Меня поразила слаженность действий групп зачистки. Именно 4 часа капитан и отвёл им на основную работу. Все четыре платформы были отправлены с дронами на крейсер без сопровождения. При подлёте к кораблю они подхватывались силовым лучом и отправлялись в трюм для разгрузки и ревизии. Силовой луч действовал на малых дистанциях. Именно для разгрузки платформ были отправлены наши ремонтные дроны.
А восьмёрка экипажа получила традиционный подарок. Два часа разрешалось пограбить зачищенный рейдер в личных целях. Принцип простой, что можешь утащить в карманах, в руках и в стандартной сумке-рюкзаке, то твоё. За исключением особо ценного оборудования рейдера, пропущенного при зачистке. Второй раз заходить в помещения где зачищала твоя группа, было не допустимо, и это свято соблюдалось. Короче, интерес составляло личное имущество экипажа и мелкие электронные модули и инструмент Штатный ЗИП был собран трофейной командой.
До начала зачистки я знал полное расположение всех помещений трофейного корабля, и меня в первую очередь интересовало помещение, где располагалась мастерская корабельного техника. Как рассказал инженер, там можно поживиться электронными девайсами, правда повреждёнными, но ремонтно-пригодными и имеющими определённую стоимость. Он сам такой мелочёвкой не часто занимался и добровольно отдал мне.
Мастерская встретила меня полным бардаком. В виду отсутствия гравитации инструмент и ремонтные материалы заняли весь свободный объем помещения. Команда зачистки добросовестно отнеслась к своим обязанностям и развалила все стеллажи. Весь мусор расплылся и продолжал хаотично двигаться по отсеку. Единственный участок, относительно не переломанный был в дальнем углу где помещался рабочий стол. Очевидно созданный бардак из летающего металлического мусора помешал тщательному осмотру дальних углов. Первым делом я обратил внимание, что передо мною плавает не только мусор, но и какие-то модули для неизвестного оборудования, даже если они не годны для восстановления, то для утилизации и получения стандартных картриджей материалов они являются лучшим исходным материалом. А половина стоимости полученного на корабельном утилизаторе картриджа концентрата металлов пойдёт мне лично, таковы правила. Не мудрствуя лукаво я начал ловить и складывать в рюкзак всю электронику, плавающую передо мною, продвигаясь постепенно к дальнему углу. Короче, добравшись до стола, я имел на две трети заполненный объёмный рюкзак электронного мусора. И то хлеб, что-то заработаю.
Чтобы не терять времени, я весь выдвижной ящик высыпал в рюкзак не сортируя, а ящик отбросил в сторону. Часть модулей плавало под столом, нагнувшись за ними я увидел в дальнем пространстве, которое закрывал выдвижной ящик, небольшую коробку. Явная заначка местного техника. Обрадовавшись находке не глядя сунул в рюкзак закрытую коробку. Никто ни у кого не интересовался новоприобретёнными личными трофеями, и я хвастаться найденной заначкой не стал. Моим главным трофеем оказалась парочка комбезов с функцией лёгкого скафандра автономностью 90 минут. Хоть они и были явно ношеными, но рванью не выглядели, а с рабочей одёжкой в гардеробе евреев было явно плачевно. Эти комбинезоны были предназначены для повседневного ношения в условиях полёта.
Космический вариант комбезов шёл совместно с саморегулируемой обувью, которая одевалась без носков и мягко облегала ноги, как комбез тело. Все работало, пока работал картридж в химическом мини генераторе на поясе. Хватало его на 6 циклов, больше чем на пол земного года. Автономность функции скафандра определялась запасом воздуха и возможностями регенерации. Через 90 минут можно заменить патроны регенерации и реагент с кислородом и продлить автономность на новых полтора часа.
Как мне потом сказал инженер, инструмент техника в ящике стола и два комбеза (а даже подобный специализированный секонд хэнд стоил немало в тех системах, где реализуются трофеи) мне специально ребята оставили в подарок, как новичку. Но всё с разрешения капитана. В качестве поощрения. Заодно проверить мою бдительность мародёра, что я и перевыполнил. Естественно был благодарен им. Личный инструмент в кармане лишним не будет.
