После я отмокала в бассейне с ароматной водой, и служанки мыли меня душистым мылом и натирали мое тело маслами. От запахов кружилась голова, и без того одурманенная сновидением. Этот сон не давал мне покоя. Меня поразило, что я представляла рядом с собой лорда Валруа. Мало того, во сне это казалось само собой разумеющимся. Как будто мы с ним не впервые проводили вместе ночи!

Леди Хелена заходила дважды: первый раз – разделить со мной обед и чуть позже – справиться о моем самочувствии. Она, конечно, заметила мой рассеянный взгляд и блуждающие где-то далеко мысли. На ее вопрос я отшутилась, сказав, что волнуюсь перед первым в своей жизни балом. Те, что были до этого, – не в счет. Королю и королеве я представлена не была. Впрочем, насколько я знала, его величество в последнее время не посещает данное мероприятие. Зато королева Люсьена присутствует всегда. Уверена, она не оставит без внимания мою персону. И даже если не изволит приблизиться, чтобы я могла выразить ей свое почтение, то будет наблюдать за мной издалека.

Глядя на себя в зеркало, я мысленно отсчитывала минуты до прихода жениха. Он будет сопровождать меня на бал, и именно ему выпала честь надеть на меня драгоценности рода Говер.

Не знаю почему, но леди Хелена принесла гарнитур из кроваво-красных рубинов, оправленных в белое золото. В гарнитур входили длинные тяжелые серьги, представляющие собой три круга разных диаметров, каждый с рубином посредине, тонкое ажурное колье, инкрустированное пятью рубинами разных размеров и форм с одним большим в центре, а также тиара. Она нравилась мне больше всего остального. Тонкая, изящная – в ней, как в паутинке, переплелись драгоценные камни и металл.

Однако, хотя я и восхищалась гарнитуром, на мой взгляд, он мало подходил к моему наряду. Но и тут, как и в случае с модистками, спорить я не стала. Тем более мне и выбирать-то особо не приходилось. Если бы не леди Хелена, я бы никогда не попала на этот бал, да и в академии вряд ли бы училась.

Мои волосы были скручены в тугие локоны, чем-то напоминавшие спиралевидные лоскутки на платье. Они тоже переливались золотистым и серебристым цветом. Служанки закрепили локоны с висков на затылке, оставшиеся волосы свободно спадали на плечи. Потом мне надели тиару, и я смотрела на нее в зеркало, не в силах оторваться. Очень красивая и… такая родная. Как будто сделана специально для меня.

– Любуешься собой? – услышала я сзади голос Леона.

Это было сказано без иронии и сарказма. Мужчина просто констатировал факт. Я и правда любовалась, но только не собой.

– Ты очень красива.

– Благодарю, – улыбнулась я уголками губ. – Я думала, мы будем в одной цветовой гамме, – удивилась я, разглядев в зеркале приближающегося жениха.

Его черный фрак имел золотистые и серебряные вставки на манжетах и воротнике. Пуговицы и запонки были из золота. Рубашка имела серебристый оттенок. В остальном же костюм жениха выглядел мрачно, демонически.

– Этикет, леди Хейли, – прошептал Леон мне в затылок. – Но мы немного отошли от него, чтобы устроить вам праздник.

Мужчина коснулся своих запястий. Мне были неизвестны свойства этой магической ткани, поэтому все казалось странным и загадочным.

Он достал из коробки колье и приподнял мои локоны. Провел пальцами по обнаженной коже. Я внутренне содрогнулась. Побыстрей бы он надел эти драгоценности!

Пытка не была долгой. Леон быстро справился с задачей, а затем повел меня вниз, где нас уже ждала карета.

– Ты восхитительна! – воскликнула леди Хелена. – Ты затмишь всех на этом балу.

– Ты была права, – дождавшись, когда жена вдоволь налюбуется мной и выразит свои восторги, произнес лорд Макс, – пришло время драгоценностям рода Сизери вернуться к хозяйке. Хейли, ты великолепно выглядишь.

Я была поражена, ведь я считала, что гарнитур – достояние рода Говер, а никак не моей родни.

– Ты напугал ее, – шутливо ткнув мужа кулачком в грудь, рассмеялась леди Хелена. – Хейли, это мой подарок тебе. Когда-то давно твой дед презентовал его мне на совершеннолетие. Как и сказал мой муж, пришло время сменить хозяйку.

