественной сущности смехотворны, рассчитаны на младенцев или выживших из ума!
Дарт Вейдер дважды посещал Тид за последние полгода. Костлявые пальцы судорожно сжались вокруг рукояти палки, пронзительно-желтые глаза расширились в приливе нечеловеческой злобы.
Ведьма! Она все-таки родила! Потаскуха!
...Спустя полчаса Палпатин пришел в себя, и приступы ненависти, скручивавшие все его тело, постепенно отступили. На кончиках пальцев плясали фиолетовые искры, но Император досадливо смахнул их. Сейчас нет для этого времени.