Во время работы в открытом космосе мне наконец удалось рассмотреть наш крейсер. В сравнении с рейдером он впечатлял своими размерами. Причём носовая часть представляла собой расширение с заваленной оконечностью, где располагались все помещения экипажа и два малых машинных помещения с энергостанцией и манёвренными двигателями. А за этим модулем располагался прямоугольный блок с трюмом и большим машинным отделением под маршевые двигатели и гипердрайв.
Весь корабль был собран именно блочно-модульным способом, что позволяло его модифицировать в зависимости от требуемого хозяину назначения, изменив конфигурацию или добавив новый модуль со стандартными узлами стыковки. Общая длинна составляла около 130 метров. в сечении основной блок представлял собой прямоугольник с высотой 20 метров и шириной 50. Общая длина с носовым жилым модулем была 140 метров. Рейдер, который мы потрошили, был на четверть меньше. Значительную часть параллелепипеда занимал грузовой трюм. В целом корабль меня зацепил.
Дальнее сканирование пространства, процесс был непрерывным в пространстве вне гипера, показало наличие ещё одного корабля типа рейдер, но другого проекта, построенного явно в мирах хладнокровных, так мне объяснил Зик. Он так же не подавал признаков жизни, а биологический сканер показал отсутствие на борту живых существ. При существующей скорости, за счёт инерционного полёта требовалось пять часов для прямого контакта. Учитывая инопланетное происхождение предполагаемого трофея, решено было задержать прыжок и произвести обследование очередного подарка из космоса. Наша команда работала по государственным программам «Демилитаризация» и «Спасатель», плюс стоимость возможных трофеев.
Через пять часов ближнее сканирования разведзондами подтвердило отсутствие живых существ на борту и работающих энергосистем, включая аварийное оборудование. Результаты сканирование показали сохранность силового каркаса главной балки и многочисленные повреждения броневой обшивки. Дрон-разведчик, проникший на борт чужака через разрушенный бронеколпак рубки указал на отсутствие тел погибших и спасательного бота на борту. Экипаж сумел покинуть корабль после боя. Похоже два рейдера уничтожили друг друга. Глубокое сканирование объекта указало на возможность ремонта чужого крейсера, было принято решение взять его на внешний подвес. Чтобы не терять времени, трофей не потрошили. Осмотр также отложили на более удобное время. Меня в дальнейшем к работам на трофее не привлекали. Но свою долю я получить должен, после реализации, как временный член команды.
На крейсере поднялось настроение. Капитан и навигатор анализировали данные искина первого трофея. Но всем было ясно, что до привычных миров остался 3-4 прыжка. Корабли не могли от дрейфовать на большее расстояние ни при какой начальной скорости. Как минимум выход должен быть в известных окраинных мирах, обозначенных в звёздном каталоге, хотя и не изученных.
Пока суть да дело, занялся сортировкой личных девайсов, приобретённых в честном мародёрстве, что оказалось делом весьма приятным и полезным. Сначала принялся разбираться с набором инструментов техника. Поскольку третий уровень базы был изучен, а дополнительно и полные базы по сканерам и тестерам третьего уровня, включая шахтёрские сканеры дискретного типа, то набор из универсального тестера и ручного сканера для проверки ресурсов работы и комплектности оборудования был хорошим подарком для меня и на корабле, и в будущей деятельности в качестве техника, на все руки мастера.
Оба комбеза бросил в стирку. Вроде бы и чистые на вид, но с чужого плеча стрёмно. Хотя чужую нейросеть мне в голову вживили с покойника. Через десять минут чистенькие и выглаженные комбезы были у меня в руках. Поновее оставил деду, себе взял поношенный, но более накрученный, по количеству карманов рассудил. В таком обмундировании чувствуешь себя в большей безопасности на борту. Функция лёгкого скафандра, плюс 90 минут в автономном режиме, плюс 30 минут в открытом космосе.