– И он необыкновенно подходит к ее наряду, – добавил лорд Макс.

– Да, – выдохнула я, все еще не придя в себя после столь щедрого подарка.

Меня перестало смущать то, что рубины не сочетались с бледной голубизной шелка. Это часть меня, часть моего рода. То, чего меня лишила моя мать. Я вдруг отчетливо осознала, что однажды ко мне вернется все, что принадлежало роду Сизери. По праву наследницы рода, по праву носительницы силы рода. Ванесса стала проклятием моего дома, и чем раньше я приму это, тем лучше.

Да, она моя мама, да, она дала мне жизнь. Но с тем же упорством, с каким не замечала меня раньше, эта женщина теперь желала избавиться от меня.

Она никогда не питала ко мне теплых материнских чувств, и что-то подсказывало мне, что мое рождение стало для нее ошибкой.

– Единственное… Хейли, у меня нет браслета, который входил в гарнитур, – тихо извинилась леди Хелена. – Я никогда не была по-настоящему частью рода Сизери. Я не обладала силой Огня. И неудивительно, что родовые артефакты не слушались меня.

– Артефакты?

– Конечно, – вступил в разговор Леон. – Все драгоценности рода являются артефактами и несут в себе определенную силу.

Я вопросительно взглянула на него, но ответ дал лорд Макс.

– Защита, – улыбнулся мужчина. – Но активировать их сможешь только ты.

– Спасибо. – На мои глаза навернулись слезы.

Они могли оставить эти артефакты у себя, но решили вернуть их мне. Я была благодарна родителям Леона, печально только, что к самому жениху не испытывала симпатии.

– Браслет утонул в море, – напомнила об утерянном артефакте леди Хелена. – Это случилось во время практики. Мне жаль, что…

– Нам пора, – прервал излияния матушки Леон.

– Да, – согласилась она и заключила меня в свои объятья. – Хейли, ничего не бойся и от души повеселись!

– Хорошо. – Я широко улыбнулась леди и, не удержавшись, звонко поцеловала ее в щечку.

– К назначенному времени мы будем у портальной башни, – прижимая растроганную жену к себе, сообщил лорд Макс.

– Спасибо! – Я в последний раз посмотрела на счастливых супругов и поспешила к Леону.

Поначалу мы ехали молча. Жених не пытался завязать беседу, он сосредоточенно смотрел в окно кареты на шумную улицу. Мужчина был напряжен и взволнован. На его лбу вздулась венка.

– Что тебя тревожит? – не собираясь ничего спрашивать, неожиданно для себя выпалила я.

Леон вздрогнул и, медленно отвернувшись от окна, уперся взглядом в пол.

– Не думаю, что у меня есть желание откровенничать с тобой, – после продолжительной паузы выдал он.

Меня так и подмывало наступить надменному идиоту острым каблуком на ногу. Чтобы хоть немного привести в чувство. Однако я лишь пожала плечами.

– Но мне, несомненно, льстит ваше внимание, – добавил жених.

– Если мы и дальше продолжим общаться друг с другом, как чужие, сомневаюсь, что общественность поверит в твое раскаяние, – мысленно успокаивая себя, попыталась я вразумить его. – А та статья с опровержением станет не больше чем пылью под ногами.

– Признайся, тебя взбесила та статья, – ухмыльнулся Леон.

– Признайся, что ты перестал думать головой и поэтому больше не в чести у королевской семьи, – вернула я шпильку.

Женишка перекосило, он резко выдохнул сквозь плотно сжатые губы.

– Тебя это не касается.

– Глупо так считать. Ты – мой жених. Хочу я того или нет, но все, что касается тебя, относится и ко мне, – парировала я. – За твои ошибки платить будут и твои родители, и я.

Карету качнуло, Леона повело в сторону, он стукнулся об оконную раму. Маленькая, но приятная месть.

– Ты слишком расслабился, бывший второй советник короля. – Я интуитивно чувствовала, что Леона нужно встряхнуть. В эмоциональном плане. И мои язвительные замечания помогут это сделать.

– Прикуси язык, – вспыхнул мужчина, – иначе…