- Олив была против, - утверждающе кивнул князь.
- Ещё бы, даже пыталась воззвать к Генри, чтобы он за неё вступился. Но я пообещала ей войну с Шао и угрожала рассказать всем старые секреты коро-левы.
- Понятно, - протянул Юри. - После твоего ухода, Илиана, в покоях Олив был такой шум, мне сказали, у неё затяжная истерика. Генри даже дал тёте успокоительное и она заснула в слезах.
- Пусть привыкает, - жёстко заметила Зана. - Эта курица не заслуживает покоя.
- Что же она натворила? - пробормотал Юри. - Нет, я не настаиваю на от-вете, понимаю, что это не моё дело. Но отход королевы от дел может действи-тельно очень облегчить мою работу.
- К возвращению короля Олив должна стать обычной придворной дамой, заниматься своими делами и ни во что не вмешиваться, - сказала Илиана.
- Раз так, - встал из-за стола князь, - позвольте откланяться. И спасибо за ужин. Эрик, ты со мной?
- Нет, я приду позже, отец.
- Я провожу вас, - и Илиана вышла, чтобы переговорить с Юри наедине.
Остановившись у кареты, девушка, нахмурилась, хмыкнула, а затем ска-зала:
- Князь, у меня к вам будет странная просьба.
- Слушаю.
- Пожалейте королеву.
- Что? - вытаращил глаза Юри.
- Она, конечно, старая гадина, но сейчас её нужно приласкать и мягко дать понять, что Олив - не одна, иначе эта дурочка может наделать глупостей.
- Илиана, я по меркам королевы, глубокий старик, - фыркнул князь, хотя его глаза блестели смехом. - Она рассмеётся мне в лицо.
- Пусть. Хотя вы и не обязаны посягать на постель её величества, но стать ей близким человеком можете легко. Вы - одно поколение, у вас много общих знакомых, вам есть, что вспомнить, Юри. Пожалуйста, - и Илиана жалобно вздохнула. - Нам нужно контролировать Олив. Я не считаю её врагом, слиш-ком она мелкая фигура, хоть и королева, но спотыкаться о её козни и терпеть проволочки в наших общих делах не желаю. Если бы, пригласив на аудиен-цию, королева не пыталась меня выставить из дворца...
- Да ты что? - ахнул Юри. - Как она могла, после всего, что ты сделала?
- Как видите, смогла. Так вот, если бы она первая не начала меня оскорб-лять, я бы ни за что не повела себя так агрессивно. Но Олив - за десятилетия царствования - совершенно оторвалась от реалий, возомнив себя вершитель-ницей судеб. Именно её глупая политика решать дела королевства в своей постели привела хозяйство Нутреи в состояние коллапса, я уже не говорю о готовящемся перевороте.
- Мы чудом избежали огромной беды, - покивал князь. - Я понял тебя, Илиана. - Но ничего не обещаю.
- Да я и не настаиваю. Просто проявите к королеве участие, пусть она ви-дит в вас друга и надёжный тыл, куда можно прийти за советом и поддержкой. Это ведь нужно каждому, а Олив сейчас особенно одиноко.
- Угу, понял. Заеду домой, предупрежу Калеба, а потом вернусь во дво-рец.
- Спасибо, - обняла князя Илиана и напитала его магией Жизни.
- Что это? - вздрогнул он.
- Вам понадобится силы, - хихикнула девушка. - Мало ли что... Неспо-койной ночи, Юри, - и она убежала в особняк.
Князь расхохотался, сел в карету и укатил к себе.
33.
"Жизнь кончена. Я проиграла, - вздыхала королева, бессонно пялясь в по-толок. - Что теперь делать? Это же конец всему. Крах. И позор на весь Цит-рон, если я не покорюсь Шао". Илиане королева поверила сразу, глаза девуш-ки были безжалостными, а её слова ранили хуже кинжалов. Да, Олив понима-ла, что сама виновата, отдав лекарю просьбу "помочь" невестке не проснуться. Зорана была слишком упрямой и своевольной, а главное - Ксандр её просто обожал. В лице жены он нашёл ту поддержку, которую никогда не получал от матери. И королева решила раз и навсегда избавиться от соперницы.
"А забывать я давно научилась, - подумала Олив. - Выбрасывать из голо-вы неприятные воспоминания, словно их никогда и не было, - залог спокойной жизни. Но что мне теперь делать? Сын будет править, внук подрастать, гото-вясь наследовать дело отца. А я?" Постанывая, Олив села на постели и гляну-лась.
- Никого, - прошептала женщина. - Мне так плохо, а вокруг никого.
Была глубокая ночь и дворец давно спал. Королева натянула халат, мель-ком взглянула на себя в зеркало и вздохнула. "Старею, шестой десяток пошёл. Конечно, кому я теперь нужна?" Она тихо приоткрыла двери и увидев, что верная служанка спит, а фрейлин вообще ни одной не видно, сделала шаг назад и заперлась в спальне. Выходить, когда еле стоишь, и будить кого-то не хотелось, ведь придётся разговаривать, а к этому Олив была не готова.
Женщина прошла к дальнему углу комнаты, зажгла свечу, а затем сдвину-ла на стене незаметный рычаг, открыв потайной ход, которым давно не поль-зовалась. Олив не знала, куда собирается идти, но оставаться в пустой постели не желала.
"Дорн, - вспомнила королева. - Он же болеет, нужно навестить внука". И она медленно пошла в сторону крыла, где располагались комнаты принца. Выйдя в коридоре, выше этажом, Олив подошла к спальне мальчика, а затем остановилась. "Он же спит. Зачем будить ребёнка? Да и Генри сейчас при нём".
Видеть мага королева не хотела, слишком было стыдно, а ещё обидно, что он за неё не вступился перед Шао, тоже считая, что "тёте пора на покой". Олив понимала, что Генри предан Ксандру и ценила его верность, но она думала, что это распространяется и на неё. "Я столько ему дала, - поджала губы королева, - а он оказался таким неблагодарным". Олив даже не задумывалась, что Генри давно отслужил её блага (которые, кстати, ничего не стоили короле-ве), посвятив себя ненавистной дворцовой жизни. И сейчас женщина стояла со свечой в руке и не знала куда идти и что делать.
- Ваше величество? - тихо позвал Олив мужской голос из дальнего конца коридора. - Что вы здесь делаете? Вам ведь нужно лежать.
Королева испуганно оглянулась, а затем облегчённо выдохнула.
- Юри, а вы почему здесь...?
- Заработался, - улыбнулся, подходя князь. - А потом решил остаться во дворце на ночь, уже и лёг, и свечу погасил, а тут вижу - огонёк из-под двери мелькает. Подумал, не дай Единый, пожар, и вышел посмотреть.
- А тут я, - слабо откликнулась королева. - Не могу спать. Хотела наве-стить внука, а потом решила не беспокоить мальчика, он же спит.
- Пойдёмте, я вас провожу, - подхватил её под руку князь.
Когда они той же дорогой вернулись в спальню Олив, Юри помог ей усесться в постели посреди подушек, а сам устроился рядом с кроватью на стуле.
- Я разговаривал с Илианой, - откровенно признался князь.
- И что она тебе сказала?
Юри понял, раз королева перешла на "ты", то тоже может не церемонить-ся.
- Зачем ты её спровоцировала, Олив? Ведь знаешь, что лишь благодаря Шао нам удалось избежать огромной беды. Пока ты ни о чём не догадываясь, сидела во дворце, я и мои люди чуть с ног не сбились, выслеживая заговорщи-ков.
- Почему же меня не предупредил?
- Я всё рассказал Ксандру, когда он приехал меня проведать.
- И вернулся пьяный, - фыркнула королева.
- Ему пришлось сделать вид, иначе приспешники Лигии могли что-то за-подозрить.
- То есть, он и Генри специально...?
- Да. Шао с отрядом, который вёл мой сын, выехали навстречу посоль-ству, арестовали его и казнили советника Рогоша. Мы начали зачистку столи-цы. Уже найдены списки заговорщиков, также бумаги с именами "меченых". Многие высокородные поддержали Лигию, потому что были недовольны твоим правлением, Олив. Я рассказываю всё откровенно, чтобы ты поняла, как далеко зашло твоё желание править, не задумываясь о последствиях.
- Но ведь все эти годы Нутрея процветала, - возмутилась королева.
- Скорее, отцветала, ведь ничего нового в стране не появилось. Начался застой, за ним бы последовал скорый упадок. - Юри вздохнул. - Я не виню тебя, Олив. Ты жила, как хотела и не мешала жить другим, но у королевы намного больше обязанностей, чем у любого другого человека. Тебе некому было подсказать, объяснить, что происходит, а все советчики, которые находи-лись рядом... - и он замолчал.